Время, потраченное на чтение этой небольшой повести, условно можно разделить на несколько этапов: <первые десять строчек не вызывают никаких подозрений>, "что за кошмарный перевод?!", "а, нет, перевод нормальный... что за кошмарный слог?!", "что это вообще за ересь?" и, наконец, "как эта книга очутилась в to-read-list???". Сеньолю удалось воплотить на бумаге практически все явно и неявно раздражающие факторы, которые вообще мыслимы мною в художественном тексте. Здесь есть - выспренный слог, вялотекущий сюжет, беспросветная пейзажная и портретная школярщина, примитивность (а местами и невменяемость) нарративной стратегии, неубедительность рассказчика, отрывочность кульминации и развязки, неуместность рефлексий главного героя, грубость в обращении со словами и поразительное упрямство в избегании всего, что может вызвать у читателя истинный интерес. Главный герой приезжает в деревушку с амбицией воздвигнуть себе нерукотворный памятник на лоне умильных пасторалей. Главный герой поселяется в загадочном, жутком и с верху до низу кишащем ГИГАНТСКИМИ ОТВРАТИТЕЛЬНЫМИ ВОЛОСАТЫМИ пауками (здесь ещё можно усмотреть благодушный китч) поместье, гнусный и не внушающий доверия хозяин которого, разумеется, лелеет в отношении протагониста беспримерно КОВАРНЫЙ ЗЛОВЕЩИЙ ЛЕДЕНЯЩИЙ КРОВЬ план. То, что в кинематографе обычно воплощается в эффект "бах!", у Сеньоля выглядит нелепостью без налёта жути: в колодце плавает тушка дворняги, навозная куча издаёт сдавленные стенания. Разумеется, герой тревожно бодрствует в самые лунные ночи, якшаясь с Неведомым. Которое проявляет себя самым заурядным способом - бродя по саду и дыша. И всё, обломалась интрига. Природу жутких звуков читателю выяснить не суждено. Зато оценить изысканность слога - вполне:
[...] отправиться к дикому и молчаливому мешку с мокрыми отрубями, каким был местный столяр.
Дикий мешок с отрубями? Вы что, издеваетесь??? После этой поразительной сентенции воспринимать текст серьезно у меня просто не получалось. А уж невнятной, хотя и по-своему весьма приятно-сказочной, концовкой опус Сеньоля и вовсе лишил себя всякого веса. И это всё? Настолько нелепо, предугадываемо, настолько нестрашно, в конце-то концов?.. Хотя возможно, именно моей слабостью перед грозным лицом дикого мешка с отрубями и объясняется в итоге единственная звёздочка, поставленная "Матаготу".
24 понравилось
