Добыча. Мечта

Медленно восходившая луна скрывалась за лёгкой облачной дымкой и заливала их призрачным молочно-белым светом. Звёзд не было, и весь небесный свод был полон светящейся пыли, дождём сыпавшейся на землю в безмятежном молчании ночи.

Вы правы, я была злой. Но когда ничего не знаешь, ведёшь себя так глупо! Боишься совершить ошибку, не хочешь слушаться сердца и делаешь то, что кажется необходимым.

Девушка слышала, как ручей, ивы, трава, весь знакомый и любимый мир говорят языком её мечты, её надежд и желаний, то, что она ежедневно поверяла этому миру, возвращалось теперь к ней, исходя от него.

Её звонкий смех рассыпался дождём певучих звуков, и прозрачный лепет ручья вторил ей.

Пустырь был наводнён потоками прозрачного, как хрусталь, лунного сияния, свет был так ярок, что в нём рисовались даже тонкие узоры ивовых листьев. И, казалось, малейший ветерок всколыхнёт поверхность этого озера света, в величественном спокойствии уснувшего между большими вязами соседних садов и гигантским корпусом собора.

В комнате горели три высокие свечи, и их неподвижное прямое пламя застыло в воздухе, как огненные слёзы.

Мягкий сумрак, таивший в себе печаль, несказанную негу, сокровенные надежды, проникал её насквозь, окутывал какой-то болезненно-истомной атмосферой.

От широкого неба, простёршегося над этим уголком, веяло трепетом и какой-то неопределённой печалью: с бледных высот нисходило столько осенней грусти, спускалась такая тихая, скорбная ночь, что Булонский лес, закутанный сумерками в тёмный саван, утратил весь свой светский вид и словно вырос, полный могучего очарования.

— Ошибка ближнего не извинит нашей ошибки.

Зло становилось роскошью, цветком, вколотым в волосы, бриллиантом, украшающим диадему.