Английская новелла XX века

«Гром - это был его смех, вырвавшийся наружу, усиленный во сто крат»

Смеётся тот, кто смеётся последним? И без последствий? А возможна ли игра-дуэль между двумя улыбками: женской и мужской? Например, с одной стороны поля сражения – мягкое сияние джокондовской улыбки, а с другой – раскатистый гром донжуанского смеха. Нечто подобное как раз и можно увидеть в этой новелле Хаксли.

Играя с жизнью, мы можем и не подозревать, что на самом-то деле это жизнь, возможно, играет с нами. Многие ведь воображают себя кукловодами и уверены, что держат все нити в своих руках. Но иногда не так уж и просто бывает понять, кто же ты: кукловод или всего лишь танцующая марионетка. Так что часто остаётся открытым вопрос: кто с кем играет? Ведь в любой момент игроки могут неожиданно поменяться ролями, даже не заметив этого…

«Неужели она не могла подыграть ему в той игре, которую он вёл, - в жестокой и забавной игре? Но ведь он с самого начала знал, что она не захочет, не сможет играть в эту игру, знал и всё же продолжал своё»

Мистер Хаттон является типичным представителем известной породы мужчин под названием - Дон Жуан обыкновенный. Хоть Дон Жуан, в отличие от Казановы, на самом деле женщин ненавидит, но они ему необходимы для подтверждения своих мужских достоинств в сексе. Ведь если мужские качества в характере мужчины, психологически оставшегося ребёнком, выражены слабо, то он стремится компенсировать этот недостаток, придавая особое значение своей мужской роли в интимных отношениях.

Генри Хаттон гордился своими успехами у женщин и любил улыбаться собственному отражению в зеркале. Но всё же у него хватало ума понимать, что он плохо разбирается и в себе, и в других людях. Будучи женатым, Генри, конечно же, имел любовниц, к которым не испытывал никаких серьёзных чувств. Впрочем, как и к жене. Хотя на ненависть он был способен. И сразу начинал терять терпение, когда больная жена требовала внимания. Ещё в молодости мистер Хаттон обнаружил, что он не только не жалеет бедных, слабых и больных, но попросту ненавидит их, испытывая чувство гадливости.

Мисс Спенс, 36-летняя девственница, неизменно вызывала у Генри любопытство. Однажды её особенную улыбку он полунасмешливо назвал улыбкой Джоконды. Но Дженнет Спенс приняла комплимент за чистую монету и с тех пор старалась держаться на высоте леонардовского образа. Однако, на самом деле Хаттона порой даже раздражала эта улыбка. А саму её носительницу он считал хоть загадочной и милейшей, но при этом странной и глупой, приписывая ей узость кругозора, интеллектуальный снобизм и отсутствие вкуса.

Этот неисправимый Дон Жуан чисто автоматически посылал таинственной Джоконде воздушные поцелуи и привычно подавал ей ложные надежды на возможный любовный роман. Но вскоре после совместного завтрака супругов Хаттон с Дженнет Спенс, приглашённой к ним в дом, неожиданно умирает миссис Хаттон. И всё переворачивается с ног на голову...

На мой взгляд, это совсем не детектив в привычном понимании. Поэтому отсутствие интриги в раскрытии преступления и тот факт, что виновник смерти известен почти сразу, не имеют никакого значения. Каждому из этих двоих (Джоконде и Дон Жуану) в любом случае ясно, убивал он или нет. И в том, кто из них понесёт судебное наказание, тоже нет сомнений. Но не секрет и то, что есть ещё и высший судья. И вряд ли он освободит хоть кого-то от ответственности за свои поступки.

«Смутно он чувствовал в этом какой-то не поддающийся разуму акт справедливости. В прошлом он был полон легкомыслия, глупости, совершал безответственные поступки. Теперь судьба вела с ним такую же легкомысленную, безответственную игру. Значит, око за око, значит, Бог всё-таки есть»

Не совсем понятно, к какому жанру этот рассказ следует отнести. Что-то среднее между фэнтези с магией и сказкой. Об одном из лондонских небольших магазинчиков с детскими игрушками, куда вдохновился зайти сын главного героя (в роли последнего выступил при этом сам автор (рассказ от первого лица)), потянув за палец и отца за собою.

Собственно начало, как и конец рассказа выдержаны в рамках классического прозаического повествования об отношениях отца со своим далеко ещё не взрослеющим ребёнком, с таким упоением занятым игрушками в своём детском мире. Существование которого в конце рассказа так отчётливо представлено автором за гранью мира взрослых. Благодаря удивительным образом выстроенному в середину произведения основному повествованию собственно о волшебном магазинчике.

Рассказ читается увлекательно, своим сюжетом мягко запутывая нас, постепенно выводя из обыденной реальности в магическую сказочную, доводя до состояния легких фантасмагории и абсурда, в итоге резко забрасывая нас обратно в профанный мир, не оставляя внешне даже следа от прежней магической и волшебной картинки, где автор пребывал только что со своим сыном. Достаточно необычное ощущение.

Мне кажется чем-то оно напоминает мне ощущение от приёма водного раствора одного растительного препарата (назовём это так), когда восприятие реальности постепенно трансформируется, всё сильнее и сильнее, доводя это самое восприятие в конце концов как бы до галлюциногенного абсурда. Я подобными веществами в жизни не злоупотреблял, но один раз в Индии по своей неопытности лично столкнулся с таким специфическим случаем, рядом с одним древним всемирно известным индусским храмом на берегу Бенгальского залива. Опыт пережил реально необычный, но повторять его мне бы не хотелось. Скажем так, состояние алкогольного опьянения рядом с этим не стояло. Хотя не могу сказать, что в жизни такого рода опьянениями я также злоупотреблял, являясь трезвенником. Но бывало, поэтому есть с чем сравнить.

Конечно, чтение такого рода произведений не должно иметь столь серьёзных и глубоких последствий для нашей психики, как в приведённом мною выше примере из собственной жизни. Но зачем-то мне в голову тут пришла эта аналогия из пережитого опыта.

Ради эксперимента, хочу дать почитать этот рассказ своей дочери, посмотрим какое впечатление он произведёт на ребёнка возраста начальной школы. Насколько понятным и интересным для неё он окажется.