Верлен и Рембо

Эта книга знакомит читателя с жизнью и творчеством Верлена и Рембо, поставивших один из самых необычных экспериментов в истории литературы — поиск `неведомого` с целью превращения в `сыновей Солнца`. В ней приводятся любопытные, мало кому известные биографические факты, подтвержденные письмами и сочинениями самих поэтов, а также мемуарными свидетельствами их родных и близких.

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,3

67 оценок

5
54%
4
30%
3
13%
2
3%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 77Хотят прочитать 89

Рецензии

laonov9 июня 2016 г.
Добросовестная биография двух гениев и их творческого - и не только- союза.
В подобных биографиях меня всегда удивляло, как некая парка скрупулёзно расставляет мрачноватые декорации условий жизни, направляющих гения по крестному пути.
Особенно впечатлила инфернальная подробность семейной тайны Верленов : Поль был долгожданным ребёнком в семье, и до него у матери случались выкидыши, и эти плоды преждевременных родов, она помещала в банки со спиртом, и хранила в шкафу, и потом, показывала этих "маленьких братиков" маленькому Верлену. Н-да, у Парок бывает свой чёрный юмор, с каким они влияют на психику гениев уже с детства.
Потом будет гимназия, где старшие ученики научат младших "порокам". Будет и пристрастие к алкоголю, как бессознательная жажда пробивающегося на свет гения к смягчению воли, раздражению нервов - настройка проводов ! - и желание той мрачной и порочной атмосферы кабачков, которая символично отразит декаданс данной эпохи и тёмные закоулочки души, одинаковых в каждую эпоху.
Позабавил факт знакомства Верлена в юности с "Цветами зла" Бодлера, название которых он прочёл - почти как и я - как "Цветы мая" : Les Fleurs du mal ( mai).
Эта бессознательная очитка говорит о тоске поэта по нечто светлому.
Он знакомится с 16-й Матильдой, столь невинной и наивной, что после первого поцелуя, она сказала ему : у меня будет ребёнок. и̶н̶т̶е̶р̶е̶с̶н̶о̶ ̶ч̶т̶о̶ ̶о̶н̶а̶ ̶с̶к̶а̶з̶а̶л̶а̶ ̶п̶о̶с̶л̶е̶ ̶б̶р̶а̶ч̶н̶о̶й̶ ̶н̶о̶ч̶и̶
Возможно, именно эта наивность и холодность стала -отчасти- причиной того, что поэт стал искать удовлетворения души и страстей в "ином".
Судьба готовила Верлена к встрече с Рембо.
Автор книги отделяет слухи от фактов, приводя отрывки писем и воспоминаний поэтов и их знакомых.
Наверное, искание новых форм в искусстве - а Рембо жаждал бунта, расшатывания всех ощущений ,- распространяется и на искание новых форм и в любви.
Но у души есть 1000 и 1 способ обнять тело, у тела же - лишь пара фатальненьких способов обнять душу и тело.
Хотя, и тут, как и в большинстве случаев с "иной" любовью, свою роль сыграли сложные отношения с отцом у Рембо ( он рано ушёл из семьи). и с матерью у Верлена. Во всяком случае, оба поэта не были гомосексуалистами в прямом смысле этого слова ( особенно Рембо).
Улыбнул легендарный эпатаж Рембо ( чем-то схожий с эпатажем Есенина), с его байками о своём "гаврошестве" на баррикадах, с его вечным подтыриванием вещей - в том числе и в своём первом визите к семье Верленов, - улыбнула созданная им легенда о своём донжуанском списке любовниц. Как оказалось, это была типичная реакция на... "смешки и отказы" женского пола, причина бунта против которого, становится понятной.
Далее следует бегство Рембо и Верлена в Брюссель и Лондон. Неким бредом судьбы проносятся диковатые страсти, затмения чувств, озарения, опиум и поножовщина.
Примечательно, что поиск новых, солнечных вдохновений, выпал на долю Верлена. Рембо к этому времени написал уже все свои шедевры в стихах, остались - лишь шедевры в прозе.
Разумеется, два бесконечно сродных, и одновременно разных гения, не могли долго удержать свой поэтический союз, и, словно при коротком замыкании, их отшвырнуло друг от друга в брюссельской драме с выстрелами.
Может, это даже и к лучшему, что Толстой так и не встретился с Достоевским. Вызывали же Тургенев с Толстым друг друга на дуэль, да по-русски, на ружьях!
А тут, этот союз подарил миру дивные стихи Верлена, прозу Рембо, и кинематографическую судьбу их приключений.
Думается, что эта центробежная сила в судьбе Рембо, покончившая с творчеством и занёсшая его на "Пьяном корабле" в Африку, была в чём-то схожа с бегством Толстого из Ясной поляны.
Интересно, что чувствовал Рембо под звёздным небом Африки, фактически в пушкинских местах ?
Обнимал ли он там смуглых ̶к̶р̶а̶с̶а̶в̶ц̶е̶в̶ ̶ красавиц, в чьих жилах текла и пушкинская кровь, которых он называл " букварями в кожаных переплётах" ?
Какие призраки будущих снов и стихов Гумилёва, с их пьяными и заблудившимися трамваями, плавниками парусов рассекали ночь его души ?
Но видел ли Рембо эти творческие сны ? В своих поисках U̶l̶t̶i̶m̶a̶ ̶T̶h̶u̶l̶e̶ души мира, он пошёл дальше Верлена.
Что-то в нём синестетически сместилось, и страсть к цветным буквам и поэзии, сменилась страстью к языкам и жарким, радужным странам.
Оба безбожника по своему пришли к богу, зацепившись за идею о нём, спасаясь от пустоты и "чёрных лун" ада, которые узрели в себе и в искусстве.
Душа, словно луна, отразила солнце, но обернулась на что-то, и потеряла его из виду, не видя уже и то, что она отразила.
Сын солнца - Орфей, вышел из Ада, но вынес из него на лире своей, его чёрный воздух.

