Мария-Антуанетта

Едва ли найдётся хотя бы отдалённо интересующийся историей человек, который никогда не слышал имени Марии-Антуанетты, супруги короля Франции и Наварры Людовика XVI. Казалось бы, столько всего уже сказано и написано про эту историческую личность, но фигура последней французской королевы старого режима по-прежнему, спустя более чем два века после её смерти, продолжает привлекать к себе внимание историков, писателей и кинематографистов. Некоторые из них стремятся посмотреть на королеву под новым, доселе мало исследованным, углом зрения. Без преувеличения можно сказать, что Мария-Антуанетта является самой известной французской королевой. Между тем, по выражению одной современной исследовательницы, «одни авторы восхищались королевой, другие её всячески осуждали, но мало кто пытался её понять». Восполняет ли этот пробел биография Эвелин Левер? Ответить на этот вопрос однозначно, пожалуй, нелегко. У работы Левер есть свои сильные и свои слабые стороны. Начну с того, что мне эта биография не очень понравилась, я не нашла в ней ничего принципиально нового по сравнению с биографией той же Антонии Фрэзер, которая, на мой взгляд, является более подробным исследованием жизни королевы (хотя с некоторыми утверждениями Фрэзер сложно согласиться). Образ Марии-Антуанетты, созданный мадам Левер, кажется несколько поверхностным, неглубоким. Впрочем, для тех, кто еще не читал ничего про эту королеву и не хочет тратить много времени на знакомство с ней (данная книга читается быстро), думаю, данный рассказ подойдёт. Биография охватывает всю жизнь героини, от её сравнительно беззаботного детства при венском дворе в качестве австрийской эрцгерцогини до трагической кончины на эшафоте во время французской революции. Освещены все основные вехи, включая «историю с ожерельем» (автор рассматривает несколько возможных версий и считает, что окончательно установить истину в этом запутанном деле не представляется возможным) и ставшее фатальным «бегство в Варенн». Важным плюсом данной работы, по моему мнению, является стремление автора быть беспристрастной и непредвзятой, что, к сожалению, далеко не всегда характерно для исторических биографий, рассчитанных на широкую публику (да и более серьёзные исследования этим порой грешат). Э. Левер не пытается ни оправдать, ни осудить королеву, не злоупотребляет авторскими интерпретациями, а спокойно и последовательно излагает события. Правда, местами бесстрастные на первый взгляд описания могут навести читателя на несколько ложные выводы. Например, нам постоянно напоминают, как много и бездумно Мария-Антуанетта тратила. К примеру, можно привести такой пассаж:

Мария-Антуанетта, которая никогда ничего не проверяла, подписывала огромное количество счетов за покупки, которых никогда не существовало.

