Жажда

Хороший, в принципе, автор. Странно, но раньше я его не читал (или читал мельком, или забыл, но, скорее всего, не читал). Здесь он (в сборнике этом) в одном месте, (в последней, как раз, повестюшке) вставил отрывок из своего "романа", который он (то есть, якобы, главный герой) начал писать в 10-м классе, и я подумал: а опубликую-ка и я свои старые рассказики из наших рукописных журналов "Декабрина", который мы, с братьями с начала 1980-х до начало 1990-х (в единственном, правда, экземпляре) выпускали , опубликую, хотя бы на своей страничке на proza.ru. И взял я (по этой причине) с собой из загорода несколько номеров той самой "Декабрины", допишу эту рецу и начну потихоньку набирать (а скорее всего на следующей неделе начну набирать) что-то из тех рассказов вручную на компе (а как по-другому? вариантов нет). Ну это ладно, это я немного отвлёкся. Продолжаем. По поводу сборника. Первый рассказ "Нежный возраст", -двухмесячный, типа, дневничок (с 14 марта по 14 мая 1995 г.) некоего малолетнего школьника. Очень неплохо. И опять-таки, словно прям знакомо и так нейтрально-сопереживательно (а достижение сопереживательности уже плюс, как я уже говорил неоднократно). Не без перегибчиков конечно (ибо это просто "красиво" конечно так сказать "Никому не может быть столько лет" (имея при этом в виду всего лишь 63-65-и летний возраст), но даже для младшего школьника -это перебор, чтобы так "высказываться" (не до такой же степени он дебил, хотя, забегая вперед, можно констатировать, что как минимум половина героев книжки, кажется, обитает именно в этой дебилоидно-тормозной парадигме). И да, больно уж пацанчик пофигистично спокоен, и слишком спокойно об этом рассказывает (даже, например, когда мама его говорит ему, что уходит от них) и ещё более спокойно ведет себя при этом (уходе). Стержневая (как можно догадаться по названию сборника) повесть здесь - "Жажда" - это, если буквально по ситуативным цитаткам рассматривать, то речь здесь идет о водочной жажде (пьют много и почти все, в том числе ГГ), а если не буквально, то о главном герое рассказывается (пусть и от первого лица)- о парне, изувеченном (обгорело лицо) на "чеченской войне". Хороший, нормальный текст. И опять-таки ровно-безэмоциональный тон повествования, ну и критика нашей жизни, за одно присутствует. Всё это написано, как я понимаю, в начале 2000-х, когда коллективный запад представлялся (да и сейчас представляется, слава богу, всё меньшему и меньшему количеству) этаким "сияющим градом на холме". Смешно (если бы не было так грустно).

Пару недель назад я по собственной дурости изрядно ошпарил руку. Крутым кипятком обварил до большущих пузырей. Конечно, теперь уже зажило, но пятно едва ли не свекольного оттенка на руке осталось, ну и стянутый участок кожи. Некрасиво, но ведь рука, не лицо…

Дальше...

Герой нашей повести после подрыва БТРа кумулятивной гранатой буквально горел в нём до тех пор, пока его не вытащили из машины. А следы горелого тела — кожи, мяса — остались не только на его теле и лице. Но и на всей его душе, в его мыслях и чувствах. И ничего другого он теперь не может в этой теперь уже в мирной послевоенной жизни. Нет, конечно, он умеет делать евроремонт и то и дело им занимается — жить на что-то надо. Но рисовать — а наш парень изрядный рисовальщик, а то и художник — он способен только войну. Всех тех, с кем он прошёл всю свою недолгую службу и тех, кто не вернулся домой. Вот он их и рисует…

Вообще я не читал эту повесть, а слушал моноспектакль Константина Хабенского по ней. И мои впечатления от написанного удвоены, а то и утроены от того мастерства, с которым Хабенский прочитал нам эти огненные строки. Непременно поделюсь этим с другими любителями аудиокниг…

Передо мной пустой лист. Такое же долгое ожидание, как ожидание главного героя. Как написать обо всем этом? Когда боишься заснуть, потому что в снах повторяется всё снова и снова. И это невыносимо. Так невыносимо, что в перерывах между работой забиваешь холодильник водкой и пьёшь так, что бы не помнить ничего. Что бы забыть отдаёшь своё зеркало соседке. Не напишешь, надо читать. Читать и прочувствовать эту самую жажду, жажду боли, которую невозможно утолить… Разве что только добром или пониманием… Тогда станет чуть-чуть легче. Небольшой рассказ. Но сколько в нём! Каждая строчка пропитана болью, одиночеством, безысходностью сломанных судеб. Такая большая жизнь, и какие разные судьбы. Главный герой прошёл чеченскую войну, которая изуродовала его тело. Но, каким-то образом он смог сохранить свою душу. Он не озлобился, он просто закрылся, и только некоторые моменты, которые возникают в его жизни, дают ему силы жить дальше. Во-первых, это армейское братство, где каждый поддерживает своего товарища. Своих не бросают. Во-вторых, это родные. Константин знакомится со своими братом и сестрой – детьми своего отца. И благодаря общению с ними, он снова начинает рисовать. И потом он рисует, рисует, рисует. Но всё простым карандашом. Цветными он рисовать не может. Его рисунки - его жизнь, всё, что происходило или могло произойти, так, как должно было быть на самом деле, не будь этой войны. А в конце повести он рисует своё лицо. Даёт ли ему это надежду? Но он начинает снова видеть мир… Язык повести бесподобен. Геласимову удалось так передать диалоги бывших сослуживцев, что это не резало слух. Очень жёстко написано книга – такие уж там события. Но в то же время ты не остаёшься равнодушным ни к чему происходящему. Ты переживаешь всё с ними, с этими тремя, которые ищут пропавшего четвёртого, не нашедшего себя и совсем опустившегося сослуживца. Они ищут его везде- в Подмосковье, в Москве на вокзалах, они ищут и сквозь эти поиски мы узнаём их судьбу. И мы понимаем, мы всё понимаем… Понимаем боль и обиду Константина на своего отца. А ведь ему так нужен был отец! Да и матери он особенно не был нужен. По-настоящему его открыл директор училища, да и тот уехал, оставив только свою жажду... Жажда... В этом слове всё, что чувствует и переживает главный герой... Жажда.Жажда.Жажда.. Хотелось бы увидеть рисунки Кости. Очень хотелось бы...