Юмористическое фэнтези

Молодой человек зябко пожал плечами. Потом перебрал в уме стандартные темы фэнтези: автомобили, игра на бирже, сезонные транспортные билеты, домохозяйки и полицейские, советы психологов и реклама моющих средств, подоходный налог, дешевые рестораны, глянцевые жкрналы, кредитные карточки, уличные фонари и компьютеры...

• Да, чистый воды эскапизм, - сказал он вслух. - Но не это ли главное стремление человека - порыв к свободе, тяга избегнуть обыденности?

Он воспринимал ее так же и с теми же эмоциями, как любую вещь, которая на протяжении последних десяти лет находилась в этом доме и все время служила исправно. Например, телевизор. Или газонокосилка. Ему казалось, что это и есть любовь.

- Это - литература! Подлинная литература. Настоящая жизнь. Мир как он есть. Художник должен показывать людям мир, в котором они живут, - вот его подлинное призвание. Мы держим перед ними зеркало.

• Вот почему ты все время пытаешься это забросить... Просто жизнь устроена слишком скучно и тоскливо... Почему бы тебе не попробовать писать фэнтези?

- Я приверженец классической школы, - сказал молодой человек и указал на книжную полку с образцами бессмертной классики. "Удольфские тайны", "Замок Отранто", "Рукопись, найденная в Сарагосе", "Монах" и так далее. - Это литература

- Это я, Амелия Ирншоу, недавно потерявшая родителей и теперь направляющаяся, чтобы занять место гувернантки, на которую будет возложено попечение о двух детях - мальчике и девочке, в дом лорда Фальконмера, чей хищный взгляд показался мне во время нашего собеседования в его лондонской резиденции отвратительным и завораживающим, но орлиный профиль этого господина не дает мне спокойно спать и по сей день.

Безумный смех, доносившийся из разрушенного аббатства, сотрясал воздух до основания, так, словно темнота решила надорвать себе живот в приступе маниакального веселья.

- Невесты! - Шёпот проник сквозь дверь, пополз по стенам, казалось, захватил весь дом и заставил его затрепетать от каждого слога. "Не" - было наполнено неосуществлённым желанием, "вес" - тяжестью любви, "ты" - голодом.

Кое-кто и есть тот, кто он есть. А кое-кто вовсе не тот, кем кажется.

Когда-то давным-давно этот фильм считался классикой. Я имею в виду, настоящей классикой, одной из десятка картин, величайших на все времена, а не тем раздутым рекламой хитом сегодняшнего дня, который оставляет ощущение, что последние два часа ты провел в ванне, наполненной электрическим желе, глядя на стробоскопический источник света в эхо-камере.

Стоило ей войти, он поднес свечу прямо к ее лицу и принялся смотреть на нее глазами, которые если и не говорили о сумасшествии, то в свидетели нормальности своего хозяина не годились вовсе.

- Невесты! - Шепот проник сквозь дверь, пополз по стенам, казалось, захватил весь дом и заставил его затрепетать от каждого слога. «Не» - было наполнено неосуществленным желанием, «вес» - тяжестью любви, «ты» - голодом.

Но он умер задолго до сегодняшнего дня, девушка. На мой взгляд, он пробыл мертвым уже чудовищно долгое время.

— Вам не кажется, Колкит, что ученому неприлично исчезать в своей собственной черной дыре?

— Насколько я понимаю, вы так и не избавились от этих штанов, мистер Колкит.
Колкит сконфуженно кашлянул.
— Увы, нет, декан.
Декан перегнулся через стол и сердито погрозил пальцем.
— Мне на вас жаловались, мистер Колкит. Ваши брюки создают помехи мисс Роджерс, которая занимается радиоастрономией. Мистер Лин начинает думать, что открыл новую разновидность гамма-лучей, всякий раз, когда вы проходите мимо окон его лаборатории. По вашей вине кардиостимулятор профессора Хеджа работает с перебоями.

Жизнь порой жестокая штука. Иногда даже правильное решение делает нас несчастными, но мы все равно принимаем его, потому что иначе и быть не может.
Тони Баллантайн "Голубая магнолия"