Никто не станет с этим спорить, но следовало бы упомянуть, что другие члены королевской фамилии тоже много тратили и не задумывались, откуда берутся средства на оплату всех их желаний и капризов. В частности, младший брат короля граф д’Артуа был известным транжирой. Людовику XVI пришлось оплатить его долги перед самой революцией. Тётушки короля тоже себе мало в чём отказывали, тратя немалые суммы. Точно так же, прежние королевы Франции считали абсолютно нормальным много тратить на покупку драгоценностей и другие свои прихоти. Таким образом, не очень корректно изображать Марию-Антуанетту как некое исключение из правил (а такое впечатление может возникнуть при прочтении данной книги, по крайней мере, её русскоязычного перевода, который, возможно, является сокращенной версией оригинала). Бездумное расходование денег было присуще очень многим представителям королевской фамилии при старом режиме. По всей видимости, эти люди королевских кровей (далеко не все среди них, конечно, но многие) плохо понимали «причинно-следственную связь» в финансовых вопросах и не привыкли задумываться о том, что если потратить определенную сумму сегодня, то завтра они будут располагать бюджетом, какой бы большой он ни был, за вычетом этой суммы. Разумеется, это весьма упрощённый подход, но тем не менее он помогает понять все те существенные траты, которые многие королевские особы с лёгкостью себе позволяли. Именно поэтому говорить об их щедрости или скупости в современном смысле слова – это неумное упрощение и во многом анахронизм. Легко быть щедрым, когда тебе это ничего не стоит, когда сумма, которой ты располагаешь, не уменьшается от твоих щедрот (по крайней мере так это видится). Все эти важные уточнения, естественно, не снимают ответственности с Марии-Антуанетты, которой выпало жить в переломный, кризисный момент истории, в котором создание «благоприятного» образа королевских особ приобретает особенно важное значение. Королева была фигурой первого плана, именно её поведение было основной мишенью памфлетистов, которые распространяли о королеве самые грязные и нелепые сплетни. Постоянный поток клеветы в её адрес немало способствовал десакрализации монархии, что сыграло пагубную роль как в судьбе монархии, так и в личной судьбе Марии-Антуанетты. Обо всём этом в биографии, конечно, упоминается, но без подробностей. Читателю понятно, что о королеве ходили разные непристойные слухи, но не приводятся примеры того, что говорилось о ней в памфлетах. А ведь именно пасквили во многом ответственны за яростную ненависть народа к Марии-Антуанетте. Но опять же, не исключено, что это связано с «трудностями перевода» и некоторым урезыванием текста в русскоязычной версии книги. Но вернёмся к образу Марии-Антуанетты в данной биографии. Королева здесь не любит мужа, который ей где-то даже неприятен как мужчина (она, по версии Левер, избегает супружеских обязанностей и проводит много времени вдали от августейшего супруга), но зато она влюблена в шведского аристократа Акселя Ферзена («рыцаря королевы»). Тут надо сказать, что на этот счёт есть разные мнения. Мария-Антуанетта была привязана к графу Ферзену, считала его своим близким другом (впрочем, король тоже относился к нему по-дружески), но нет доказательств, что она была в него страстно влюблена и что у них была любовная связь (автор, правда, не настаивает на факте физической связи, но подчёркивает близость между королевой и Ферзеном). Что касается Ферзена, то достоверно известно, что он очень старался помочь королевской семье выбраться из фактического плена, в котором они оказались после революции. Ферзен тяжело переживал смерть королевы, о чём свидетельствуют его письма... При этом общение с французской королевой никак не мешало ему иметь любовниц, он был известным ловеласом. Одним словом, как мне кажется, нет нужды излишне романтизировать отношения Марии-Антуанетты и шведского аристократа, которые, возможно, не играли в жизни королевы той роли, которую им приписывают многие авторы. Что касается того, что королева чувствовала к своему мужу, мы этого не знаем и доподлинно никогда не узнаем. Вопросы, связанные с чувствами людей прошлого, требуют в высшей степени деликатного подхода, так как информация, как правило, противоречива, а чувства порой не поддаются никакой логике. Ещё один момент, который упущен в книге, это помощь французской короны американским повстанцам в их борьбе за независимость от Британской империи. Об этом в книге ничего не говорится, тогда как траты на военную помощь восставшим североамериканским колониям подорвали и без того скудную государственную казну Франции, сыграв свою роль в банкротстве государства... Хотелось бы встретить в биографии больше подробностей относительно объективных причин французской буржуазной революции и того, как она развивалась. Некоторая небрежность в прописывании деталей приводит к тому, что порой читатель не очень понимает, о чём, собственно, идёт речь. Например, автор пишет, что у короля был конфликт с представителями новой власти на почве религии, но при этом не объясняет, что речь идёт о законе, обязывающем всех священников присягать конституции, таким образом, делая их зависимыми от государства, а не от папской власти (что, естественно, не могло понравиться Ватикану). Людовик, будучи воспитан в традиционном католицизме, не хотел подписывать этот закон, но в конце был вынужден уступить. Читателю, не знакомому с этими подробностями, вряд ли будет понятно, о чём рассказывается в книге.

