Сюрреализм помог мне открыть для себя наличие жесткого конфликта между принципами любой расхожей морали и личной моралью, рожденной моим инстинктом и активным опытом. До вступления в группу я никогда не думал, что такой конфликт может поразить меня. Я считаю его неизбежным в жизни любого человека.
Луис Бунюэль

Одним из сильнейших потрясений в моей далекой юности стал киноязык ''Андалузского пса'': и глаз, располосованный бритвой, и муравьи, выползающие из раны в руке, оторванная рука, книги-пистолеты, мужчина, тянущий рояль. Это было необычно, в этом киноязыке была загадка визуализированных снов двух гениев: Дали и Бунюэля. Можно было разбирать каждый кадр в отдельности и пытаться соотносить с различными психологическими и фрейдистскими ассоциациями, а можно было просто наслаждаться искусством ради искусства, наслаждаться (или ужасаться) образами, выпущенными на волю из подсознания, из снов. Это было необычно, непривычно и это было пугающе прекрасно. И этот фильм открыл для меня сюрреализм, стал гимном сюрреализма. Потом, чуть позже появятся фильмы Жана Кокто: Кровь поэта, Красавица и чудовище, Орфей. Позже, гораздо позже появятся книги Бретона, Арагона, картины Ман Рэя, Магритта, Макса Эрнста. Все это будет потом, но дверь в сюрреализм для меня открыл Бунюэль своим ''Андалузским псом''. И у Бунюэля потом будут более ироничные фильмы, высмеивающие буржуазность: ''Дневная красавица'', ''Скромное обаяние буржуазии'', ''Этот смутный объект желания'' и другие не менее шедевральные фильмы. Но ''Андалузский пес'' навсегда останется первым знакомством с сюрреализмом.

В своих воспоминаниях Бунюэль верен себе и своей изумительной кинематографической манере - складывать мозаику из разных событий и картин, оставаясь в рамках рассказа о собственном детстве, об атеизме, о первых впечатлениях от кинематографа, о Париже, о сюрреалистах, о Мексике и собственных фильмах. На страницах воспоминаний (ах, память, память - самое прекрасное и самое ускользающее свойство человеческой психики) промелькнут все сколько-нибудь важные лица сюрреализма: Бретон, Арагон, Дали, Ман Рэй, Элюар. И конечно же Лорка. На страницах воспоминаний развернется целая эпоха сюрреализма - ни единого равнодушного слова, ни единой равнодушной или отстраненной фразы. Невероятная грусть от размолвки с Дали, несогласие с ним и горечь. Яркое описание любимых алкогольных напитков. Встреча с кинематографом и фильмы Фрица Ланга, которые так повлияли на Буюэля и его стремление делать кино. Впечатления о Голливуде, Париже, Мексике, о гражданской войне в Испании, размышления об атеизме, о Боге - во всем чувствуется страстность Бунюэля, его легкая ирония. Досталось от Бунюэля и Борхесу, и Стейнбеку, и Эйзенштейну, и Гала Дали, но в тоже время и слова восхищения фильмам Вайды, Феллини, де Сика. Рассуждения о жизни и искусстве в какой-то степени помогают глубже заглянуть в его фильмы, увидеть смыслы или их отсутствие, понять сюрреалистов и их желание шокировать образами собственного подсознания.
Эти воспоминания о дожде, любимой селедке, о боязни пауков, о людях в жизни Бунюэля становятся еще более пронзительны, потому что написаны на исходе жизни, перед последним вздохом.

Из минусов хочу отметить отсутствие в издании комментариев, отсутствие личных фотографий Бунюэля, а не только фотографий со съемок фильмов. И еще эта книга выходила в 1989 году в издательстве ''Радуга'' под названием ''Мой послдений вздох''.
А в общем - восхитительная книга, раскрывающая Бунюэля еще и как рассказчика и свидетеля великой эпохи прекрасного и неуловимого сюрреализма.

