Митина любовь. Подробности мелких чувств

Вот зарекалась же, что не буду больше читать Щербакову. И не зря. Нет, я не могу сказать, что мне не понравилось совсем. Всё-таки Щербакова — талантливый писать, мастерски владеет русским языком и с этой стороны к ней придраться практически невозможно. Но вот есть одно "но"!
У меня твёрдое убеждение, что было два писателя и два человека с одним именем — Галина Щербакова. Не в прямом смысле слова. Но тем не менее, разные.
Был чудный автор школьных повестей "Роман и Юлька" (это которая "Вам и не снилось"), "Отчаянная осень" и некоторых других. Грустных, чувственных, трогательных. Заставляющих переживать за каждого (абсолютно каждого!) героя, улыбаться сквозь слёзы и верить, верить в хорошее! Мало кто писал так о школе и старшеклассниках.
И был автор других, более поздних произведений, тяжеловестных, болезненных, депрессивных. В них и люди-то неприятные, несчастные, неприкаянные. С каждой строчки видна и сама писательница — неудовлетворенная жизнью, ненужная, нелюбимая. Или это так кажется мне, потому что немного знаю биографию Щербаковой? Но в любом случае, эти книги читать трудно, практически невозможно.
"Митина любовь" тоже из таких. Повесть о близких людях, которые мучают друг друга при жизни и после смерти. О любви, которая для всех является болью. Про детей, которые не всегда счастье и опора.
Опять грусть, но не светлая, а тяжёлая, тягостная, кладбищенски холодная...
Не хочу я больше читать Щербакову!

Книгу читала довольно давно и сюжеты двух повестей из этой книги вспоминаются очень смутно, но в целом остались приятные ощущения. Галина Щербакова - еще одна замечательная русская писательница, владеющая красивым литературным языком, поэтому чтение было занимательным.

В этих повестях рассказываются жизненные истории простых людей, где намешано всякого и доброго и грустного из человеческой действительности - любовь, измены, рабочие будни, житейская мудрость, разные человеческие слабости и пунктики. В таком случае малая форма очень удачна - меньше возможностей впасть в пессимизм, и больше шансов оценить мастерство. Хороший вариант для неспешного чтения под подходящий настрой.

Даже не представляю, как это связано с "Митиной любовью" Бунина, кроме эпиграфа. Времени на выяснение, к сожалению, нет :(

Это роман о "генах": как внутри одного рода, где были и пришлые (Фаля), и ушлые (баптистка Зина, кажется) проявляется фигура Мити - жалеющего и любящего увечных и калечных женщин мужчины-помогатора (дочь рассказчицы, внук Фали Егор и тд). Еще там есть, конечно, о молодежи (вернее, о расхождении с ней - "они совсем другие"), о времени, о любви. Время и язык у Щербаковой замечательные - какие-то очень пластичные, ассоциативные и спонтанные на уровне реальности, в чем-то даже парадоксальные - наверное, в своей мимолетной проходящести (где-то в начале рассказчица пишет, что за своими, связанными с Митей, проблемами не заметила, как началась война). Ту же цветную и ворошистую суетливость можно встретить у Петрушевской: сплошные всплески руками, "начемоданность" бытия и волнообразная вовлеченность - то о причал шлепнет, то обратно в океан неопределенности отнесет.

Я бы даже сказал, что "Митина любовь" - это роман случайностей. Сразу видно, что его писала женщина. И в данном случае "женскость" этой прозы - отнюдь не что-то негативное. По сравнению с суетливой и мельтешащей "Love-сторией" это произведение глубже как-то, что ли, и гораздо трагичнее: спонтанно-закономерные смерти, бессмысленность жертв и завихрения чужих судеб.

Есть такие истории... Ни красоты, ни смысла. И в данном случае хочется сказать именно так. Нет, смысл, конечно, есть - о жизни, о людях, на примере одной советской семьи. Но рассказано так... Будто сижу на скамейке у подъезда и слушаю этих брюзжащих и вредных кумушек. И тут вопрос: зачем?

Повесть отчасти состоит из потока сознания рассказчицы. И этот "поток" настолько сумбурный, что все время куда-то уносит, и все время куда-то не туда.

Я так понимаю, кредо Щербаковой - рубить правду-матку о жизни людской. Но жизненность у нее такая горькая, что слегка воротит...

Сборник из семи повестей разной длины и занудности, объединенных разве что сильным позднесоветским духом. Не знаю, как это описать, в чем выразить, просто читаешь и чувствуешь: вот она, эпоха.
В "Восхождении на холм царя Соломона с коляской и велосипедом" речь про несколько поколений русских женщин и Израиль. Запомнился там разве что мотив бегства, а вот еврейские линии заставляли несколько недоумевать.
"Кровать Молотова" показалась какой-то невразумительной; ну кровать, и что?
"Актриса и милиционер" обладает хоть каким-то сюжетом и запомнился оттуда капитан-психолог с изречениями вида:

Но, конечно, финал... Нет, я не спорю, он абсолютно закономерный, но ё-моё.
"Подробности мелких чувств", давшая название всему сборнику, посвящена какому-то графоману и женщинам.
"Дивны дела твои, господи" - о попытке не сойти с ума при выходе на пенсию. А "Не бойтесь! Мария Гансовна уже скончалась" - собственно про могучую женщину Марию Гансовну.
Последняя повесть в сборнике - "Радости жизни" - про детство, долгую жизнь и тетю Таню.

Присыпано мизогинией тут и там. Из плюсов - стилистически временами очень хорошо, особенно в "Актрисе и милиционере".
В целом читать было не особо приятно и интересно, но буква Щ - не самая распространенная, в том плане, что писательниц на букву Щ мало.