
День, когда идеи Герцена, Чернышевского, Бакунина, Тютчева, Лаврова, Достоевского, Некрасова, Тургенева, Толстого зазвучали громче всего!
Ужасы тюрьмы и ссылки, насилия и жестокости над сотнями и тысячами наших единомышленников, кровь наших мучеников – всё искупала эта минута, эта пролитая нами царская кровь; тяжёлое бремя снималось с наших плеч, реакция должна была кончиться, чтобы уступить место обновлению России. (В. Фигнер)
Эта книга посвящена событиям 1 марта 1881 года и рассказывает в мельчайших подробностях голосами очевидцев и участников, как развивались события – начиная от того, кто находился на месте трагедии, какие случайные лица волею судеб оказались в тот роковой час на Набережной Екатерининского канала – до сооружения эшафота и восхождении на него «царяубийц».
Александру II до того судьбоносного дня не раз посчастливилось избежать смерти – на него неоднократно совершались покушения, однако 1 марта в его экипаж была кинута бомба, император получил тяжёлые ранения и скоропостижно скончался. Из свидетельств очевидцев, тщательно запротоколированных и изложенных в этой книге, читатель имеет возможность получить полное представление трагедии – как выглядела императорская карета после попадания в неё разорвавшегося снаряда, в каком состоянии нашли самого государя и какими были его первые слова. Есть так же подробнейшие медицинские сведения о пострадавших в разной степени случайных лиц – раненных и убитых.
В книге приведены показания и отрывки из воспоминаний членов Партии народовольцев, как и почему они встали на этот опасный путь. Лучше всего общий посыл изложен в их обращении к крестьянскому народу:
Он [Император] защищал только одних богатых и сам пировал и роскошествовал, когда народ помирал с голоду. Он погубил сотни тысяч народу на войне, которую затевал без всякой надобности. Другие народы он будто бы защищал от турок, а свой народ отдал на разорение урядникам, становым и полицейским, которые хуже турок мучили и убивали крестьян. Мирских людей, которые стоят за народ и за правду, царь вешал и ссылал на каторгу да в Сибирь. Мирских ходоков к себе не допускал и мирских прошений не принимал. За все это страшная смерть покарала его. Великий грех на душе царя, когда он не заботится о своем народе. Великий грех и на его советниках, министрах да сенаторах: окружили они царя и не допускают до него мужицких слез.
Собраны так же и письма, обращения к Александру III после случившейся трагедии. Полностью приведён текст письма Льва Николаевича Толстого на 4 листах! Где он призывал будущего царя поступить по-христинански и «простить врагов своих». Ответов от самого будущего Императора не приведено, лишь его манифест, из которого мало что понятно – лишь ссылки на религию и Бога.
Не менее ценны показания самих подсудимых на суде, здесь приведен полный текст протокола заседания. Среди обвиняемых были те, кто просил о помиловании, пытался себя оправдать, но были и такие, кто мужественно доказывающие правоту своих действий до конца. Мороз пробежал по коже от последнего слова Николая Кибальчича (учёный, консультировавший народовольцев о технических аспектах изготовления снарядов), где он просил дать жизнь его изобретению по схемам с расчётами – летательному аппарату! Говорил, у кого находятся чертежи и давал на разрешение на их использование. Человек до последнего хотел быть полезным своей Родине. Вот что писал Л.Г. Дейч о нём:
Кибальчич видел, что для честного человека совершенно закрыты все пути к мирной общественной деятельности. Уже один тот факт, что такой миролюбивый и скромный человек примкнул к террору, служит наилучшим доказательством, что последний был неизбежен. В другой стране Кибальчич несомненно стал бы выдающимся ученым. Разве не в высшей степени характерно, что даже в тот момент, когда воздвигалась для него виселица, он в последнем слове на суде говорил о чертежах и выкладках, касающихся изобретенного им летательного снаряда. Поистине ужасен тот строй, в котором таких людей возводят на эшафот!
В заключении до мелочей подробно описана казнь всех преступников, как они себя вели и как выглядели. Весь процесс занял два часа. Кто знает, может быть, если бы у этих людей была бы возможность заниматься тем, к чему они стремились, без препятствий властей, Россия бы шагнула далеко вперёд, оставив позади цивилизованный Запад.









































