«В воздухе чувствуешь себя сверхчеловеком.»
«Сталин в беседе с Чжоу Эньлаем заявил:
- Для Кореи мы можем дать еще оружия. Для Кореи мы ничего не пожалеем.»
Сергей Макарович Крамаренко - как пишет всезнающая википедия: «являлся последним живущим Героем Советского Союза, получившим это звание за Корейскую войну.» За книгу - твердая пятерка, ибо по сравнению с мемуарами Пепеляева, Сергей Макарович дает читателю такую подробную картину событий войны в Корее, что сравнимо с учебником. Но до войны в небе над Кореей была еще и Великая Отечественная война. О ней Крамаренко также написал. И о том, как их, молодых курсантов, рассовали по разным частям и необстрелянных бросили в бой сперва на деревянных ЛаГГах, а потом и на Ла-5.
«Первый вылет в район боев запомнился мне тем, что я почти ничего не понял.»
Он становится счастливчиком, которого отобрали в авиаполк воздушных охотников. Тогда то, можно сказать, его и начали обучать серьезно искусству полетов. И еще, вы не поверите, их начали обучать танцам! Но танцы не помогли ему избежать судьбы: его самолет сбили и он попадает в плен. Ему повезло - в плену Крамаренко пробыл всего несколько дней. Наши войска его освобождают. После Победы он, как и большинство летчиков оказывается почти не нужным своей Родине. Проходили месяцы, летчики теряли квалификацию, но полетов не было. Потом его в составе авиаполка отправляют в чистое поле, именуемое аэродромом. Там, кроме казарм и столовой, ничего не было, и это вызывало множество забот. С системой не поспоришь. А уж с большевистской системой - и подавно. Такое отношение командования авиации округа к боевым летчикам очень скоро дало свои результаты: не выдержав, стали уходить Герои Советского Союза, герои Отечественной войны... Вместо них пришло много летчиков-инструкторов из училищ. Вероятно, в этом и заключалась задумка. Чтобы заменить боевых и опытных летчиков на школьных работников. Что касается Крамаренко, то его, как побывавшего в плену, даже не допускали к участию в полетах на парадах. Так и просидел Сергей Макарович, никому не нужный, аж до 1948 года. Комполка уже направил документы на откомандирование его из полка «за невозможностью использовать в парадах», как вдруг все переменилось. Командующим округа становится генерал-майор авиации Василий Сталин.
О Василии Сталине:
Новый командующий организовал постройку домов для летчиков. И восстановил Крамаренко в рядах полноправных летчиков Московского военного округа и тот снова стал принимать участие в воздушных парадах. Вообще, в книге множество фактов говорящих в пользу Василия Сталина, как грамотного организатора и командира. Печально, что современный российский кинематограф наснимал кучу фильмов, порочащих его имя... А разжаловали и посадили в тюрьму Василия Сталина именно за постройку тех домов, которые до сих пор еще стоят! После смерти отца 5 марта 1953 года Василий уже через день был уволен из Советской Армии без права ношения военной формы. Затем он был осужден и содержался во Владимирской тюрьме под фамилией Васильев. В 1959 году его освободили, вернули воинское звание, награды, пенсию, а в 1960 году арестовали снова. Почти год Василий Сталин провел во Владимирской тюрьме, а весной 1961 года его отправили жить в Казань, где 19 марта 1962 года, в возрасте 42 лет, он умер и был похоронен на Арском кладбище под фамилией Джугашвили... При Василии Сталине полк Крамаренко начали переучивать на реактивные самолеты. Правда, все это было показушно и очень напоминает своременные показушные «каспийские залпы».
О самолетах:
Реактивный Як-15 был скоростным и мог выполнять самые сложные фигуры высшего пилотажа. А запас топлива этого самолета был весьма ограничен - всего на 30 минут полета. «А маршрут первомайского парада нашего полка на этих самолетах был рассчитан на 28 минут! Поэтому мы заходили на посадку с минимальными интервалами, буквально в нескольких сотнях метров один за другим, и садились через каждые 10-15 секунд. Последние самолеты садились буквально на последних граммах топлива...». Но системе и этого было мало. Взлетная полоса была из металлических плит. Реактивные двигатели поднимали из щелей облака пыли. При взлете, после начала разбега первых звеньев поднимался столб пыли, и взлетать летчикам других самолетов приходилось при видимости 50-100 метров. Всего же в полку было 15 звеньев по 3 самолета, и последние летчики взлетали, уже не видя ничего, кроме ведущих! Когда появился МиГ -15, то летчикам дали всего лишь несколько месяцев на освоение нового самолета и снова на парады! Их словам о том, что в самолете был дефект никто не верил. «Впоследствии из-за этого дефекта самолета погибли несколько летчиков.» И лишь гибель этих летчиков заставила конструкторов разобраться с дефектом. И МиГ - 15 станет тем самым самолетом, который значительно превосходил американские самолеты, воевавшие в Корее в 1950 году.
