Восточный винегрет
Я так много и часто слышал о существовании этой пьесы, о том, что она является визитной карточкой Вахтанговского театра, о том, что в поставке блистали Василий Лановой, Михаил Ульянов, Юрий Яковлев, Юлия Борисова. Но так случилось, что на спектакле мне так и не удалось побывать, а текст пьесы в руки до недавних пор не попадал. Поэтому я довольно смутно представлял себе сюжет этого произведения.
И вот, наконец, я за один вечер прочитал эту жемчужину итальянской классики, благо она совсем невелика - всего чуть больше 50 страниц. И, признаюсь честно, не смог расписаться в том, что я в восторге от прославленного произведения. Пожалуй, недоумения будет больше, а недоумение взялось, наверное, от того факта, что я получил совсем не то, что ожидал.
Хотя, чего стоило ожидать от пьесы, написанной в XVIII веке, и исполненной строго в традиции итальянской комедии масок. По сути это самая настоящая сказка, основанная на довольно часто встречающемся в фольлорной европейской традиции сюжете о трёх загадках. Как правило, есть некто (он или она - неважно), кто, имея некую сверхценность, готов отдать её только тому умнику, кто ответит на три каверзных вопроса, в случае неудачи соискатель лишается головы. Тут-то и появляется главный герой, который лихо отвечает на заданные вопросы и получает право на ту самую заявленную сверхценность.
В пьесе Гоцци такой сверхценностью является сама принцесса Турандот, тот, кто ответит на три её загадки, сможет взять её в жены, а не ответив, украсит своей головой один из колов возле императорского дворца. Есть в сказке и супергерой - наш земляк - выходец с территории нанешней Российской Федерации - татарский принц Калаф. Конечно, про земляка это я в шутку, но доля правды в этом силлогизме все же есть, ведь принц был родом из Астрахани.
Но про географию мы еще поговорим, это я забегаю вперед. Вернемся к представленным в пьесе образам, они довольно статичны, как и положено в комедии масок, все черты характеров выпячены и утрированы. Только образ принцесы Турандот проходит через некую трансформацию, но и она достаточно условна, зритель или читатель должен просто поверить, что в душе вздорной, капризной и невероятно жестокой девицы произошла какая-то пертурбация, коренным образом изменившая её суть.
Помимо прочего в восточный антураж совершенно наивно вписаны классические типажи итальянской commedia dell'arte - Панталоне, Труффальдино, Бригелла, Тарталья. Принципы итальянской комедии превыше исторической и геополитической, если можно так обозначить в данном случае, целесообразности. Восток в качестве театра для представляемого действа Гоцци выбрал явно неспроста, восточный антураж показался ему подходящим для сказочной феерии, которую он задумал. Видимо, оттого, что сказочность не требует точности, автор смешал в одну кучу всё, что европейцам было известно в то время про восточный мир.
Делал Гоцци это умышленно, или он в самом деле очень плохо представлял мир, в котором решил поселить своих героев, но он смешал всё, что мог - Китай, Иран, Средняя Азия, Турция - всё перемешлось, соединились несочетаемые элементы. Китайская принцесса носит персидское имя, в Пекине исповедают конфуцианство, но порядки мусульманские, император периодически именутся ханом, как у среднеазиатских тюрок, а совет мандаринов - диваном, как в Турции.
В то же время, при всей своей восточности, местные жители очень тяготеют к европейской культуре, в частности - к родной для Гоцци - венецианской, так третья - решающая загадка Турандот касалась Льва Адрии - главного символа города Венеции. Надо полагать, для венецианских зрителей в этом не было ничего удивительного, они наивно полагали родную Венецию пупом Земли.
И все же, я думаю, что предложенная Гоцци восточная эклектика была в большой мере продиктована его незнанием предмета, это хорошо видно по тому, как он описывает бегство принца Калафа из захваченной хорезмским ханом Астрахани. Представляете где находится Астрахань - "Волга впадает в Каспийское море", так вот Калаф сначала бежит на Кавказ, а потом вдруг оказывается на Яике (река Урал), который впадает в то же Каспийское море, но восточнее Астрахани, в то время, как Кавказ лежит на запад от неё.
В целом пьеса - сказка как сказка, но с долей претензии, ничего в ней настолько выдающегося, чтобы претендовать на гениальность - нет. И мне думается, что пьеса не имела бы той славы, что у неё есть сейчас, если бы не опера Пуччини и не знаменитая постановка Вахтангова, который искал новые пути в развитии театрального искусства, и пьеса Гоцци удачно подошла для реализации его творческих принципов.
156 понравилось
