
Электронная
558 ₽447 ₽
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Учитывая тематику книги и недостаточный уровень подготовки читателя в области экономических наук, рецензент счёл целесообразным отказаться от вынесения разного рода суждений и анализа описанных в книге событий.
Тем не менее, обладающего определёнными знаниями в области математических наук и моделирования (а также теории вероятностей, исчисления неопределённостей и теорией игр, в настоящее время имеющих хорошие модели для фондовых рынков), читателя коробят приводимые автором выводы, и именно их, опираясь на почерпнутые в книге данные, хотелось бы оспорить. Подводя итог деятельности Long-Term фонда, автор заключает, что ошибка хедж-фонда состояла в изначально неверной посылке: якобы математические методы не в состоянии описать сложные закономерности работы биржи, где действуют обыкновенные люди, склонные поддаваться эмоциям. Однако одновременно с этим автор несколько раз подчёркивает, что многие факторы (такие, как неустойчивость системы в моменты нестабильной политической и/или экономической ситуации в мире, предыдущие глобальные кризисы и статическая зависимость между принадлежащими одному трейдеру инструментами, а также ошибочная оценка общего вида распределения вероятностей выбранных для исследования случайных величин) составителя модели как раз не были учтены, что говорит о неточности предложенной модели, но не о несостоятельности математических методов при исследовании рынков.
Ещё одним важным фактором (следующее утверждение рецензента не подтверждено реальными фактами и формируется исключительно на сложившемся у него впечатлении после прочтения книги, таким образом, обвинения в голословности и ошибочности сделанных выводов допустимо) следует считать то, что, судя по всему, исследовательская группа, приняв на вооружение одну или несколько основных моделей, не озаботилась дальнейшим её уточнением и доработкой, снова и снова используя показывавшую прежде положительные результаты формулы без анализа и корректировок.
Меньше всего на научный подход тянет переход фонда на операции с акциями без какой-либо дополнительной подготовки и исследований (данное утверждение уже не является голословным и взято из самой книги), когда на инструменты несколько иной природы с отличными от облигационных внутренними механизмами функционирования и логикой исследователи перенесли работавшие безошибочно на других инструментах стратегии. Допущенную здесь ошибку можно было бы нивелировать, проявляй компания и руководство больше внимания к мнению профессиональный трейдеров, лучше знающих и чувствующих рынок в отличие от их учёных коллег, однако такой практике в фонде не водилось.
В этот момент, однако, рецензия заканчивает дискуссию с автором и начинает пересказывать книгу, что едва ли пойдёт на пользу данному отзыву. Если продолжать размышлять о книге в отрыве от описываемых в ней событий, хочется отметить, что автор детально и чётко прослеживает предпосылки возникновения фонда, его зарождение и основные этапы деятельности. Всё это описывается в достаточной для понимания степени подробно и доходчиво, в то же время без лишней лирики, что даёт читателю обоснованное документальное представление о конкретном историческом периоде в истории фондовых рынков. Детального экономического и математического разбора в формулах и графиках произведение не даёт, как и не претендует на подобный анализ.
В целом книга может быть рекомендована интересующимся историей рынков, людям, связанным с финансовой математикой, разного рода трейдерам и инвесторам, возможно, студентам экономических специальностей (если бы только читателю доподлинно знать, чем занимается экономика как наука).