Справка: первый воздушный бой между советскими и американскими самолетами произошел 1 ноября 1950 года. В небе Северной Кореи встретились 4 МиГ-15 и 3 американских «Мустанга». В результате боя были сбиты 2 «Мустанга», а МиГ-15 потерь не имели. Первые же схватки в воздухе показали, что американские реактивные самолеты F-80 «Шутинг Стар» и F-84 «Тандерджет» значительно уступают советским МиГ-15 по скорости, скороподъемности и особенно по вооружению, в результате чего воздушные бои заканчивались их поражением и бегством. Потери американских ВВС в воздушных боях с МиГ-15 вынудили командование ВВС США срочно направить в начале 1951 года на Корейский полуостров свои новейшие истребители F-86 «Сейбр». По своим летно-тактическим данным этот истребитель был примерно равен МиГ-15: уступая в скороподъемности и удельной тяге, он превосходил его в лучшей маневренности, большей дальности полета и в наборе скорости на пикировании. Зато МиГ-15 имел существенное преимущество в вооружении. Его три пушки: две калибра 23 мм и одна калибра 37 мм с прицельной дальностью 800 метров - значительно превосходили вооружение «Сейбра»: 6 пулеметов калибра 12,7 мм с дальностью стрельбы 400 метров.
Корея:
Крамаренко попадает в группу, которая была оформлена как 324-я истребительная авиадивизия. Командовал ею Иван Кожедуб. Дивизия состояла из двух полков по 32 летчика. Никакого инструктажа, подготовки к боевым действиям или изучения силуэтов и ТТХ самолетов будущего противника летчики перед отъездом не проходили. Все это им предстояло выяснить на собственном опыте. А ведь до этого почти пять лет они занимались полетами в парадном строю, то есть летали по прямой, почти не пилотировали. Они почти напрочь забыли о том, что такое воздушный бой. Им пришлось заново обучаться и тренироваться. И еще они должны были обучать корейцев. Вообще, если внимательно читать данную книгу, то вся затея с отправкой наших летчиков в Корею выглядит как некая авантюра, обреченная на неудачу. «Американских самолетов свыше двух тысяч, а нас всего 50 летчиков. Силы явно неравные - один против сорока самолетов.» Вдобавок, нашим летчикам категорически запрещалось преследовать американцев.
Справка: нашим 50 самолетам, хотя и прекрасным МиГ-15, противостояли три воздушные армии - свыше 2000 боевых самолетов, а также несколько американских и английских авианосцев, на которых было еще свыше 1000 самолетов!
Правда, нашим помогало то, что у американцев не было изначально цели вступать в бой. Им нужно было сбросить бомбы или выпустить ракеты и после этого вернуться живыми на свои аэродромы. После выполнения определенного числа полетов, американские летчики получали за это значительное вознаграждение и возвращались домой, в Соединенные Штаты.
Интересный факт: нашим командованием было принято решение не маскировать защитной окраской наши истребители, а, как ни странно, сделать их более заметными. Дело в том, что фюзеляж и крылья «МиГа» изготавливались из серебристого алюминия и покрывались бесцветным лаком, поэтому они были видны на десятки километров, особенно при ярком солнце, когда солнечные лучи отражались от самолетов как от зеркал. В результате американские летчики своевременно замечали появление наших самолетов и поспешно уходили за береговую черту. Куда запрещалось заходить нашим самолетам.
Интересный факт №2: Советский Союз официально не участвовал в войне. Советские дипломаты категорически отрицали участие советских летчиков в войне в Корее. А за то, что наши не преследовали американские самолеты, американцы также не объявляли, что в Корее воюют русские! И это при том, что наши спокойно и в огромном количестве сбивали американские «летающие крепости» В-29. Так, только 12 апреля было сбито 25 стратегических бомбардировщиков.
Интересный факт №3: американцам сбитые самолеты засчитывались по данным фото кинопулеметов - ФКП. Нашим же требовалось предоставить четкий, хороший снимок фотопулемета и подтверждение от поисковой группы, привозившей детали сбитого вражеского самолета.
Главной победой в Корее для СССР в Корее стало именно доказательство уязвимости американских летающих крепостей. Как известно, В-29 был стратегическим бомбардировщиком, то есть носителем атомных бомб. В стоявшей на пороге третьей мировой войне эти бомбардировщики должны были поразить атомными бомбами крупные города Советского Союза. Война в Корее показала и доказала, что эти огромные самолеты беззащитны перед реактивными истребителями, значительно уступая им как в скорости, так и в вооружении. В полете над бескрайними просторами Советского Союза ни один из нагруженных бомбардировщиков В-29 не имел никаких шансов пролететь и ста километров и не быть при этом сбитым!
