Искусство через призму исторического материализма
Вероятно, меньше всего я ожидал увидеть работу, методом которой будет являться самый что ни на есть исторический материализм в духе Карла Маркса. Но вот, неожиданно, это произошло — и первые 120 страниц четко расставляют все точки над ё — история нравов, политика, искусство — не более чем надстройка, а хозяйственные отношения составляют их базис. Рассматривать историю эротического искусства мы будем исключительно через сопоставления надстройки и базиса. Вероятно, не будь тема такой спорной, эта работа могла бы абсолютно спокойно изучаться какими-то марксистами как пример проведения подобного рода анализа. В СССР подобный извод марксизма назвали бы «вульгарным», но в стране, относящейся к идеям без фанатизма, эта книга могла бы абсолютно спокойно переиздаваться в ХХ веке. В России она издавалась в ХХ веке дважды — в 1915 и в 1995 г. Как вы понимаете, при СССР её не было.
Собственно, методом работы исчерпывается всё её содержание. Автор, вооруженный классовой теорией как ключом от всех дверей, легко и просто интерпретирует любую скандальную карикатуру, немецкий шванк, ситуацию с нравственной атмосферой монастырей или жетоны в лупанарий исключительно через господствующие на тот момент в обществе экономические отношения. Все изменения обусловлены, как водится, классовой борьбой. И если счесть подобный подход бесспорным не получается никак, в одном автору не откажешь — в том удовольствии, с которым он использует этот достаточно обоюдоострый инструмент. Горячность автора в суждениях, несомненно, и плюс и минус — все-таки я был бы поосторожней с выбранным методологическим аппаратом, хотя в разумности автору отказать сложно.
Категорически мешает другое — книга называется «Иллюстрированная история эротического искусства», и что бы хотелось от серьезной работы — сразу четко определиться с дефинициями. И если с «иллюстрированная» проблем нет (картинок в тексте много), «история» — тоже более-менее понятно, то вот с двумя остальными терминами возникают сложности. «Эротического» — автор не определяет «эротику» вообще никак, в результате в «эротическое» у автора попадает все, что под руку попадется. От вполне себе порнографических картинок из Помпей до слегка задранной юбки с кринолином у Фрагонара. «Эротическое», в понимании автора, становится настолько широким, что сложно понять, где же оно заканчивается, а где начинается. То, что сейчас считается эротикой — могло не считаться таковой лет 200 назад, и то, что тогда считалось развратом — сейчас абсолютная норма делового стиля. С «искусством» все еще хуже — автор, и это обусловлено его методологическим базисом, эклектичен, и выступает больше как культуролог, чем искусствовед. В результате слишком широкое понятие «эротическое» накладывается на слишком широкое понятие «искусство», и мы получаем всю нашу окружающую жизнь. Да, во времена написания книги еще не существовало концепции культурологии повседневности, автор не мог догадаться писать в этом направлении, да и работу пришлось бы переделать кардинально — но тогда она хотя бы обрела более-мене четкие объект и предмет. Сама неумелость автора в подходе выдаёт возраст работы и, прям скажем, её любительский характер. Видно, что писал эрудит, любитель искусства, и ученый-марксист. Но вот назвать его искусствоведом в полном смысле этого слова у меня не получится. Скорее, именно культурологом.
Книга, разумеется, устарела. Устарела по целому ряду причин:
1. Вульгарный марксизм такого типа сейчас вызовет кривую ухмылку. Догматизация любого учения очень плохой спутник в научном путешествии;
2. Уклон в культурологию от искусства мешает воспринимать работу как искусствоведческую, делает её как-минимум междисциплинарной;
3. Слишком широко взятое исследование. Объект и предмет надо было конкретизировать, равно как и основные дефиниции;
4. Автор слишком интересовался темой, а, на мой взгляд, с такими темами надо работать отстраненно, с некоторой холодностью.
Прочитать работу было небезынтересно, но в культурологии применительно к искусствоведению есть куда более интересные работы, вроде Мужского тела Кона . Писал о нем здесь.
3,5 балла, округляем до 4 в пользу книги. Но это именно 3,5.
111 понравилось