Книжку я купил в "Карусели" по цене 49.99 лет семь назад, о чём свидетельствует неприметная наклейка в уголке обложки. Мне вообще всегда казалось, что стойки для книг в гипермаркетах были организованы исключительно для меня. Никто к ним не подходил и я мог зависать там часами, хотя по плану была картошка и капуста. Когда эти стойки вместе со стойками DVD в гипермаркетах начали организованно сворачивать, я чувствовал стыд за то, что не смог поддержать уровень покупательной способности на должном уровне и вот теперь бедному гипермаркету приходится терпеть из-за меня убытки.
А если обратиться к рассматриваемой книге, то её героям точно не пришлось краснеть. По крайней мере до того момента, пока они не проиграли в казино под названием "фондовая биржа" свой первый миллиард(!) долларов. Вот уж действительно неловко получилось. Как вы понимаете, я не являюсь экспертом в области в валютных рынков. Но я предполагаю что это очень большая попытка реальный мир превратить в некое подобие игры. Виртуальные деньги, которые оборачиваются на мировых биржах, и в первую очередь на Уолл Стрит США, в несколько раз больше финансового эквивалента, который существует в реальном мире в виде товаров и услуг, которые мы потребляем. Для чего были созданы эти финансовые потоки и каков механизм их работы, каков механизм их регулирования и чем, собственно, занимаются люди, находящиеся в этой финансовой системе? Они не имеют дело с реальными товарами и услугами, вся их деятельность заключена в виртуальном поле финансовых операций. Можно аккуратно предположить, что это действительно игра с ненулевой суммой, потому что появление победителей не обуславливается появлением проигравших в каждой конкретной игре. Но количество "победителей" растёт растет по экспоненте. И грань разумного в этот момент переступается, с моей точки зрения, именно в этот момент. Грубо говоря, это уже не игра на условную корову: тот, кто получает реальную корову - забирает эту корову у проигравшего. А тут у нас что? Победитель корову дублирует, а иногда умножает в три, четыре, пять раз. А герои нашей книги умножили "корову" в миллионы раз. Рынок немного прифигел от такой наглости, которая не снилась даже видавшим виды заправилам "стеночной улицы". У меня такое положение дел, например, так же не укладывается в голове. когда такое стало возможным? Кто регулирует этот процесс? Как это, нафиг, работает?
Если условный "здоровый" капиталистический предприниматель в "здоровой" капиталистической экономике (привет Фрицморгену) должен увеличивать добавленную стоимость и имитировать деятельность, перемешивая имеющиеся у него на руках возможности, играя с с непониманием и незнанием потребителями и покупателями окружающих его факторов, то валютные системы в принципе отрываются от реальности и не имеют уже ничего общего с реальным миром. Как в таком образе человеческой деятельности финансовое регулирование должно в принципе работать? Я уже даже не говорю о какой-то полу мифической справедливости, о возможности построить свою жизнь, занимаясь полезным для общества делом и не чувствовать себя при этом лузером. Только существование Евгения Дёмина на этой земле меня ещё хоть как-то обезопашивает от нервного срыва. Потому что печать денег, создание прибыли из ничего, грубо говоря, парадоксальная игра на бирже в разных вариациях, не имеет ничего общего с пользой для общества. Можно долго спорить о том, нужна ли польза для общества и чем вообще в принципе занимаются люди, которые условно работают, а в реальности "умножают корову", этот жупел добавленной стоимости (я, наверное, после этих измышлений добавленную стоимость буду называть добавленной коровой), но, наверное, аккуратно можно согласиться с тем тезисом, что увеличение виртуальной финансовый массы обесценивает не только саму эту финансовую массу но и идею системы взаимного расчёта.
Читая эту книгу, я очень хотел понять и разобраться в том, чем занимаются вот герои книги. Кто эти люди, чем они дышат, помимо смеси азота с кислородом? Чем они живут, помимо мечт о собственных бассейнах, машинах и рабах? На что они надеются и как они себе объясняют свою деятельность? Ответов на эти вопросы я, конечно не получил, а, наверное, ещё больше запутался. Но некоторое подобие ответов, хотя и в другой плоскости, я всё-таки смог раздобыть. Наверное, мне еще чуть-чуть лучше стало понятно, что эти люди, грубо говоря, ничем полезным для человечества не занимаются и в итоге на "длинные дистанции" они, наоборот, производят вред в чистом виде. Может быть они будут полезны хотя бы в качестве своеобразной прививки для человечества? И если до этого я понимал разрушительность кризиса 2008 года до него кризиса "доткомов" 2001 года или Великой Депресси в США, то сейчас я познакомился с совершенно новом для меня моменте истории 1998 года. Этот момент был тесно переплетён с августовским дефолтом моей страны, за что этим финансовым гениям отдельно спасибо. Жаль, что таких книжек уже случайно не найти на стойках в гипермаркетах, до которых не доходят обычные покупатели. Да и стоек тех уже не сохранилось. Ребрендинг, мать его.

Всё. Прочитал 1/7. Бросил. Тоска смертная. Почти ничего не понял.
Надеялся найти человеческий рассказ об интересной и поучительной истории компании Long-Term Capital Management. Она могла бы стать по-настоящему захватывающим сюжетом. Как-никак Нобелевские лауреаты проверяют свои теории на практике.
Но нет. Все эти мелкие детали, выполненные в технике пуантилизма, по-настоящему скучны. Трейдерские шутки могут понять только трейдеры. А уж посмеяться над ними вряд ли каждый трейдер сможет, не говоря уж об обычном человеке.
Не интересно. Даже мне, любителю скучных книг.
Категорически не рекомендую.

Рынки способны оставаться иррациональными дольше, чем вы сможете сохранять платежеспособность. (Джон Мейнард Кейнс)

В 1939 году Черчилль заявил: "Не могу предсказать вам действия России. Это головоломка, завернутая в тайну, которая заключена в загадку". Россия и в 1998 году находилась в измерении, не поддававшемся эконометрическим рачетам...

Иногда рынок можно обыграть. При большом везение у кого-то это получается несколько раз, очень редко – даже несколько раз подряд. Но постоянно делать это не возможно. Крупная игра требует предельной осторожности и строжайшей самодисциплины. Особенно тогда, когда успех игроков обеспечен заемными средствами.
















Другие издания