Образ Людовика XVI, дофина, а затем и короля, в принципе прописан неплохо (в рамках выбранной автором интерпретации), за исключением некоторых пассажей (например, «несчастный дофин продолжал оставаться заторможенным и нерасторопным мужем рядом с прекрасной супругой»), от которых веет ненаучной субъективностью и неприкрытой предвзятостью. В книге показано, что хотя король и отличался всю жизнь нерешительностью, он был хорошо образованным человеком, способным анализировать информацию, принимать ответственные решения (хотя у него и случались пагубные приступы апатии) и отстаивать престиж своей страны на международной арене (что получалось с переменным успехом). К сожалению, ситуация глубокого монархического кризиса и разразившаяся революция оказались слишком сложным для него испытанием, и одной из причин падения французской монархии можно считать отказ, или неспособность, короля принять новый миропорядок, где королевская власть будет ограничена конституцией (в этом неприятии изменений они с Марией-Антуанеттой совпадали). Король и королева искренне верили в незыблемое право королей «Божьей милостью» и, соответственно, не могли добровольно принять революционные изменения, на которые уповали многие мыслящие люди той эпохи. Этот трагический конфликт логики монархии и логики революции в биографии Левер представлен довольно беспристрастно. Заключительный этап в жизни королевы описан довольно сухо и без лишних деталей. Видимо, автор решила, что и так понятно, насколько вынужденное бегство из дворца Тюильри в Собрание, последующее заключение в башне Тампля, казнь низложенного короля, перевод королевы в тюрьму Консьержери, судебный процесс над ней и смертный приговор должны были быть ужасны для Марии-Антуанетты. Действительно, лишние слова не нужны для того, чтобы осознать, чего ей стоило до конца держать голову высоко и сохранять королевское достоинство, проходя через все эти испытания... Некоторые авторы популярных биографий, стремящиеся идеализировать королеву, используют тот факт, что королева отказалась покидать мужа, добровольно осталась рядом с ним и в результате своего самопожертвования «гордо взошла на эшафот». Подобная трактовка не выдерживает серьёзной критики. Очевидно, что королева действительно благородно выдержала тяжелейшие испытания в конце своей жизни. Но также очевидно, что она не могла знать, чем рискует, отказавшись уезжать 14 июля 1789 года, когда у неё была такая возможность. Разве, если бы Мария-Антуанетта могла предположить, что ждет её и её детей, она бы не уехала, хотя бы ради того, чтобы спасти детей? Разве супруг не настоял бы на её отъезде, если бы мог предсказать будущее? В конце концов, именно это диктовал бы ей материнский долг, и никто в здравом уме не мог требовать от неё подобной жертвы. Нет, фатальную роль в решении королевы сыграло то, что ни она, ни король не могли предвидеть, к чему приведет и какие формы примет революционное движение. При этом всё вышесказанное никак не противоречит нежеланию Марии-Антуанетты разлучаться с мужем и пониманию, что долг королевы Франции быть рядом с её королём. Справедливости ради нужно отметить, что предвидеть масштаб начинающейся революции было крайне сложно, особенно учитывая тот факт, что королевская семья практически всю жизнь провела в своего рода пузыре, коим являлось замкнутое пространство Версаля. Во время так называемого процесса над королевой, Мария-Антуанетта, как пишет мадам Левер, до последнего думала, что её приговорят к депортации… Ещё один момент, который привлек моё внимание, касается «высокомерия» Марии-Антуанетты. Автор не раз подчеркивает эту черту личности королевы, к примеру,

Мария-Антуанетта не могла избавиться от тщеславия и высокомерия.

При этом не упоминаются свидетельства об актах благотворительности со стороны королевы (об этом можно почитать у той же Фрэзер). В этой связи можно вспомнить, как Мария-Антуанетта в возрасте восемнадцати лет проявила заботу о крестьянине, раненом во время королевской охоты. Известны и другие случаи заботы и сочувствия королевы по отношению к простым людям. В данной биографии об этих проявлениях «человечности» не сообщается, а только подчеркивается, что Мария-Антуанетта все время пыталась сбежать от вездесущего этикета, который ей изрядно досаждал. Зато хорошо и подробно описаны взаимоотношения королевы с её австрийской роднёй, считающей, что Мария-Антуанетта просто обязана всячески способствовать интересам австрийской политики. Мать и брат постоянно напоминали Марии-Антуанетте об этих её обязанностях перед родиной (Австрией), не очень задумываясь, как это должно сочетаться с её ролью французской королевы. Естественно, это создавало Марии-Антуанетте определённые проблемы при французском дворе. В биографии неплохо описаны французские придворные, все эти куртизаны, ожидающие милостей от власть предержащих и не готовые расставаться ни с одной из своих привилегий. Подобное окружение никак не способствовало укреплению королевской власти, а наоборот, только создавало дополнительные трудности, пытаясь противодействовать реформам, включая необходимую политику экономии.

Также следует отметить отсутствие библиографического списка в конце книги, который мог бы быть полезен читателю. Нам сообщают, что автор проработала богатый корпус источников, но никаких ссылок на эти источники в книге не приводится.

В заключение скажу, что биография Эвелин Левер является не очень детальным описанием жизни королевы, где автору в общем и целом удалось сохранить сравнительно непредвзятый подход к изложению событий, несмотря на некоторые сомнительные утверждения.

~3.25