
Аудио
399 ₽320 ₽
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Для книжного челленджа присматривала книгу с «отсылкой к античности».
В общем, в процессе поисков мне как-то случайно попалась на глаза небольшая пьеса Радзинского. Практически полностью состоящая из диалога Нерона (на пике его могущества) с его старым учителем Сенекой, она оказалась именно в той мере иносказательной, когда разговоры о добре, зле, власти и человеческих слабостях, несмотря на антураж и имена, провоцируют на размышление о вечности всего упомянутого и приложении его к сиюминутной реальности.
Не хочется упоминать банальное «весь мир – театр», но именно сцена работает здесь системой зеркал, которые берут свое начало в античности и уходят в бесконечность.
Нерон ожидаемо погряз в бесчинствах и разврате, о «великом римском народе» говорит с нескрываемой издевкой (и между строк явно читается, что это не только про Нерона и не только про римлян), а задуманные им «зрелища» поистине заставляют содрогнуться от той будничности и реализма, с которыми он планирует свой спектакль – трагедию Эсхила о Прометее.
Сенеке же досталась роль мудрого старого учителя, который оказался в ситуации, очень точно описанной коротенькой байкой (тут Нерон явно троллит своего Учителя):
Так что Нерон, тут хоть и деспот и сволочь, но сволочь образованная и не лишенная тяги к искусству.
И вот так идет себе и идет этот диалог, и несмотря на множество отсылок (к современности в том числе) и едких ремарок (переходящих в ядовитую сатиру, если присмотреться), он постепенно становится довольно монотонным, пока Сенека не начинает читать свои письма к Луцинию.
Не знаю, вставлены ли в пьесу цитаты (если да, то не в академическом переводе из «литературных памятников», но это не суть важно), но меня эти короткие вставки заставили открыть оригинал (ну точнее, его перевод). Что это за прелесть эти письма! Сенека умудряется писать одновременно очень живо (я понимаю, что это перевод, но он совершенно не архаичен, как не архаично римское право) и при этом каждую фразу делая квинтэссенцией мудрости. Вот навскидку открытое наугад письмо:
А потом из бочки вылезает Диоген. Кстати, вы знали, что диогенов было много? Буквально каждый город считал необходимостью иметь своего философа в бочке, который бы изрекал фразы типа «отойди, Цезарь, не загораживай солнце»? Была ли это вариация на тему наших юродивых? Ну, тоже, наверняка помните, «зачем же я столько лет таскал с собой чашку, когда мог бы пить воду из пригорошни, как этот мальчик?».
Появление Диогена несколько меняет диспозицию, и финал для меня оказался неожиданным, и таким… несколько приплющивающим. Потому что бочка оказывается ящиком Пандоры для всей этой условной античности. Это одновременно привет Булгакову с его «добрыми людьми» и вневременность мифа о Прометее, меняющем лишь имена.
„Мы учим — не терять“. А нужно учить: „Будь счастлив, все потеряв“.

Если не ожидать исторической достоверности, а воспринимать как исторический роман с вымыслом и домыслами, то потрясающе.
Слог, стиль, диалоги, переданные образы персонажей - на высочайшем уровне. Я бы посмотрел театральную постановку по этому произведению.


А ныне в Риме всякий, кто ежечасно не прославляет Цезаря, тотчас становится подозрительным – и немедля погибает! И тогда темнее небосвод и страшнее зловещая тень Тигеллина.

Комедиант, играющий на кифаре, оскорбляющий святыни своего народа, запятнавший себя всеми видами убийств, спокойно разгуливает без охраны по Риму и вот уже второй девяток лет стоит во главе государства. Что из того, что он истре6ил лучших людей? Какое до этого дело обожающей его толпе. Чернь бездельничает, развлекается и, главное, сыта. Что стало с римским народом, который за сытость соглашается жить в крови и позоре! Подлое время!

Ты спрашиваешь, Луцилий, долго ли продлится это страшное время? Я думаю – пока жив Цезарь.




















Другие издания


