Тихий Дон. В двух томах. Том 1. Книга 1, 2

Много раз в жизни не оправдывались, не сбывались ее надежды и чаяния, и, быть может, поэтому на смену недавней радости пришла всегдашняя тревога. Как-то сложится теперь ее жизнь? Что ждет ее в будущем? И не слишком ли поздно улыбается ей горькое бабье счастье?

Он испытывал внутренний стыд, когда Мишатка заговаривал о войне: никак не мог ответить на простые и бесхитростные детские вопросы. И кто знает — почему? Не потому ли, что не ответил на эти вопросы самому себе?

– А откуда у тебя этот конь?
– Сам выдумал его.
– Нет, взаправди!
– Все из тех же ворот: кобыла ожеребила.

– ...Отпустили тебя?
– Отпустили.
– Навовсе?
– Навовсе, пока не поймают…

Со своими ли работаешь аль с чужими – одинаково тяжело, ежли работа не в совесть!

Нет такой бабы, чтобы утерпела, не рассказала об том, кто и как ее любит.

– ...А ты-то это точно знаешь?
– Люди говорили.
– Люди! Люди говорят, что кур доят, а у них сиськов нету.

Выехал так-то к ветрякам, гляжу – заяц коптит прямо на меня. Выправился я к нему, он – виль, да под гору, да через Дон! На Маслену дело было. Снег по Дону посогнало ветром, сколизь. Разгонись я за тем зайцем, конь посклизнулся, вдарился со всех ног и головы не приподнял. Затрусилось все на мне! Снял с него седло, прибегаю в куреня. «Батя, конь убился подо мной! За зайцем гнал». – «А догнал?» – «Нет». – «Седлай Вороного, догони, сукин сын!»

Я, парень, жадный до жизни стал – как вспомню, сколько на свете красивых баб, аж сердце защемит! Вздумаю, что мне их всех сроду не придется облюбить, – и кричать хочу с тоски! Такой я нежный до баб стал, что каждую бы до болятки миловал… Крыл бы и летучую и катучую, лишь бы красивая была… А то тоже с большого ума приладили жизню: всучут одну тебе до смерти – и мусоль ее… нешто не надоисть?

Пор нет лопатки левое по ремонту штатах шар гриль штамп ОАО ли по шее акт штатах при рН про пса ни