Ваша оценкаЦитаты
the-hidden-law1 июня 2013 г.В нем есть много грусти; но поразительно, что самая грусть его - холодная. Грусть вообще тепла по природе своей: но у Мер-ого она изменила своей природе.
(о Мережковском)138- the-hidden-law1 июня 2013 г.
- Чадца Мои, - избавить я вас не могу (все-таки не могу! о, как это ужасно): но вот, взглядывая на Меня, вспоминая Меня здесь, вы несколько будете утешаться, облегчаться, вам будет легче - что и Я страдал.
Если так: и он пришел утешить в страдании, которого обойти невозможно, победить невозможно, и прежде всего в этом ужасном страдании смерти и ее приближениях...
Тогда все объясняется. Тогда Осанна...
138 - the-hidden-law1 июня 2013 г.
Во мне ужасно есть много гниды, копошащейся около корней волос.
Невидимое и отвратительное.
Отчасти отсюда и глубина моя (вижу корни вещей, гуманен, не осуждаю, сострадателен).
Но как тяжело таким жить. Т. е. что такой.
145 - the-hidden-law1 июня 2013 г.
Язычество есть младенчество человечества, а детство в жизни каждого из нас - это есть его естественное язычество.
Так что мы все проходим "через древних богов" и знаем их по инстинкту.
174 - the-hidden-law1 июня 2013 г.
Мамаша томилась.
- Сбегай, Вася, к отцу Александру. Причаститься и исповедоваться хочу.
Я побежал. Это было на Нижней Дебре (Кострома). Прихожу. Говорю. С неудовольствием:
- Да ведь я ж ее две недели тому исповедовал и причащал.
Стою. Перебираю ноги в дверях:
- Очень просит. Сказала, что скоро умрет.
- Так ведь две недели! - повторил он громче и с неудовольствием. - Чего ей еще?
Я надел картуз и побежал. Сказал. Мама ничего не сказала и скоро умерла.
133 
Earwig12 декабря 2011 г.Читать далееНе литература, а литературность ужасна; литературность души, литературность жизни. Т, что всякое переживание переливается в играющее, живое слово: но этим все и кончается, - само переживание умерло, нет его. Температура (человека, тела) остыла от слова. Слово не возбуждает, о, нет! оно - расхолаживает и останавливает. Говорю об оригинальном и прекрасном слове, а не о слове "так себе". От этого после "золотых эпох" в литературе наступает всегда глубокое разложение всей жизни, ее апатия, вялость, бездарность. Народ делается как сонный, жизнь делается как сонная. Это было и в Риме после Горация, и в Испании после Сервантеса. Но не примеры убедительны, а существенная связь вещей.
164- Earwig12 декабря 2011 г.
Иногда чувствую что-то чудовищное в себе. И это чудовищное - моя задумчивость. Тогда в круг ее очерченности ничто не входит.
Я каменный.
А камень - чудовище.
Ибо нужно любить и пламенеть.
От нее мои несчастия в жизни (былая служба), ошибка всего пути (был только "выходя из себя" внимателен к "другу" и ее болям) и "грехи".
В задумчивости я ничего не мог делать.
И, с другой стороны, все мог делать ("грех").
Потом грустил: но уже было поздно. Она съела меня и всё вокруг меня.
178 
zhem4uzhinka17 октября 2011 г.Как ни страшно сказать, вся наша "великолепная" литература в сущности ужасно недостаточна и не глубока. Она великолепно "изображает"; но то, что она изображает - отнюдь не великолепно и едва стоит этого мастерского чекана.
<...>
В сущности, никому, кроме самих русских, неинтересно.187