Жгучая тайна. Новеллы

Как же я люблю произведения, в которых при общей минорной тональности, автор, чёрными строчками силуэтов вальсирует по белому паркету с изысканной нежностью и утончённой чувственностью. И в этот раз плавные изгибы слога, стройная красота образных форм, страстная смысловая наполненность развернули волшебный танец перед моим воображением. Странный танец женской души, длиною в двадцать четыре часа.
История, изложенная рассказчиком, звучит голосом пожилой дамы. За её спиною раскинулось необъятное море прошлого, несущее перламутровые жемчужины воспоминаний к ногам женщины. Среди них – одна чёрная, матовая, тяжёлая – порочащая прелестное воздушное ожерелье, которое дама носит не на шее – на душе. Эту историю она повествует незнакомцу, почувствовав в нём зыбкую стойкость понимания. Она желает избавиться от бремени прошлого, посвятив незнакомца-рассказчика в мрачную глубину своей давней тайны, обнажая душевное ожерелье от иссиня-обсидиановой капельки болезненной страсти.
Этот монолог – истинная женская исповедь. С пьедестала своего возраста, оглядываясь на один день в прошлое, миссис К. снова становится ранимой, нежной, изнывающей от жажды любви и… безгранично потерянной. Пытаясь хладнокровно снова пережить роковые 24 часа в далёком Монте-Карло 20-летней давности, женщина повествует свою историю искренне и последовательно. Она находит себя безумной от неожиданно вспыхнувшего пламени страсти, мятущейся среди серого долга и алого желания и отдавшей больше, чем иметь могла – ему, тому, кто грезил иной коварной женщиной – игрой. Растерзанная душа, в исступлении обессиленного разочарования в любви, жизни и самой себе, стремится к очищению смертью, но непреклонная судьба лишь нанизывает на её ожерелье ещё одну жемчужину, чёрную, матовую и тяжёлую. Жемчужину болезненной страсти.
О, чарующий Цвейг в очередной раз создал трепетную и трогательную историю. Живой и пульсирующий танец души миссис К., жарко дышащий иллюзией любви, исполненный плавным движением страсти, окажется знакомым и близким многим женщинам. Её отчаянное желание отречься от себя, от мира, вопреки всему бежать, очертя голову, обрести себя и мир с мужчиной, в мужчине – ужасно прекрасно или прекрасно ужасно? Закусив губу, в молчаливом послевкусии, ищу ответ на заданный вопрос… Бывают жизни, словно тусклый день… а сутки, ярче пламени всей жизни…

Почему люди так часто придумывают себе того, чего нет и не было? На чем основывается эта наша тяга к объяснению в своей голове любого пустяка чьим-то злым умыслом и непринятием при доказанной даже любви к нам близких? Не в наших ли головах дело, не в нашем ли отношении к себе и уровне желания самоистязаться по причине вины самого разного рода?

"Закат одного сердца" - это очередная душераздирающая история от Стефана Цвейга, причем в данном случае одна из самых "истошных". Главный герой новеллы старик Соломонсон, увидев случайно, как его дочь посреди ночи выходит из комнаты одного из их соседей мужчин на курорте, начинает подозревать ее в самых низменных грехах и вместо того, чтобы откровенно поговорить продолжает накручивать себя, доходя до все более жестоких обвинений уже не только в ее сторону, а и в сторону собственной жены - мол, обе его не любят, стыдятся, брезгуют им, сторонясь его в обществе, но не стесняясь тратить нажитые его непосильным трудом деньги, прогуливая их в развлечениях и совсем не дорожа отцом и мужем. И все его мысли остаются в молчании снаружи и в криках лишь в его голове, разъедая не только душу, а и больное тело, доводя несчастного до больницы и печального финала.

Подобные накручивания себя обычно свойственны женщинам, по крайней мере во времена, когда происходили выдуманные автором события (в современности уже и мужчины перестали быть мужчинами, к превеликому сожалению), однако в случае с закатом сердца это одно оказалась принадлежащим старику. Интересно, как развернулась бы его жизнь, если бы хотя бы на долю секунды он прислушался не к обидам, а к голосу разума - возможно было бы избежать такого конца, наладить отношения с единственными родными людьми и простить себя? Простить себя - ведь из-за недовольства собой и возникли у главы семейства его обиды и подозрения, неразумный бессознательно желал найти подкрепление ощущению собственной ничтожности и никчемности, которого, скорее всего, и не было у жены и дочери, а существовало лишь личное непринятие того, как была прожита жизнь. Ах, если бы можно было все переиграть...