1 - Портрет Верлена, больше похожий на один из спиритуалистических рисунков Достоевского. 2 - Artюр Рембо.
Читать далее
Верлен и Рембо
Е. Д. Мурашкинцева
4,3
(67)
23 понравилось
503
Unikko31 марта 2016 г.
Хочется отметить, что у книги удивительно скромное название, учитывая характер её содержания. После «Верлена и Рембо» положительно не хватает двоеточия и какой-нибудь «сенсационной» фразы, вроде «Развенчание мифа» или «Подлинная история жизни»: поскольку исследование Елены Мурашкинцевой - не просто «сравнительная биография» двух поэтов, но анализ и критика уже существующих документальных и художественных «версий» их жизни. Наверное, этим объясняется и отчасти оправдывается иронично-снисходительный тон повествования и язвительные комментарии к так называемым «апологетическим биографиям». Вот как, например, автор комментирует поэму(!) Поля Клоделя: «умиляет пассаж, где Клодель в непритворном ужасе говорит, что после отъезда Рембо Верлен стал представлять угрозу правопорядку — и именно поэтому угодил в тюрьму. Не вполне понятно, правда, за что бельгийцы так сурово обошлись с полубезумным, бренным "нечто"». Больше всего, по понятным причинам, досталось биографиям Патерна Берришона и Изабель Рембо: «самые недостоверные сведения исходят от Патерна Берришона и Изабель Рембо: они откровенно обожествляли Артюра — и делали это с таким упоением, что, вероятно, сами уверовали в подлинность многих из своих рассказов». И еще немного цитат:

