Собрание сочинений в 24 томах. Том 9. Утраченные иллюзии (чч. II и III)

Насмешка бесчестит произведение, серьёзная критика порою служит похвалой.

— Стало быть шантаж — это кошелёк или жизнь?
— Страшнее: кошелёк или честь.

Вступая в жизнь, и самые самонадеянные порою поддаются унынию.

Рудокопу легче добыть золото из недр земли, нежели нам извлечь наши образы из недр языка, наиболее неблагодарного.

Восторженность, достоинство из достоинств, порождающая святых, вдохновляющая на тайное самопожертвование и поэтические взлёты, обращается в плену провинциальной жизни в напыщенность. Вдали от центра, где блистают великие умы, где самый воздух насыщен мыслью, где всё постоянно обновляется, старомодной становится даже образованность, вкус портится, как стоячая вода.

Наши смешные стороны рождаются обычно из прекрасных чувств, из достоинств или способностей, доведённых до крайности.

Блистательные качества ума и нетронутые сокровища <...> обречены увядать бесплодно и со временем стать смешными.

Воистину, человек бóльшую часть своей жизни проводит в том, что выкорчёвывает из сердца все то, что пустило там ростки ещё в юности. Операция сия именуется обретением жизненного опыта.

(Об обедах в дешёвой столовой)

Там всё идет в соответствии с превратностями сельского хозяйства и причудами времён года. Там обучаешься вещам, о которых и не подозревают богачи, бездельники, люди, равнодушные к изменениям в природе. Студент, обосновавшийся в Латинском квартале, получает там чрезвычайно точные сведения о погоде: он знает, когда поспевает фасоль и горошек, когда рынок заполнен капустой, какой салат подвезли в изобилии и уродилась ли свёкла.