О первой любви тут тоже есть. О том, как преображает человека это чувство. Как гадкий утенок становится прекрасным лебедем, поддавшись порывам и мечтам. Какие прозаические причины могут стать причиной влюблённости. Как легко убедить человека поверить, что он влюблён. Ведь никто в точности не знает, что такое любовь и как она выглядит.

А ещё эта новелла о том, каким разрушительным чувством является скука. Вот стало одному немолодому человеку скучно на курорте. Он решил себя развлечь за счет других отдыхающих. В результате, сам покой потерял, молодую девушку обрек долгие годы жить с недостижимым образом идеальной любви, двум почтенным тётушкам седых волос прибавил, молодого итальянца озадачил.

В выигрыше оказался только новеллист, которому немолодой человек год спустя безвозмездно слил эту прелюбопытнейшую курортную историю. Добрый дяденька писатель полученную информацию тут же творчески переосмыслил, внес в простенькую схему о кукловоде и марионетке новые краски и заставил своего собеседника пожалеть о собственном словесном недержании.

Вывод: скромнее надо быть, господа отдыхающие. Особенно в обществе новеллистов. И займитесь физическим трудом - очень от скуки помогает. А новелла у Цвейга прекрасная! Красивая и глубокая.

«Только для себя я умру, для себя… для других я уже умер… Боже, боже, никогда еще я не был так одинок!»

Очень грустная, можно сказать даже депрессивная новелла. Особенно поражает классификация возраста: «Бог мой, шестьдесят пять лет… в такие годы смерть не за горами, и тут не помогут ни деньги, ни врачи…» Н-да, так и хочется воскликнуть: «О времена! О нравы!»
Так вот, главный герой, глубокий старик шестидесяти пяти лет, считай уже находясь на пороге смерти, приезжает с семьёй на курорт.
И вот однажды ночью, когда очередной приступ печёночной болезни вызвал очередную бессонницу, дабы унять боли, Соломонсон прогуливается по коридору. «Так начался закат его сердца.»
Я вот всё думаю, не выйди он тогда ночью в коридор, не увидь он дочку, выпорхивающую из чужой двери, был бы старик счастливее? Даже не знаю. Мне кадется, такие, как он, найдут любой повод быть несчастными.
Теперь же его жизнь разрушена, ведь Соломонсон считает свою любимицу распутницей и падшей. Всё, чем жил он до сих пор, рухнуло, разбилось, пропало. Впереди только смерть и боль.
«Я хотел только вздохнуть свободно, хоть раз в жизни подумать о себе… Но недаром покойный отец всегда говорил: «Удовольствия не про нас, тащи ношу на горбу до самой могилы…»
И вот он, вместо того, чтобы поговорить с дочерью, выяснить всё, или, на крайний случай, поделиться с женой мыслями, сидит и накручивает, придумывает всё новые и новые пороки для дочери, доводя себя до нового приступа колик.
… И вот уже бог покарал меня, уже он все отнял у меня… теперь — конец… я больше не могу говорить с родной дочерью… не могу смотреть ей в глаза, так мне стыдно за нее… Всегда и везде будет преследовать меня эта мысль — и дома, и в конторе, и ночью в постели: где она сейчас, где она была, что она делала? Никогда уже я не приду домой спокойно… Бывало, она бежит мне навстречу, и сердце радуется оттого, что она так молода, так хороша собой… А теперь, когда она поцелует меня, я буду думать, кому принадлежали эти губы вчера… Быть в вечной тревоге, когда ее нет, и не сметь взглянуть ей в глаза, когда она со мной… Нет, так жить нельзя… так жить нельзя…»
Ну куда может привести подобное настроение? Финал здесь один.

