С ними по-хорошему нельзя. Интимный дневник Салли Мара

Мда... В принципе, я и предполагала увидеть что-то подобное. Хотя, признаться, Р. Кено смог, превысить все мои прогнозы на ожидаемое количество пошлости. Местами было интересно, правда. Но это полностью заслуга такого формата подачи, как "дневник". Ведь про первый роман "С ними по-хорошему нельзя" я такого сказать не могу. Начало у первого произведения было многообещающим. Я даже сдуру решила, что сюжет действительно посвящен Пасхальному восстанию в Ирландии. Однако, после появления героини Гертруды всё пошло по наклонной, иначе говоря, всё стало пОшло.

"Интимный дневник Салли Мара" имеет претензию на замысловатый сюжет, но и тут получилась шляпа. Чего стоит только продуманность отношений друг к другу в семье Салли. Где ещё возможно прочитать про то, как старший брат рисует половой орган младшим сестрам, а мать, видя это, смеётся? Или как вам это: брат пьяный засыпает, сжимая в руках "угадайте что", а сестра это видит? И как, простите, можно поверить в то, что в такой семье выросла девушка, которая к 18-ти годам не имеет НИ МАЛЕЙШЕГО представления об отношениях с противоположенным полом? Вот и я о том же. Сюжет снова присутствует лишь для галочки. Наказания, которые проделывал отец над дочерьми, вызывали тошнотворный рефлекс. Постоянные распития уиски надоели. После ситуации с запиранием на кухне кухарки Бесс, уже хотела закрыть книгу, но, увидев, что развязка близка, решила дочитать. Вознаграждением мне стала история про вампиризм и положительная реакция общественности после убийства Бесс в сторону семьи Гг-ни. Логичней некуда. Ведь люди всегда поздравляют семьи убийц после того, как про них написали в СМИ. Ну, спасибо автору, что не пере*****л всех в конце.

С ними по хорошему нельзя

— В странную переделку попала девчонка, — продолжал Келлехер. — Допустим, мы вели бы себя нехорошо, не как безупречные и приличные герои, представляешь, тогда ей довелось бы много чего повидать. Повидать — это только так говорится, ну сам понимаешь.

- Слушай, Дик, - сказала Памела А. - ты давно жаловался на отсутствие глубокого литературного содержания в сценариях к нашей п**нушке, кажется я нашла то, что тебе нужно! - Ну-ну, детка, неужели, ты еще и читать умеешь? Кладезь талантов! Вообще про глубокое я другую тему обсуждал, но давай посмотрим, можно ли сваять кино про твоего Кено. - Нет, ты погляди на этот текст, все по твоему заказу: и все возможные отверстия задействованы, и стили включены для разных любителей, и можно подобрать несколько сильных парней, мммм, с оружием, эротично... Я стрижку сделаю под Герти, а костюмчик у нее - отпад, еще и наряжусь в концовке, помнишь, про невесту ты тоже хотел сцену, а? А еще это классика, представляешь, на фоне клеверных листков и ирландского восстания кучка накачанных спермой индивидуумов, захватив "уиски", тунца и пулемет максим, "проживают полной жизнью" (особенно с точки зрения религии интересен взгляд на их действия) последние часы перед смертью. Над последней, кстати, не задумываются, невероятно (подозрительно) легко относятся к трупам, стрельбе, сношению с затесавшейся девицей, в общем - брутально, зрелищно и с чудовищной долей треша проводят время.

— Командир велел, чтобы все было корректно, — удержал его Келлехер.

Корректно, - это основное их слово, только каждый понимает его по своему. А, в итоге, во всем виновата баба, так что любому смотрящему визуальный ряд будет солидарно и понятно. Хотя, если бы не она, у них все было еще прискорбнее, а так, как самцы богомолов, ей богу.

— Что вы можете на это ответить? — спросил у них Картрайт. — С ними по-хорошему нельзя, — ответил Келлехер. — Это уж точно, — вздохнул Диллон.

Облако "смыслов" к повести: сценарий, "корректные" террористы-революционеры, чернуха, порнуха, кровища, виски, дно жизни. Интимный дневник Шел 1934й год, семнадцатилетняя девица, ни сном ни духом о "брачных играх" начинает писать дневник, записывая в него всю у чушь, которая, по мнению автора, приходит в голову юной курочке в процессе ее развития, узнавания о физиологической прозе жизни, получения предложений разнообразного характера, щипков по ягодицам и т.п. Она мучается от неведомых томлений ( до такой степени, что облизывает статуи в парке), случайным образом (за семейным ужином братик нарисовал натуралистично, и мать еще оценила достоверность, ну умиляет ведь такая открытость воспитания, да?) узнает о разнообразных вариациях применения "инструмента" (и его визуализация тоже дается разнообразно, ага), задумывается над поведением желающей быть отшлепанной сестры и прочие пошлости. На козочках и собачках изучает предварительный алгоритм, на семейном примере получает опыт "беби вне брака" и прочее. Все это заливается виски, как основным общим напитком социума и деградационными разговорами. Это не просто дно, а днище общества. Такой набор "вредные советы", антисоветы о разрушительном незнании основ взаимоотношений и черте порока, которая совершенно прозрачна.Но, как и любая сказка про девочек, все заканчивается свадьбой, ведь, по мнению автора, это основное женское желание, наравне с изучением инструментов "духовности". Облако "смыслов" к повести: пошлость, сексуальная инициация, инструмент, козлы, поручень, виски, половозрелые идиоты, кровища, дно жизни. ИТОГ Кто помнит милый фильм "Человек с бульвара Капуцинов"? После эстетсвующего мистера Фёста, приехал мистер Секонд и вверг все "обчество" в хаос бескультурщины, алкоголя и драк. Эта книга - пример мистера Секонда, никак не ожидала о "классике про ирландское восстание" какого мусора.