История веры и религиозных идей. Том I. От каменного века до элевсинских мистерий

Последний трехтомный труд румынского философа и писателя Мирчи Элиаде (1907-1986) подводит итоги всей его жизни в науке. Первый том охватывает историю религиозных воззрений человечества, начиная с каменного века и кончая элевсинскими мистериями.

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,6

238 оценок

5
69%
4
24%
3
6%
2
1%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 288Хотят прочитать 871

Рецензии

eva-iliushchenko29 июня 2018 г.
Элиаде - это, конечно, корифей религиоведения, но я даже не думала, что настолько! Его "История веры" - это великолепный, увлекательный труд, который читается как художественный роман, на одном дыхании. Неудивительно, что его также относят к одному из основоположников феноменологии религии - он так искусно смог выделить основные пункты, которые присущи любому верованию; будь то культ, этимология религиозной терминологии, космогония, теогония, мифология и т.д. Благодаря этому через всю книги проходит как бы путеводная нить, связывающая каждую главу - а ведь каждая глава посвящена отдельной религии. За счёт этого, как мне показалось, создаётся ощущение единства, что и делает книгу похожей на роман.
Непонятно в связи с этим отношение к Элиаде как к "устаревшему" классику религиоведения - главная претензия-то в том, что он не занимался полевыми исследованиями, что он "всего лишь" теоретик. Надо бы поискать ещё таких гениальных, действительно чутких к предмету своего исследования теоретиков! Будто бы Фрэзер и Тайлор не теоретики - однако до сих пор многие придерживаются их, не оправдавшей себя, эволюционной теории развития религий!
Снимаю шляпу перед Мирчей Элиаде - воистину, его труды - это необходимая интеллектуальная база для любого религиоведа.
Читать далее
60
1,7K
papa_Som4 декабря 2013 г.
Читая научную и научно-популярную литературу по истории религии, у меня складывается впечатление, что нынешние служители церкви её либо не читали вообще, либо делают вид, что не читали. Ибо, достаточно даже поверхностного знакомства с первым томом труда М.Элиаде, чтобы понять каким образом сформировались практически все библейские истории, вошедшие в Ветхий и Новый Заветы. И что они (истории) явно заимствованы из более древних эпосов, мифов и религиозных традиций. Эпосы шумеров и жителей Месопотамии, истории о Гильгамеше и Заратустре, включают в себя и легенду о Потопе, и о Воскресении, и покаянные псалмы, и стояние на коленях, и прообраз Экклесиаста, и, почти точно (по сюжету), Книгу Иова, а также упоминание об окроплении водой в ходе обряда инициации, эсхатологические воззвания и пр., и пр., и пр. А за пониманием этого должен последовать довольно простой логический вывод - Библия (и сходные с ней религиозные творения) не уникальная книга, а всего лишь сборник мифов, приспособленных для нужд определённого народа. Уверен, что к этому выводу приходит и Элиаде, т.к. его оценки христианства и предшествующего ему культа Яхве, очень аккуратны и выверены. Что не удивительно, если понимать, в какой стране он жил, когда писал "Историю веры..."
Труд Элиаде монументален, его систематизация религиозных идей заставляет восхищаться тем объёмом знаний, который вместил в себя один человек. Однако, несмотря на свою академичность, книга читается довольно легко, кроме, пожалуй, раздела про брахманы, где автор злоупотребляет ссылками на первоисточники (иногда по 5-6 на абзац) и этим делает ритм чтения рваным и тяжёлым.
Читать далее
27
1,1K
olastr21 октября 2012 г.
Приступая к своей «Истории веры и религиозных идей», Мирча Элиаде имел целью дать читателю представление о мировых религиозных процессах и об их единстве. Элиаде склонен считать человека религиозным изначально, по его мнению, «священное» входит в саму структуру сознания, а не представляет некую стадию его истории». То есть творящее сознание человека склонно к сакрализации того, что находит важным, настоящим и выделять его из общего потока жизни.