Цвейгу очень хорошо удаётся передать отчаяние и одиночество пожилого человека. Несмотря на всю его паранойю и мнительность, его жалко, ему сочувствуешь. Ведь семье он и правда нужен только, как кошелёк. А так он неудобен, мрачен, немногословен, стар. Пожалуй, с ним даже стыдно покпзаться в приличном обществе, но уж без этого никак. Терпят, но любви я не увидела. Хотя нет, была некоторая забота со стороны дочери, но это всё быстро проходило, то ли возраст, то ли характер. Да уж, старик-отец и юная дочь на заре жизни - понятия прямо противоположные. Так что уж и не знаю, кого винить в трагедии. Жизнь? Судьбу? Самих героев?

Пронзительно грустно. Удивительно психологично. Рекомендую.

И почему я не прочла эту чудесную новеллу раньше?! Она поразила меня в самое сердце. Не заметила, как пролетело время за чтением, только открыла, и вот уже конец... А мне мало, хотя всё необходимое уже сказано. Я бы читала и читала, погружаясь в эту до боли искреннюю историю всё дальше. Даже обидно, что это не роман страниц на четыреста, чтение которого можно было бы растянуть на длительный период. Жалею, что так долго откладывала знакомство с творчеством Цвейга. Думаю, при наличии свободного времени буду читать его романы и рассказы в режиме нон-стоп.

Действие происходит в итальянской Каденаббии на берегу озера Комо. Рассказчик встречает немолодого, очень элегантного и представительного мужчину, который делится с ним историей из своей жизни о том, как однажды на отдыхе он решил сделать очень необычный "подарок" одной юной особе — изобрести для неё тайного поклонника, пылкого юношу, якобы влюблённого в неё, от лица которого и посылал девушке письма. Но мужчина не мог догадываться, к каким последствиям приведёт этот эксперимент над человеческими чувствами.

Не могу сказать, что финал новеллы удивил меня, я ждала подобной развязки и даже рада, что всё обстояло именно так. Точнее, кое-что я бы всё же изменила, но понимаю, что автор хотел отобразить не сказку, а реальную жизнь обычных людей, поэтому конец вполне логичен и ожидаем. А новелла прекрасна. Хочется тотчас же перечитать и снова насладиться изящным слогом писателя и щемящей сердце историей.

Читая эту новеллу, мне сложно было не провести аналогий с "Люси Краун", уж очень схожие ситуации. Мать с сыном приезжают на курорт, отец остается в городе работать. И от нечего делать мать решает завести интрижку. Правда здесь концовка все же совсем иная, без страшных последствий. Пожалуй, это одна из причин, почему я поставила пять баллов, хотелось и такого для разнообразия.

Так вот интрижка… Честно, больше всего в этой ситуации я не понимаю собственно мать - Матильду. Ладно б там велика любовь, ладно б там хоть страсть, так нет же, тупо скука и подвернувшийся под руку поклонник. Которым тоже руководит скука, но вот нечего было людям делать на курорте без вай-фая, только искать с кем бы перепихнуться (а еще говорят, сейчас нравы испортились…).

И опять-таки уберем в сторону морализаторство, да пусть ип…ся! Но вот не получается (все идет наперекосяк из-за неучтенного фактора, ребенка, через которого барон решил сдуру свести знакомство с матерью) да забейте вы! Что ж вы так вцепились, когда будто это так важно, прям идея фикс какая-то. Вот не понимаю! Просто не понимаю! Что, так чесалось, уж простите? Поведение взрослых меня откровенно бесило. Причем больше опять же со стороны Матильды. Так как барону то мальчик никто, пусть он и поступил подло, подружившись с ним из корыстных целей, но тем не менее, это чужой незнакомый ребенок, на которого ему плевать, тут все понятно. Но Матильда, блин, это ж твой родной единственный сын, как так можно?

Радует, что все закончилось как закончилось, а ведь могло бы быть и гораздо хуже. И тогда я бы тут еще долго кипела от негодования и возмущения)

За что мне нравится творчество Цвейга, так это за прекрасный слог и лаконичность. Хотя в его произведении присутствует некоторая наивность.

Действие разворачивается на Ривьере. Внимание гостей пансиона привлек поступок мадам Анриет. Она оставила своего мужа, фабриканта из Лиона, детей и сбежала с молодым французом. Тут разгорелся спор между теми, кто на стороне Анриет и теми, кто против такого поведения.

И на фоне этих событий миссис К. решает поделиться своей историей, которую она держала в тайне вот уже 20 лет.

