О нём рассказывали всякие чудеса: будто, когда дети умирают, он летит с ними часть пути, чтобы им не было страшно.

Он любил разнообразие, и спорт, который поглощал его, мог наскучить ему в один момент; поэтому всегда существовала возможность, что в следующий риз, когда вы поссоритесь, он позволит вам уйти.

Good form! However much he [Hook] may have degenerated, he still knew that this is all that really matters.

"They were married, you know," explained Wendy, "and what do you think they had?"
"White rats," cried Nibs, inspired.

“Смерть — це теж велика пригода”.

Летать может только тот, кто весел, бесхитростен и бессердечен. А взрослые уже не такие.

Странные вещи происходят с нами на жизненном пути, но мы не сразу их замечаем.

Ради новизны дети готовы покинуть всё самое дорогое.

- Дурачок ты.

All of this has happened before, and it will all happen again.

You know that place between sleep and awake, that place where you still remember dreaming? That’s where I’ll always love you. That’s where I’ll be waiting.

Dreams do come true, if only we wish hard enough. You can have anything in life if you will sacrifice everything else for it.

The moment you doubt whether you can fly, you cease for ever to be able to do it.

Never say goodbye because goodbye means going away and going away means forgetting.

To die will be an awfully big adventure.

Трудно было передать, как Венди презирала пиратов. Еще для мальчишек в самом слове «пират» было что-то захватывающее. А она увидела лишь то, что судно не драилось годами. Все так заросло грязью и пылью, что не было ни одного предмета, на котором нельзя было бы написать пальцем «Дурак». И она кое на чем уже написала.

Право же, я иногда думаю, что от детей больше расстройства, чем радости.

Она ставила двойную заплатку на коленки (господи, как они обращались со своими коленками!) или брала корзину с их носками, в каждой пятке — по огромной дыре. При этом она говорила взрослым «маминым» голосом: «Право же, временами я думаю, что старым девам можно позавидовать».