
"... вот-вот замечено сами-знаете-где"
russischergeist
- 39 918 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
В начале книги автор приводит свой разговор с Борисом Слуцким: дескать, Борис считал происходящее в Советском союзе искажением и предательством коммунистических идеалов. Сам же Бенедикт Сарнов придерживается другого мнения:
И далее сборник посвящён именно раскрытию оного "уродства советского бытия". Наибольшее внимание уделено проявлениям антисемитизма в СССР. Частный случай советского провала для автора и для многих других людей стал аргументом против коммунизма как идеи. Но не для меня: лично мой взгляд на происходившее в те времена всё же ближе взгляду Бориса Слуцкого.
Написано, впрочем, довольно забавно, можно узнать много нового про взаимоотношения советских писателей и прочей интеллектуальной элиты. Рекомендовала бы книгу только людям с уже устоявшимися взглядами.

Великий мизантроп Михаил Михайлович Зощенко сказал однажды, что так называемые хорошие люди хороши только в хорошие времена. В плохие времена они становятся плохими, а в ужасные времена они - ужасны.

Было это в Малеевке, одном из самых старых и самых любимых московскими писателями литфондовских Домов творчества.
Дом, как и все такие же писательские дома, был привилегированным. Попасть туда — даже члену Союза писателей — было не так-то просто. Борьба за путевки шла отчаянная. Существовала, кроме того, сперва неписаная, а потом уже и узаконенная табель о рангах, согласно которой одним писателям (секретарям, членам парткома) путевки выдавались в лучшие месяцы года (летом или в лыжный сезон), другим же — когда дом пустовал и там, вместе с писателями второго и третьего сорта, по льготным профсоюзным путевкам отдыхали шахтеры.
Как бы то ни было, Дом был действительно привилегированным.
Но когда вы, урвав наконец с бою свою путевку, приезжали в этот привилегированный Дом, вас ожидало там множество всяких — чисто советских — гадостей. Душевой шланг в вашей ванной был переломан пополам, так что душ принять было невозможно. Принять ванну без душа тоже было затруднительно, поскольку в ванне не было затычки: дыру, в которую утекала вода, приходилось затыкать свернутой в тугой комок собственной майкой или трусами. Впрочем, ванну без совсем уже крайней нужды принимать и так не хотелось, поскольку вода из обоих кранов обычно текла холодная, а если и появлялась горячая, то была она цвета конской мочи. В комнатах тоже все было далеко от идеала. В пятирожковой люстре в лучшем случае горели только две лампочки: люди опытные, любящие, чтобы у них в комнате по вечерам было светло, запасливо привозили с собою из Москвы несколько лампочек. Внутри графина, предназначенного для кипяченой воды, был такой прочный, несмываемый слой какого-то грязно-желтого налета, что пить воду из него было все равно, что пить из унитаза. Белье меняли по большим праздникам, ссылаясь на какие-то вечные затруднения с прачечной…
Но самой большой гадостью, ожидавшей вас в этом привилегированном Доме, была еда.














Другие издания

