Загадки истории. Том 1. Прогулки с палачом. Несколько встреч с покойным господином Моцартом

Фантазия на тему биографии Вольфганга Амадея Моцарта, по неизвестной причине отправленная Ливлибом в раздел Биографии и мемуары. Следует отдать должное автору, оформлена эта фантазия в духе мистификации, красиво и забавно: якобы автор знал некоего музыканта, у которого имелась рукопись некоего барона, лично знавшего Моцарта. Рукопись затем отобрало нехорошее КаГеБее (почему-то в подарок Берии, ну да ладно), а музыкант начал восстанавливать ее по памяти. А после его смерти это восстановленное сочинение досталось автору. Что до содержания - некий барон снимает с Сальери обвинения в отравлении Моцарта, поскольку самолично является виновником гибели великого композитора, и подробно рассказывает, как и почему это происходило. Основных идей тут две: первая - художник должен быть голодным, вторая - Моцарта не отравили, а затравили.
Я, если честно, не люблю аудиокниг, однако вынуждена слушать их в дороге. К этой приступала с некоторым опасением, поскольку завывания автора тоже... плохо переношу. На счастье, начитана книга Сергеем Чонишвили, вполне профессионально, и голос у него бархатный. Так что рекомендую всем любителям аудиокниг и Моцарта.

Не так много читала Радзинского, сложно отнести написанное им к документальной прозе, но погружение в эпоху ему удается замечательно. Опять же и рассказчик Эдвард Станиславович отменный, а если кому-то не нравится его голос или манера, эдакая вычурно-пафосная, то предлагаю послушать аудио версию в исполнении Эммануила Виторгана, сдержанно-бархатную.

С самого начала Радзинский проводит параллель между кончиной последнего русского царя Николая II и французского короля Людовика ХVI. Схожесть прослеживается не только в судьбах царственных особ и их семей, но и двух революций, впрочем, все революции чем-то схожи. Любит автор разбавить свои произведения слухами и легендами мистического характера, выдавая их за исторический материал, не обойдется без таинственных предсказаний и на этот раз. Будет упомянуто пророчество Казота, о создании орудия смерти – гильотины и толпе аристократов, выстроившихся в очередь к ней.

Эдвард Радзинский предлагает посмотреть на Великую французскую революцию глазами парижского палача. Почему именно палача выбрал автор в главные герои? Да потому, что любая революция - это прежде всего смерть.

Я в первый раз читаю книгу Эдварда Радзинского. Раньше я смотрел парочку его авторских передач, мне тогда очень понравились его подача материала, темп, акцентировка на исторических событиях. Не знаю, но почему-то я доверяю этому человеку. Многие говорят, в его книгах много домыслов, собственных мыслей. Но, думаю, практически в любой такой книге автор привносит свое отношение к историческим событиям и мы это чувствуем при прочтении. Я не скажу, что Радзинский перебарщивает по этому компоненту.

Я очень люблю классическую музыку, среди любимых композиторов Вивальди, Крамер, Вангалль, Штамиц, Бах, Зеленка, ну и, конечно, Моцарт! Я читал в ранней юности его биографию и достаточно знаю о его жизни и, потому, читая Радзинского не узнал чего-то супернового. Я просто, снова вернувшись в то время, сопереживал вместе с бароном Готфридом Бернхард ван Свитеном, дневники которого и составляют наибольшую часть книги.

Реквием!.. Ох уж этот заказ на Реквием!.. Понятно, что Реквием тут не причем, но все же это был некий знак свыше, что именно на Реквиеме закончилось биться сердце великого композитора...

Уникальность Радзинского в том, что он умеет так подать материал, что по небольшой части предоставленной информации, по небольшим представленным временным отрезкам времени можно судить о характере героя, его сильных и слабых сторонах, его отношении к жизни. По этим последним описанным дням жизни Моцарта мы можем ощутить его духовную силу и мощь музыкального гения.

Наш любимый Моцарт - лучший композитор композитор всех времен и народов! Мы искренне любим тебя! Спасибо за твои бессмертные произведения!

Для меня музыка Моцарта — постоянное ощущение жизни, любви и молитвы. Книга же позволила прикоснуться к удивительному человеку — легкому, беспечному, радостному и горестному — Моцарту, на столетия наполнившему мир волшебными звуками.
«Несколько встреч с покойным господином Моцартом» - краткая биография композитора, представленная в виде этакой смеси фактов, взятых из исторических документов, художественного вымысла и догадок Радзинского.
Это скорее художественное, чем историческое произведение. Я могу ошибаться, но мне книга показалась вольным пересказом-переложением автором известных исторических фактов.
У меня книга вызвала противоречивые чувства. С одной стороны, необыкновенный Моцарт, а с другой — страшный параноик во власти («мне пришло в голову «сильнодействующее средство», «и хотя мне жаль Моцарта, но во имя музыки...»). Слава и гений, с одной стороны, и зависть и месть, с другой.

Прочитано в рамках игры-лотереи "Дайте две".

Это книга не только о легендарном палаче, но и о потерявшем голову авторе :)
В «Сансоне» слишком много Радзинского: он рядом с нами до самого конца, он любовно поправляет кружевное жабо Шарля, едет вместе с осуждёнными в телеге, поднимается с ними на эшафот и машет читателям ручкой. Это не хорошо и не плохо, просто имейте в виду, что эта книга очень... художественная. Много красок, много эмоций и сиропа, мало фактов.
Радзинский провёл серьёзную работу, подготавливая материал. Он, очевидно, наслаждался процессом, и это здорово. В конце концов, должен же кто-то получить удовольствие от книги. Автор его точно получил.

The road to hell is paved with good intentions.

Гордыня - это смертный грех. А дар - это проклятие. Осознание себя судиёй и "право имеющим" в сочетании с отказом признания бездарных творений убивают. С совестью можно обо всём договориться. Желаю удачи договориться потом о покое для разума, который загнал сам себя в рамки неверных приоритетов и искажённой реальности.
Есть гений. И есть человек с властью. Как жаль, что гений никогда не поймёт, что на самом-то деле власть в его руках. А тот, второй, всего лишь паразит, возомнивший себя творцом, а гения избравший орудием.
Как теперь противно на душе. Как будто пересмотрела Балабанова "Про уродов и людей" в тонкой винтажной обработке Шодерло де Лакло. И это даже не игра человеческими жизнями, это целая кампания с определённой целью. Какими мелкими мы стали, какими приземлёнными... Потолок наших интриг - программа "Максимум" (с). Всё же не могу не восхититься силой человеческого желания если не самому создать, так другому "помочь" создать шедевр. Я прям боюсь теперь восхищаться гениальностью "Реквиема" Моцарта, за него такая цена заплачена. Кажется, духовно мне это не по карману.
Если Радзинский весь такой, то почему я открыла его для себя так поздно?

"Вся история революции уместилась в моей грязной телеге...", - говорит устами палача Парижа, "исполнителя приговоров" Радзинский.
Свобода, равенство, братство, или смерть. В итоге, Смерть. Кровь. Страдания. Ужас. Грязь. И возгласы толпы, алчущей крови вчерашних лидеров и кумиров, отцов Великой французской революции.
А, собственно, мечтал он о признании, как и все люди. Чтобы с ним здоровались на улице, подавали руку, или хотя бы не переходили на другую сторону улицу, завидев его. Революция помогла ему в этом.