«Thank god I’m still an atheist»

Автор таких фильмов, как "Дневная красавица", "Этот смутный объект желания", "Скромное обаяние буржуазии" оказался прекрасным рассказчиком.
Я просто с упоением читала о его детстве - колледж иезуитов, богатая семья, родители, сестры. Отношение к религии, к деньгам. Маленькие страхи - фамильная фобия - боязнь пауков. Учеба в Мадриде - дружба с великими людьми. Его отношения с Дали и Гала - вообще песня. Сюрреализм. Фантастическая карьера в кино - ради искусства, а не ради денег.
Исключительный человек.

Именно благодаря этой книге можно понять кинематографическое мышление - ведь, как раз эти самые люди создавали кино, открывали его возможности и лимиты. Масса наблюдений за миром и людьми. очень неожиданные оценки некоторых актеров и режиссеров.

Скромное обаяние Бунюэля

Решение написать автобиографию - дело, на мой взгляд, довольно смелое, решительное, и всё же дурной вкус, часто воспоминания превращаются в заурядную хронологию жизни с подробностями тех или иных «знаменитых» событий или нелепое перечисление друзей и знакомых, чтобы не писать исключительно о себе. А когда говорят о причинах написания автобиографии, обычно довольно банальных, вспоминается предисловие Монтеня к «Опытам».

Бунюэль поводом создания «Моего последнего вздоха» называет, во-первых, боязнь утраты памяти, а во-вторых, по его мнению, подобные книги позволяют «не закрывать наглухо дверь». Что ж, звучит убедительно... Ещё более приятно, что воспоминания Бунюэля обладают определёнными литературными достоинствами, как по стилю изложения, так и в части содержания. Во-первых, автор совершенно не претендует, о чём и заявляет в самом начале книги, на достоверность описываемых событий – наоборот, Бунюэль подчеркивает, что факты здесь перемешаны с заблуждениями, фантазиями и сновидениями, поскольку люди склонны верить в реальность воображаемого, и вымысел составляет определённую часть их жизни. Всё сказанное превращает повествование не просто в рассказ о жизненном пути, но в своего рода духовную автобиографию, где описание снов занимает не менее важное значение, чем события гражданской войны в Испании.

Бунюэлю повезло, в молодости он жил в Париже, приятно было читать о городе периода рассвета Монпарнаса, об исторических кафе и знаменитых теперь личностях, так же, как и о Мексике и горячих латиноамериканских нравах. «Я в такой же мере соткан из ошибок и сомнений, как и из своих убеждений». Эти воспоминания, конечно, в первую очередь, история жизни Луиса Бунюэля, и в то же время это история сюрреализма и Испании первой половины XX века, и история кинематографа от эпохи «ярмарочного развлечения» до авторских фильмов, и паутина снов, в которых снится сон. Особенно приятно, что книга подарила мне «общение» с человеком, того же настроя чувств, и позволила «уловить крупицу судьбы» необыкновенного человека!

Признаться, я ждала от «Последнего вздоха» Бунюэля больше художественности что ли. Хотелось какой-то литературной игры, экстравагантности, элитарности и странности. Но это действительно честная книга воспоминаний великого режиссера, доверительная беседа с друзьями, не лишенная обаяния. Конечно, хотелось бы почерпнуть больше информации о сюрреализме и сюрреалистах, истории создания фильмов, о самой атмосфере на съемочных площадках, о пьянках-гулянках. Но тогда книга, наверное, была бы огромной.

Возможно, если бы Бунюэль писал мемуары в более раннем возрасте, они были бы задорней и выпендрежней. Название книги говорит само за себя. Это искренний рассказ человека о своей жизни без всякого пафоса. Но Бунюэлю есть что рассказать.

Очень порадовали сценарии, а отдельные места из «Андалузского пса» - настоящие перлы:

Все же жаль, что Бунюэль не был еще и писателем. С удовольствием бы прочитала хотя бы небольшой сборничек его миниатюр.