Отношения Рембо с местным населением породили множество легенд. Патерн Берришон изобразил своего шурина ангелом милосердия и кротости: "… туземцы поклонялись ему, как существу сверхъестественному". Согласно этой версии, Рембо был мудрым просветителем, к которому тянулись простодушные сердца дикарей, а сам он относился к ним с большой любовью и сострадал их бедами.
… Кстати говоря, не отличавшаяся большим умом Изабель Рембо пополнила свой лексикон эпитетами брата: "… сколько неприятностей, сколько мук претерпел ты среди праздных и тупых негров".
(В скобках нужно заметить, что книга посвящена исключительно биографиям поэтов, а не анализу их творчества. Правда, цитаты из стихотворений активно используются автором для подтверждения тех или иных событий из реальной жизни).
В свою очередь авторское отношение к «объектам исследования» не является отстранёно равнодушным, как можно было бы ожидать. Скорее, автор испытывает к поэтам-«смутьянам» неприязнь? Зачем, казалось бы, в книге говорится о том, что Рембо умер не от рака, как принято считать, а совсем от другой, более «постыдной» болезни: «специалисты, тщательно исследовав симптомы и некоторые факты, пришли к заключению, что Рембо стал жертвой сифилиса». Для автора очень важно отметить этот момент, причем без какой-либо оговорки о «точности» заочных диагнозов, чтобы иметь моральное право сказать: «В тридцать семь лет Рембо фактически сгнил заживо». Подобное высказывание в отношении онкобольных звучало бы кощунственно, а для сифилитиков, получается, «так вам и надо»?
Сарказм позволяет говорить увлекательно даже на самую скучную тему, и книгу Мурашкинцевой, надо признать, читать интересно. И, наверное, основана книга только на достоверных свидетельствах (письмах, дневниках) и их правильном толковании. Меня, правда, после прочтения «Попугая Флобера», позабавило упоминание в книге «английской исследовательницы Энид Старки». И, как следствие, посетила та же мысль, что и Джеффри Брейтуэйта, героя Барнса: не становится ли сама Мурашкинцева, рассуждая о Верлене и Рембо, «невольной рабой мелких бытовых обстоятельств»?
Читать далее
Верлен и Рембо
Е. Д. Мурашкинцева
4,3
(67)
21 понравилось
284
feny2 июля 2014 г.
Показать истинное лицо как одного, так и другого героя автору удалось. Я пришла к такому выводу, сравнивая жизнь каждого из них с творчеством. Поэзия Верлена мягче и как мне кажется, отражает его слабохарактерность, душевное непостоянство, переменчивость и противоречивость. А вот творчество Рембо полностью воспроизводит его напористый, грубый и даже хамоватый стиль поведения. Не пытаясь ни обелить одного, ни обвинить другого, признаюсь, - мне ближе Верлен. У Верлена больше идет непроизвольного, импульсивного, как говорится от сердца, а у Рембо от желания представить себя.
Любители «клубнички» промахнутся, надеясь здесь найти пикантные подробности взаимоотношений двух поэтов.
Да и в целом, их «дружбе» уделено в книге ровно столько места, сколько это заслуживает, учитывая, что их знакомство и совместное времяпрепровождение ограничено довольно малым промежутком даже в короткой жизни Рембо.
Мурашкинцева не занимается анализом творчества поэтов. Ее книга – сугубо биографическое исследование. С одной стороны – редко встречается такое разделение (творческая личность не мыслима без его произведений), с другой – такой подход приемлем для тех, кто не желает тратить время на литературоведческие исследования. Так что в зависимости от предпочтений читателей – кого-то это порадует, кого-то огорчит.
Мне не показался взгляд автора совсем уж беспристрастным, - здесь больше негатива, чем позитива. И, тем не менее, заметно желание автора сохранять объективность и непредвзятость, хотя оба героя на редкость неприятнейшие персонажи, жизнь которых мало похожа на бело-черную зебру. Надо сильно постараться, чтобы найти в их судьбе хоть малейшее светлое пятно на общем темном фоне.
Читать далее
Верлен и Рембо
Е. Д. Мурашкинцева
4,3
(67)
12 понравилось
151

Все рецензии

Цитаты

feny2 июля 2014 г.
…вопреки распространенному мнению Рембо не оказал на поэзию Верлена почти никакого влияния.
3 понравилось
78
feny2 июля 2014 г.
… потеря поэтического дара привела и к потере облика, о котором восторженно вспоминал Верлен, яростно защищая друга: он был не уродлив, а красив! К концу жизни все переменится: у "уродливого" Верлена появится обаяние печального "фавна", тогда как лицо Рембо на фотографии, сделанной в Абиссинии, ужаснуло даже Клоделя (тут же пролившего слезу о "безмерных трудах", исказивших облик поэта). Впрочем, молодая красота, вероятно, также была мифом. От парижского периода остались две почти идентичные фотографии Каржа: на ретушированной перед нами романтический поэт с мечтательным взором, тогда как на той, которая ретуши не подверглась, изображен юноша с острыми (не слишком красивыми) чертами лица и взглядом исподлобья – крайне настороженным и недоверчивым.
Читать далее
3 понравилось
68
feny2 июля 2014 г.
…Верлен будет считаться уродом всю свою жизнь. Так, мадам Лепелетье, мать его лучшего друга с лицейских времен (а позднее биографа) не стеснялась говорить, что он похож на «орангутанга, вырвавшегося из клетки зоологического сада». Сам Эдмон Лепелетье также подчеркивал «крайнее уродство» Верлена, над которым смеялась жена Альфонса Доде и многие другие дамы. Один из преподавателей (не любивший Верлена) писал о нем, что это был «самый нечистый по телу и нраву ученик лицея Бонапарта» и что у него была «омерзительная физиономия, напоминавшая морду оскотинившегося преступника». Наконец, Леконт де Лиль, утонченный поэт и глава парнасской школы, уверял, что у Верлена «голова скелета, обросшего мясом». По его фотографиям и портретам этого никак не скажешь: Аполлоном он, конечно, не был, но обладал определенным обаянием, и ничего отталкивающего в его внешности не было. Видимо, у этого века были свои понятия о красоте, которым Верлен никак не соответствовал, и многие исследователи именно в этом обстоятельстве видели причину его ранней меланхолии. Только для матери и для Элизы он был прекрасен, остальные же находили его безобразным – и хуже всего было то, что он сам в это верил.
Читать далее
2 понравилось
34