Цитаты из книги До последнего края

Дымок

Мир гол и пуст, и я не тот, что прежде. Вот жизнь прошла, а где ее следы? дымок Но я срывал несладкие плоды.

Когда удача жизнь мою ласкала, То против шерсти гладила грозу, Не только Божью искру высекала, Случалось, вышибала и слезу.

В толпе утрат меж прошлым и грядущим Иду один, мне даже невдомек, Что здесь никто не думает о сущем, Никто не знает, как я одинок.

Иду, бреду, куда уносит ветер, Куда глаза глядят и не глядят. Я краем глаза все-таки заметил Иную жизнь на позабытый лад.

Она не знает наших околесиц, Моя печаль ей будет невдомек. Но ей и мне сияет этот месяц И в руки нам плывет один дымок.

Молчание Пифагора

«Не спорь с народом. Слово нагишом Не выпускай: его побьют камнями. Живой огонь не шевели ножом: Он тело Бога. Не любись с тенями…»

Он толковал на берегу морском, Где волны отливали синим светом: – Мы промолчать не можем обо всем, Так помолчим хотя бы вот об этом!

Безмолвствует такая красота, Она не для обычного сознанья. Он первым из людей замкнул уста И сей завет назвал щитом молчанья.

Своим молчаньем он сказал о том, Что истина рождается не в спорах. Но многие философы потом Жизнь провели зазря в словесных €орах.

Есть немота, по ней легко узнать В любой толпе иного человека: Он хочет что-то важное сказать, Его душа немотствует от века…

Великая любовь не говорит, А малая хохочет и болтает. Великая печаль не голосит, А малая и ропщет и рыдает.

Любовь слила два сердца – взор во взор, Они молчат на берегу пустынном. Ни слова, о, ни слова, Пифагор, О красоте, чья двойственность в едином!

У вечного покоя не шумят, А для других стоят в молчанье строгом. Не просто так покойники молчат, А чтоб душа заговорила с Богом.

Затишье перед битвой чутко спит, Безмолвье после битвы спит глубоко. Душа живая около молчит, А души мертвых… те молчат далеко.

Ложные святыни

Вокруг индустриальные пустыни, Ловушки быта расставляет век. Легко ты принял ложные святыни, Рассеянный и гордый человек. От двух из них заходит ум за разум. Вот ты стоишь у Вечного огня, Как перс-язычник пред горящим газом Стоял когда-то, голову склоня. Гляди, чего на свете не бывает! Огонь потух: подвел газопровод. Сухой снежок горелку заметает, И по домам расходится народ.

А вот другой обман перед глазами, С почетным караулом и цветами. Могила Неизвестного солдата — К нему приходят люди на поклон. Его покой велик и место свято. Но почему он имени лишен? Кому он неизвестен? Близким людям? Сиротам? Овдовевшим матерям? О Боге всуе говорить не будем, Уж он-то знает всех по именам. Тут Сатана, его расчет холодный: Заставить нас по нашей простоте Стирать черты из памяти народной И кланяться безликой пустоте.

1988

 ИСПЫТАНИЕ ЗЕРКАЛОМ

Он сказал: — Ты давно искушённый. Ты в себе, как в болоте, погряз, Из привычек не вышел ни разу. Дальше носа не видел твой глаз, Дальше глаза не видел твой разум. Оттого ты всю жизнь изнывал, От томления духа ты плакал, Что себя самого познавал, Как задумал дельфийский оракул Одиночество духа парит, Разрывая пределы земные, Одиночество духа творит, Прозревая уделы иные.

Глянь вокруг! Ты, как Данте в раю, В лабиринте зеркал очутился. Зеркалами я скрыл глубину, Плоскость мира тебя отражает. Вместо солнца ты видишь луну, Только плоскость тебя окружает. На пустое кричишь ты: «Моё!», В роковое уставясь зерцало.

Что мне давалось, тем и был богат. Не завещаю — отдаю назад.

Объятья возвращаю океанам, Любовь — морской волне или туманам, Надежды — горизонту и слепцам, Свою свободу — четырём стенам, А ложь свою я возвращаю миру. В тени от облака мне выройте могилу.

Кровь возвращаю женщинам и нивам, Рассеянную грусть — плакучим ивам, Терпение — неравному в борьбе, Свою жену я отдаю судьбе, А свои планы возвращаю миру. В тени от облака мне выройте могилу.

Лень отдаю искусству и равнине, Пыль от подошв — живущим на чужбине, Дырявые карманы — звёздной тьме, А совесть — полотенцу и тюрьме. Да возымеет сказанное силу В тени от облака…