Миссис К. рано вышла замуж, родила детей, полностью посвятила свою жизнь семье. Но идут годы. Муж умер, дети выросли. И что же осталось миссис К.? Она начинает заново искать смысл жизни и отправляется в путешествие.

Судьба и поиск истинных человеческих эмоций приводят ее в казино Монте-Карло, где она встречает молодого человека, проигравшегося в пух и прах. Он готов покончить с собой, но миссис К. спасает его.

Теперь в ее жизни вновь есть смысл. Ей нужно спасти молодого человека. И спасти во что бы то ни стало. Даже наплевав на мнение общества. "Перерождение" подчеркивается и описанием пейзажа.

Но это не стало выходом для миссис К. Да, на какое-то время ей удалось избавиться от пустоты в ее жизни. Но мера это временная и для миссис К. ничем не заканчивается.

Чем подкупает это произведение - раскрытием внутреннего мира героини. Цвейг в небольшом произведении проводит практически психологический анализ своей героини. Усиливая всё это описаниями природы и внутренними монологами.

Сама идея спасения "заблудшей души" мне не очень близка. Хотя благодаря Цвейгу все мотивы становятся ясны и понятны.

К Миссис К. проникаешься симпатией. Она корит себя за то, что пыталась спасти другого человека. Не обращая внимание на то унижение в глазах общества, которое следовало за этим благим делом. Она держала всё в себе уже 20 лет. И эта исповедь случайному знакомому по пансиону была ей просто необходима. Миссис К. нужно было выговориться.

Да и у миссис К. не было, по сути, какого-то "греха" в поступках. Она была свободна, дети выросли. Единственным "грехом" ее можно назвать доверчивость.

Одно из отличительных черт произведений Цвейга - отстраненность. Автор не дает оценок. Это свойственно не только его биографическим произведениям, но и художественным. И это хорошо. Читатель может сделать выводы сам. А Стефан Цвейг дает максимум информации о причинах тех или иных поступков.

Проза Стефана Цвейга, несмотря на свой, по большей части, описательный и повествовательный характер, а так же малое количество диалогов, всегда увлекает меня. Наверное, по причине того, что автор описывает жизнь как она есть, подмечая все детали, снисходителен к своим героям и хорошо владеет литературным языком.

Эта небольшая новелла представляет собой своеобразную исповедь пожилой дамы об одном событии, имевшим место в ее жизни и оставившим неизгладимый след.
Действие разворачивается на курорте. Местное общество шокировано тем, что одна дама, мать, бросила своего мужа и детей и последовала за молодым ловеласом после непродолжительного знакомства. Мало кто верит в то, что пара не была знакома ранее, так же как мало кто способен отнестись к поступку дамы хотя бы снисходительно, я уж молчу о каком-то понимании или сочувствии. Конечно, об одобрении даже и речи быть не может. Каюсь, я и сама готова осуждать Анриет, ибо дети в моем понимании - святое. Способная бросить собственных детей ради некого мужчины женщина явно больна. Психически. И дело не в каких-то предрассудках о долге и обязанностях. Просто в женской природе заложена забота о потомстве в первую очередь. Мужчина - на втором месте. Как бы то ни было, у Анриет нашелся заступник - молодой человек, от чьего имени ведется этот рассказ. Правда, он сделал это исключительно из-за желания подлить масла в огонь, "потролить" публику, как сказали бы сейчас, но именно этот его поступок и расположил к нему даму, чьи откровения и дали название данному произведению.

Эта исповедь очень эмоциональна, поскольку история, что произошла с миссис К. поселила в ее душе ненависть к самой себе, из-за того что она, поддавшись необъяснимому порыву, была готова следовать за человеком, которого едва знала, человеком, для которого страсть к азартным играм, похоже, стала наваждением и вытеснила из сердца какие бы то ни было другие чувства. Читать о таком страшно, думать о том, что приходится выносить близким одержимого - жутко. Только случай спас миссис К. от рокового поступка и она смогла увидеть истинное лицо человека, к ногам которого собиралась бросить все.

Сцены в игорном зале мастерски описаны автором. В какой-то момент я даже подумала, что работники казино самые бездушные люди в мире, поскольку на их глазах порой разворачиваются настоящие трагедии. Ведь им, наверняка, тоже знаком взгляд человека, идущего на смерть.