На самых архаических уровнях культуры жить, как подобает человеку, — само по себе есть религиозное действо, потому что принятие пищи, половые отношения и труд имеют сакраментальную ценность. Другими словами, быть — а еще вернее, стать — человеком означает быть «религиозным».
"La Nostalgie des Origines", 1969, p. 7 sq.

Второе, что, по мнению Элиаде, сделало человеческую культуру такой, какая она есть – это переход к охоте.

«Ибо человек есть конечный продукт решения, принятого «в изначальном времени»: решения убивать, чтобы жить. Коротко говоря, гоминиды успешно оторвались от своих предшественников, став мясоедами».

Отталкиваясь, от этой базы, Элиаде, в исторической последовательности дает обзор религиозных представлений людей, начиная с палеоантропов. Нет смысла пытаться пересказывать в рецензии то, что описано в первом томе, охватывающем период от каменного века до рубежа нашей эры, отмечу лишь то, что показалось мне особенно интересным.
1. История человеческой культуры древнее, чем это представлялось до последнего времени. То, что традиционно принято считать началом цивилизации, всего лишь переход от циклического времени к линейному и историческому. Открытие радиоуглеродного анализа привело к новой датировке многих археологических находок и архитектурных сооружений. Например, в Таиланде найдены свидетельства земледельческой культуры еще около 9000 г. до н.э. Также многие мегалитические комплексы были признаны более древними, из-за чего рухнула теория, что мегалитическая культура имеет общий источник в Средиземноморье. Стоунхедж отныне может претендовать на вполне самостоятельное значение в культурной истории человечества, хотя и не становится от этого более понятным.
2. Ряд устойчивых религиозных представлений, общих для многих религий. Например, легенда о Великом потопе присутствует не только у древних евреев и близких к ним по местоположению шумеров, но и в мифах австралийских аборигенов, американских индейцев, некоторых гималайских народов. Элиаде, при этом, не склонен считать, что такой потоп имел место в реальности, по его мнению, это символическое отражение некого процесса в развитии человека. Другой идеей, общей для многих культур, стало представление о существовании оси мира, которой является чаще всего дерево жизни или священная гора. Эта ось обычно соединяет верхний, средний и нижний миры, а в религии символизируется либо вертикальным шестом, либо горой, либо храмом.
3. Святость женщины не в непорочности, а в материнстве и способности рожать, подобно земле, приносящей плоды. После перехода от охотничьего образа жизни к земледельческому религия поклонения тотемным предкам повсеместно заместилась культами плодородия, для которых характерна цикличность праздников и важность сексуальной магии.
4. Религии более развитые начинают заниматься этическими вопросами взаимодействия человека с человеком, человека с миром и человека с богом. Эсхатологические вопросы (связанные с жизнью после смерти и конечностью мира) свойственны религиям древних евреев, зороастрийцев (персов) и индоариев.
При энциклопедическом охвате материала (один только список источников занимает более двадцати процентов объема книги) Элиаде свойственна живая манера изложения, которой невозможно не увлечься. Рассказ об истории религии становится гимном творческим способностям человека, не растерявшегося в этом огромном мире, а научившемся с ним обращаться и его истолковать. Рекомендую всем, кто серьезно интересуется историей религий и развитием человеческой культурой. Эта книга даст массу интересных сведений и пищу для размышлений. Лично я двигаюсь ко второму тому: История веры и религиозных идей. От Гаутамы Будды до триумфа христианства .
Читать далее
24
982