«Не случайно в послевоенные годы в нашей стране строились в основном истребители МиГ-15: на них была перевооружена вся истребительная авиация Советского Союза, да и авиация Китая, Северной Кореи и дружественных Советскому Союзу государств Европы.»
Вот для этой победы над В-29, вероятно, и направлялись наши летчики в Корею. А не для настоящей победы над американцами. Поэтому, как пишет Крамаренко, не проводились даже ежедневные разборы дневных полетов. Ошибки летчиков не вскрывались, правильные действия летчиков не пропагандировались. Когда наши летчики сменялись, то вновь прибывшие учились на своих ошибках. Уезжающие не делились с ними никакой информацией. Ибо секретность!
176-й гвардейский полк Крамаренко вел в Корее боевые действия в течение 10 месяцев. За это время полк сбил 107 самолетов противника, потеряв при этом 5 летчиков и 12 самолетов.
О «справедливости» советской системы: если летчикам ПВО звание Героя Советского Союза присваивалось даже за 6 сбитых самолетов, то нашему летчику Петру Милаушкину, сбившему 12 американских самолетов, звание Героя присвоено не было! Самого Крамаренко за 8 сбитых американских самолетов после присвоения звания Героя Советского Союза не наградили ни одним орденом, хотя в Отечественную войну был издан приказ Сталина о награждении летчиков орденом за каждые 3 сбитых самолета.
Кроме того, если в Отечественную войну наши летчики за каждый сбитый немецкий самолет получали премию 1000 рублей и более (в зависимости от типа сбитого самолета), то никто из летчиков его дивизии за сбитие самолетов денежного вознаграждения не получил.
Вернувшись из Кореии, Крамаренко снова попадает в равнодушные объятия родины, где летчики не особо и нужны. Как только над ними не издевались. Для переаттестации заставляли учить и сдавать высшую математику. Издали приказ, требовавший, чтобы личный состав добирался на аэродром пешком в случаях, если расстояние от казарм до аэродрома менее 5 км. «Не знаю, кто подготовил такой приказ, ведь летчиков, которые с час или полтора в летном снаряжении будут добираться до аэродрома, да еще под дождем или в июльскую жару, будет просто опасно выпускать в полет! А тем более на воздушный бой или при минимуме погоды, когда от летчика требуется максимум внимания и собранности.» Отработку навыков военные летчики должны были делать на гражданских аэродромах, рискуя столкнуться с пассажирскими самолетами. О нормальных полетах нечего было и мечтать. Не удивительно, что иностранные самолеты-разведчики летали над территорией СССР безнаказанно и творили все, что хотели.
«18 марта 1957 года высотный разведчик с территории Ирана на высоте 20 тысяч метров прошел по всему югу страны, от восточного берега Каспийского моря до Батуми, и ушел в Турцию. 21 августа было совершено очередное нарушение уже двумя самолетами, которые прошли весь юг страны от Фрунзе до Семипалатинска, Барнаула, Новосибирска и обратно.»
Надобно сказать, что Сергей Макарович Крамаренко был достойным сыном большевистской системы. Когда какой-то идиот сверху приказал перебазировать МиГ-17 и Су-9 на школьный(!) аэродром, он лишь сперва поломался. А потом начал требовать от своих подчиненных выполнения приказа. Не стесняясь прикрываться ложью о том, что началась война. А ведь понимал, что для Су-9 полоса была короткой. «Выполнение этого приказания означало разбить несколько этих прекрасных, но строгих на посадке самолетов. Ведь лишь несколько самых опытных летчиков могли садиться на такую слишком короткую для сверхзвуковых истребителей посадочную полосу.» И таких случаев было много. Это была система, а не случайности... И совсем не случайно, что именно Крамаренко потом был назначен ответственным следователем по расследованию авиационных катастроф. Находясь в одной из зарубежных командировок, Крамаренко сказал одному иракцу следующие слова: «я верю в Ленина. И живу, чтобы рай был не на небе, а на земле!»
Рай для Сергея Макаровича наступил после того, как он закинул свою совесть на дальнюю полку. И забыл о том, что американские летчики сбивали наши транспортные самолеты, которые везли гражданских лиц из Кореи в СССР. Сделал вид, что забыл о том, как наших летчиков, его товарищей, катапультировавшихся во время боев, расстреливали американцы, которым платили за сделанный из ФКП снимок висящего на парашюте летчика... Он спокойно принимает приглашение от американцев и едет красиво тусоваться с убийцами его товарищей. И аккуратно в своих выступлениях обходит скользкие темы и старается не напоминать о ковровых американских бомбардировках мирного населения Кореи. Вот такая вот цена за рай на земле. В понимании Сергея Макаровича Крамаренко, конечно же... Аминь!
3 понравилось
