Роберт Луис Стивенсон. Собрание сочинений в пяти томах. Том 5

"Правду сказал я, шотландцы,
От сына я ждал беды.
Не верил я в стойкость юных,
Не бреющих бороды.

А мне костер не страшен.
Пускай со мной умрет
Моя святая тайна -
Мой вересковый мед!"

Лето в стране настало,

Вереск опять цветет,

Но некому готовить

Вересковый мед.

Я же в своих странствиях по белу свету постиг одну истину: в человеке всегда более величия, нежели в правительстве; подчас он и мудрее и уж всегда честнее.

К берегу моря крутому

Их привели на допрос,

Но ни один из пленных

Слова не произнес.

Поистине нечистая совесть всех нас обращает в трусов!

Так уж странно устроен человек: любовь к женщине в нем куда сильнее, чем любовь к жизни.

В моем реестре добродетелей бритье идет вслед за умением выпить. Настоящий джентльмен может быть пошлым негодяем, без гроша в кармане, но он всегда будет чисто выбрит.

Чистоплотность - отличное свойство, но я терпеть не могу, когда у мужчины ногти сверкают, словно покрытые лаком.

И пусть в тот день, когда я не смогу более угодить даме, меня удавят собственным галстуком.

Когда в творении есть мощь, в нём не может не быть прелести, но бездарная, плохо написанная книга бездарна вся насквозь.

Совершенных книг не существует, даже в воображении писателя.

Все, что мы узнаем о прошедших временах, и почти все, что узнаем о времени нынешнем, достигает нас через посредство книг или газет, и даже тот, кто не умеет читать, все равно пьет из того же источника через вторые руки, из рассказов тех, кто читает сам. Таким образом, все современное знание или незнание о добре и зле в немалой мере есть дело рук тех, кто пишет. Тем, кто пишет, следует заботиться о том, чтобы знания каждого человека как можно больше отвечали правде жизни;

То, что питает одного, для другого яд.

Всё современное знание или незнание о добре и зле в немалой мере есть дело рук тех, кто пишет.

Доставить удовольствие — значит оказать услугу; наставлять, забавляя, совсем нетрудно, наоборот, очень трудно без помощи забавы преуспеть в наставлении.

Все мы позволяем себе слишком тревожиться скудостью нашего существования; но этим размышлениям не должно влиять на выбор того, что станет делом и оправданием едва ли не всей нашей жизни; и, подобно миссионеру, истинному патриоту или философу, всем нам должно выбирать ту скромную и прекрасную стезю, на которой мы можем принести человечеству всего более пользы.

Отношением человека к своему труду в конечном счёте и определяется, на благо или во зло он будет направлен.

Ни одно дело в нашем подлунном мире не делается только ради заработка, и заработок — это ещё далеко не самое важное. Что вам надобно как-то существовать, это ваша личная забота, и никого она не касается; но что дело своё следует делать добросовестно и так, чтобы от него была польза, — это уже вопрос чести и нравственности.