Все рецензии

Цитаты

olastr21 октября 2012 г.
Гермес — один из немногих олимпийских богов, которые не потеряют своей религиозной актуальности после кризиса «классической» религии и не пропадут после триумфа христианства. Превратившись в Тота и Меркурия, он вновь войдет в моду в эллинистический период, а как Гермес Трисмегист («трижды величайший») просуществует с помощью алхимии и герметизма до XVII в. Уже греческие философы видят в Гермесе персонификацию мышления. Он обладает всеми формами знания, особенно тайного; это делает его "главой чародеев", победившим силы тьмы, ибо "он знает все и может все". Эпизод в «Одиссее» с магической травой moly получит различные аллегорические толкования как у греков, так и у христианских авторов. В этом растении, которое спасло Одиссея от участи его товарищей, превращенных Киркой в свиней, будет усматриваться дух, противостоящий инстинкту, или образование, очищающее душу. А Гермеса, отождествленного философами с Логосом, отцы церкви будут сравнивать с Христом, потом же, во времена Возрождения, появятся бесчисленные алхимики, по-своему толкующие Гермеса.
Читать далее
8
2,9K
olastr21 октября 2012 г.
Дионис удивляет нас больше всех других греческих богов своими многочисленными и необычными эпифаниями, разнообразием своих трансформаций. Он всегда в движении; он проникает всюду — во все страны, ко всем народам, во все религиозные системы, готовый породниться с самыми разными божествами (даже с такими антагонистами, как Деметра и Аполлон). Он в самом деле единственный греческий бог, который своим многообразием поражает воображение и привлекает к себе и невежественных селян, и интеллектуальную элиту, и политиков, и отшельников, и любителей оргий, и аскетов. Опьянение, эротизм, плодородие мира, а еще незабываемые переживания: когда периодически являются мертвые, когда человека охватывает mania, когда он погружается в животную бессознательность, когда испытывает экстаз enthousiasmes, — и все эти восхитительные и леденящие душу ощущения имеют один источник — присутствие божества. Самим способом существования это божество выражает парадоксальное единство жизни и смерти. Вот почему Дионис по типу своей божественности так радикально отличался от олимпийцев. Стоял ли он ближе к человеку, чем другие боги? Трудно сказать; но к нему можно было приблизиться, можно было даже впустить его в себя; а экстаз мании служил доказательством того, что человеческая ограниченность преодолима.
Читать далее
6
2,5K
olastr21 октября 2012 г.
Герои одновременно — «плохие» и «хорошие», и совмещают в себе противоречивые черты. Они неуязвимы (Ахилл), но, в конце концов, погибают; они отличаются своей силой и красотой, но одновременно обладают монструозными чертами (гигантское телосложение — Геракл, Ахилл, Орест, Пелоп, но иногда их рост гораздо ниже среднего); они или зооморфны, оборотни (Ликаон, "волк"), или могут превращаться в животных по желанию; они либо двуполые (Кекроп), либо могут изменять свой пол (Тиресий), либо одеваются в женскую одежду (Геракл). Кроме того, они отличаются всевозможными аномалиями (безголовы или многоголовы, у Геракла — три ряда зубов), они бывают хромыми, одноглазыми или слепыми. На героев часто находит безумие (Орест, Беллерофонт, даже великий Геракл, когда он убил своих сыновей от Мегары). Что касается их сексуального поведения, то оно неумеренно или ненормально: Геракл делает беременными пятьдесят дочерей Феспия в одну ночь; Тесей знаменит многочисленными похищениями (Елена, Ариадна и т. п.); Ахилл похищает Стратонику. Герои совершают инцест со своими дочерьми или матерями и устраивают резню из ярости, зависти, а часто и без какой бы то ни было причины; они убивают даже своих отцов, матерей и прочих родственников.
Все эти двойственные и монструозные черты, аномальные формы поведения свидетельствуют об изменчивости, нестабильности изначального времени, когда "мир людей" еще не был создан. В этот изначальный период любые ненормальности и насилие всякого рода (т. е. все то, что потом будет объявлено зверством, грехом, преступлением) прямо или косвенно ускоряют дело творения. Однако только после творческих актов героев: сотворения институтов, законов, технологий, искусств, — появляется "мир людей", где нарушения и излишества будут запрещены. После эры героев, в новом "мире людей", эра творчества, illud tempus мифов определенно заканчивается».
Читать далее
6
1,4K