прочитал с огромным удовольствием. вообще всем кто интересуется сюрреализмом, да и не только (Луис Бунюэль, как мне кажется, пожил в расцвете европейской культуры начала, середины 20 века) рекомендую ознакомиться с его воспоминаниями. главное, что притягивает к одному из лучших кинорежиссёров прошлого века, то как он смог пронести свои идеалы и помыслы через всю жизнь, не растеряв при этом, своего пессимистичного тонкого юмора и лёгкого отношения к жизни и её проблемам. если говорят Дали - я отвечаю Бунюэль!

Луис Бунюэль родился во втором месяце 20 века, став этаким символом начала чего-то великого. Золотой век не мог быть золотым, не будь Бунюэль важной его частью.

Рожденный в испанской деревне, в которой все находилось на уровне средневековья, машину впервые увидел лишь в 19 лет, а местные жители отказывались от любых новшеств, предпочитая для своей жизни традиционные способы ведения хозяйства.

Режиссер был очень близок с поэтом Гарсиа Лоркой, с которым они познакомились в университете. Лорка, Сальвадор Дали и Бунюэль — тройка друзей, ставшая настолько важной для искусства.

Если Лорка всегда оставался близким другом, то Дали оказался не самым хорошим человеком, однажды подставив Бунюэля. Тот ему это простил, но дружбу вести далее отказался.

Бунюэль очень любил сны. Многие свои фильмы он писал на основе сновидений не только своих, но и друзей. Что и говорить, если “Андалузский пес” сплошной сюрреалистический сон (на который Лорка обиделся, посчитав, что Бунюэль и Дали сняли кино о нем).

Будучи сюрреалистом, Бунюэль разительно отличался от товарищей: иезуитское воспитание давало знать о себе. Еще ребенком он получил довольно серьезную психологическую травму, которая навсегда заставляла связывать сексуальность с грехом. Режиссер был очень ревнивым мужем, в их семье был жесткий патриархат, Бунюэль сам платил по счетам, внимательно следил за происходящим в доме. В его фильмах всегда можно встретить ревнивого мужа.

Бунюэль отрицал множество обычных для людей вещей, например, он ненавидел газеты, буржуазные наклонности, проявление эротических чувств. Собственно, его политические взгляды были довольно сложными, множество раз он чуть не попадал в тюрьму, а его фильмы “Золотой век” и “Забытые” даже запрещались к просмотру.

Уже на склоне своих лет, Бунюэль решился открыть завесу своей жизни, дав возможность поклонникам своего творчества хотя бы немного дотронуться до него, несмотря на столетия и поколения.

Приступал к этому опусу с единственной целью - надеясь на то, что жизнеописание великого режиссёра поможет мне до конца разобраться с его кинематографическим творчеством, не всегда понятным (к сюрреализму я отношусь довольно холодно), но подсознательно вызывающим симпатию. И что же? Ожидания мои оправдались, плюс ко всему Бунюэль решил наградить меня увлекательным повествованием о жизни "творческого человека" (прошу прощения за банальные клише), приправленное тончайшим юмором "интеллигента-в-душе".

Давно я настолько не увлекался автобиографической прозой - Луис, вы бесподобны!

Знакомясь с фильмами Луиса Бунюэля заинтересовался автором, его жизнью, образом мысли, методами работы в искусстве кино. Книга написана, вернне, надиктована старым Бунюэлем на исходе жизни. При этом она лишена менторства, морализаторства, брюзжания и оплакивания несбывшихся надежд. Передо мной отзыв счастливого человека, молодого и задорного, шутника и любителя розыгрышей, острых проказ. Бунюэль свободен в своих мыслях, чувствах, мечтах и фантазиях. Он самодостаточен - правдив с собой и ироничен по отношению к смерти.Загадки его фильмов кроются в его детстве, энергичной молодости в круге сюрреалистов и опасности гражданской войны. Бунюель космополитичен - с теплотой вспоминая родной Арагон, с удовольствием живет в Мадриде, Париже, Америке. Интересная глава в которой Бунюэль описывает коротко то, что он любит и что нет (мило, как у Дениски Кораблева).