Конечно, русские издатели провернули шикарный трюк с названием романа. А всё потому, что Enligtenment это и просвещение и просветление. Стали бы вы читать роман с названием "Наркомат просвещения"? Нет. А вот в "Наркомате просветления" есть уже что-то интригующее, пелевинское. Хотя книга действительно о жизни сотрудника наркомпроса.
Есть череда западных писателей, зачастую неплохих, что трансформируют свой опыт жизни в экзотических странах в романы об этих странах. Бачигалупи - Таиланд, Нэппер - Вьетнам, Нэйлер - многие, в том числе Россия. Калфус - в первую очередь Россия. "Наркомат просветления" - дебютный роман автора, написанный в сорок девять лет. До это был только сборник рассказов, и тоже о России. Любопытно почитать, как зарубежный автор видит события интересной для меня эпохи в истории России. 1910-й, 1919-й, 1921-й, 1924-й.
1910-й. Первая часть рассказывает о смерти графа Толстого в Астапаво. По мнению Калфуса это стало событием мирового масштаба — толпы журналистов, съемочная группа от "Братьев Патэ". Паломники, социалисты-революционеры, включая Иванова-Ленина и Кобу-Сталина. Эта часть, занимающая половину романа, вполне самодостаточна и оборвись повествование на этой части, оно осталось бы цельным. По большому счету это рефлексия на тему наступившего двадцатого века и о том, что же лучше обессмертит человека — синематограф или бальзамирование. В этой части фигурируют два эпизодических реальных персонажа: кинооператор Мэйер и профессор Воробьев. Знаете, к автору, знающему о таких, не первого плана, российских исторических фигурах, начинаешь относиться с уважением, как и к его творчеству.
Мэйер (не тат, что из МетроГолдвинМайер) а вовсе другой, француз (эльзасец) Жозеф-Луи Мундвиллер — кинооператор, один из пионеров российского кинематографа, в том числе реально снимал Льва Толстого. Почитайте про него — глыба. С началом Первой Мировой выслан из России.
Профессор Воробьев в романе — жутковатый фрик, носящийся с идеей бальзамирования. На самом деле — реальный бальзамировщик Ленина.
Главный герой — Грибшин, тоже фанат синема, помощник Мэйера. Человек, искушаемый Сталиным.
1919-й. Грибшин теперь Астапов, комиссар просвещения. Продразверстка, монастыри, попы, сопротивление крестьян, странные отношение со странной девушкой.
Иностранец в авторе всё-таки чувствуется. Вернее, понимаешь, что он пишет для западной аудитории. Много пояснений совершенно очевидных для русского вещей. Взгляд на Гражданскую, какой не встретишь у русских авторов, неважно апологетов белых или красных.
Захвачена деревня, в чьей церкви хранятся мощи святого. Астапов комиссар, и с помощью электричества и вскрытия раки с мощами хочет показать крестьянам их суеверия. Сильная сцена с мощами и убийством священника.
1921-й. Астапов занимает высокую должность в наркомпросе. Чувствует таинственную связь со Сталиным. Ему кажется, что Сталин продвигает его. Агитпоезд с Крупской, цензура спектаклей, кино про штурм Кремля.
1924-й. Год смерти Ленина:
"блик на боку самовара, мысленная тяжесть катка для белья, стоящего напротив кровати, мысленная плотность теней, Надежда, добрый верный Бобкин был с нами во время, профессор Кожевников, протоколы Тринадцатого съезда, гегелевская «Феноменология духа», интриги Сталина, где Троцкий, международное положение, цифры урожая зерновых за, синематограф-бурлеск в Париже, Инесса на, странная боль в, не критическое, заснеженный зимний лес, покойные, запах грибного супа, письмо к польским, как нам реорганизовать, зеркало русской революции, собрание сочинений, редколлегия, Смольный, Смольный, Смольный, черный котенок, предупредить ЦК относительно, так много не успел, всеми силами избегать сентиментальности, нянька Варвара, «и скучно, и грустно, и некому руку подать», это Тургенев, решающий аргумент против, Каменев и Бухарин ненадежны, Инесса умерла, вероятность мятежа в, Мещеряков приходил в гости и его не накормили! интриги Сталина, я видел его в дверях, как, Германия, раздавить, мамочка в Санкт-Петербурге, лютеранское, тезис, антитезис, синтез. В ушах океанский рев, это можно было предвидеть, а потом все проходит, только паралич остался. Но это еще не оно, пока нет. Кожевников нащупал у меня пульс."
Толстого не получилось забальзамировать, получится ли с Лениным?
Ни на что не похожая вещь с глубокой проработкой материала.
И послевкусие интересное.
8(ОЧЕНЬ ХОРОШО)https://s.livelib.ru/img/stars2/r80-x-green.png">
87 понравилось
