Лихорадка

Действие романа происходит во время правительства второго Венесуэльского диктатора - Хуана Винсенте Гомеса. Пришедшего к власти абсолютно легитимным путём.

Гомес позиционировал себя как "миротворец", освободил политзаключённых режима правления предыдущего диктатора Сиприано Кастро, восстановил свободу прессы, реформировал систему вооруженных сил, утвердил регулярную армию, провёл реформу налогообложения...

Ну и достаточно, в принципе, заигрывать с избирателями. Пора объяснить населению, что мы-де не США, у нас демократии не получится, и вообще венесуэльцы - люди расово неполноценные и управлять сами собой не могут, посему объявляем себя диктатором, раздаём руководящие посты широкому кругу родственников и близких сподвижников, которые при надоедливости время от времени физически устраняются. Снова вводится цензура, оппозиция жестоко преследуется.

А такой приличный с виду человек

Народ, привыкший терпеть сначала под Испанией, потом под первым режимом военной диктатуры, конечно не рад. Первыми выказывают своё недовольство, по традиции и уровню концентрации максимализма в крови, студенты.

Отеро Сильва ведёт повествование от лица студента-медика. С удивительной любовью и болью его глазами показывает читателю тогдашнюю Венесуэлу. Её красоту, характер, природную щедрость. И на фоне богатства страны убогую жизнь пеонов-крестьян, отношение к ним латифундистов как к рабочему скоту. Унижения, раболепство и катастрофическое социальное неравенство.

20-ти летние мальчишки испытывают зудящее желание восстановить справедливость, они хотят перемен. Вот только каких конкретно? Что делать, как и куда направить этот бурлящий поток желания борьбы?

Кто-то из ребят предпочитает немедленное действие длительной и вдумчивой подготовке. Надо брать в руки оружие, сейчас, срочно, бомбы, террор, анархия.

Другой же говорит о том, что главная проблема не в конкретном диктаторе, а в системе, в идеологии. И призывает к разработки программы целей и задач революции, к просвещению и агитации населения.

Третий ищет сочувствующих революции за границей.

Главный же герой, Видаль Рохас, совершенно не представляет в каком направлении ему двигаться. И после невнятного участия в февральском антиправительственном выступлении студентов 1928 г, я бы даже участием это не назвала, так немного где-то рядом с револьвером чужим в кармане постоял, вынужден в ожидании ареста уйти со знакомым в повстанческий отряд куда-то в горы.

По итогу же попадает в ещё больший хаос. Здесь ни разу не стрелявшего мальчишку сразу назначают лейтенантом повстанческой армии. Видаль пытается хоть как-то понять цели и задачи командира этой группы. Ничего вразумительного же в ответ не получает. Они просто хотят свергнуть Гомеса. Всё. Они просто состоят в вооружённой группе, потому что знают своего руководителя, потому что сноха соседки когда-то купила телёнка у невестки двоюродного брата мужа двоюродной сестры этого самого руководителя, ну примерно...

Немного побродив по горам с этой повстанческой армией Видаль наблюдает несоответствие своих представлений о революции с тем, что творят его товарищи. Как они убивают и грабят не только солдат официального правительства, но и тех же самых крестьян. И осознаёт, что цели и желания этих самых каудильо ничем принципиально не отличаются от стремлений правящей верхушки. И разница, в сущности лишь в том, что те у власти, а эти пока нет.

Расставшись с этими повстанцами Видаль оказывается в тюрьме, где кое-как в ужасных условиях среди преступников разного рода спустя некоторое время встречается со своими старыми университетскими товарищами.

Здесь интересно наблюдать, как трансформировались взгляды на идею революции и пути воплощения этих идей в жизнь. Как эфемерная мечта о свободе и равенстве начала обретать какие-то осязаемые формы.

Форма, правда, потом вышла корявая. Но знаем об этом мы сейчас. А тогда Венесуэла надеялась, ждала и звала своих героев.