Пасха Красная. О трех Оптинских новомучениках, убиенных на Пасху 1993 года

И да простят мне дорогие моему сердцу иноки Трофим и Ферапонт, и иеромонах Василий, но мне нечего сказать о них. А ведь хотелось... Не могу отвечать за всех, но меня эта книга потрясла, да так сильно - до самого основания. Я, что называется, прикипел душой к этим замечательным людям - Оптинским новомученникам, да и многим другим тоже. И казалось мне в тот миг, что такие эмоции всколыхнут меня как камень воду и я скажу такие слова, что у всех читающих сердце сожмется от радости и боли, что все поймут и всё прочувствуют. Но я горько ошибся. Оказалось, что рассказывать о причинах своих радостей и слёз можно лишь до определенного предела, до той поры, до которой ты сам понимаешь их, до того момента, до которого ты можешь их объяснить. Но то, что подарило мне это литературное знакомство уже вышло за пределы моего знания, ушло дальше и глубже, и теперь живет во мне, но выразить это я уже не в состоянии. Теперь, с высоты понимания того, что я хотел бы сказать, всё, что бы я ни написал, кажется мне плохо и всё не так... Впрочем судите сами.
Начать я решился со следующих слов:
Знаете, мы в современном мире привыкли к смерти - это аксиома. Один мой знакомый психолог сказал как-то, что тот, кто спокойно пережил на экране семь смертей, перестает реагировать на чью-то смерть. А уж мы-то давно превысили свой лимит. Сообщения о катастрофах по радио и телевидению больше не вызывают у людей жалость или сожаление, не вызывают тех переживаний, какие должны были бы вызвать, если бы с нами было всё в порядке. И эта книга - возвращение к нашему естественному состоянию. Она возвращает нам чувства, наши подлинные чувства. Прекрасная, словно симфония непревзойденного гения, трагичная до боли, до внутреннего пепла, грустная и одновременно радостная история трёх Оптинских новомучеников. История, сжигающая всё, что до этого казалось необходимым и важным.
Низкий поклон от меня её автору за ту трепетную, бережную любовь, с которой она донесла эту историю до нас, ибо в наше сложное, запутавшееся время, время с повязкой на глазах - эта история, сам пример этих на первый взгляд обыкновенных людей имеет для нас особое значение.
Дай Бог, чтобы кому-то она помогла ответить на "неразрешимые" вопросы, помогла увидеть то, что раньше было скрыто или искаженно, чтобы эта книга могла вам стать несколько лучше. Книга, основанная на воспоминаниях участников тех событий, на дневниках, не имеющая под собой фантазий, рассказывающая о всем без прикрас - не может оставить равнодушным. В ней всё связанно с Богом. Он основа этой книги и движутся на этой основе: люди, судьбы, история, время.
И нет у "Пасхи Красной" никаких замков и барьеров - она беспрепятственно проникает глубоко в сердце. Наблюдаешь, впитываешь рассказанную историю - и кажется собственная жизнь не такой хорошей, полной и важной как казалась. Наша жизнь не идёт ни в какое сравнение с той благодатной жизнью о которой нам рассказала Нина Павлова. Ну кому мы, кроме родных, подарили свою любовь? Когда в последний раз жертвовали чем-то по-настоящему ради других? Какаю пользу приносим мы? Дарим ли мы или только берём? Когда в последний раз мы поступали по зову сердца, а не по шепоту гордости и эгоизма, когда в последний раз наша хата была не с краю? И это лишь начало - список вопросов к нам тянется и тянется, и нет ему конца и края. Но это список вопросов добра земного? Если же перейти к духовному, то тут уж и спрашивать и сравнивать стыдно. Лучше уж не позориться.
И тут, друзья мои, я должен был бы перейти от этого плохонького начала к самому главному, к самому сокровенному, но у меня не получилось. Рассказать доходчиво о том, как жизнь побеждает смерть могут лишь святые или очень, очень достойные люди. Я не могу сказать ничего. Другое дело, если бы я летал повыше, но что уж там. Но возможно те, кто захочет прочесть эту книгу, допишут окончание самостоятельно, возможно у них найдутся силы и слова для такого дела. Чтож - я буду вполне доволен и этим. Ну, а пока, я как некоторые писатели оборву свой отзыв многоточием...

Смерть Торжествующая.

Это прекрасная книга расскажет о торжестве смерти. Она несказанно удивит нас своими историями о жизни трех Православных монахов, убитых безумием, но воистину воскресших, как некогда воскрес Христос. Только здесь, смерть, омытая не слезами и плачем, а радостью и укреплением веры. Святость подлинная, скрывающая себя, запечетленна в мартирологии Оптинских новомучеников. Как же радостно читать строки их жизней! Автор книги проделала большой путь, собирая свидетельства о чудесах, творимых иноками, как при земной жизни, так и после нее; большое количество биографического материала, воспоминания родных и близких людей - все это ярко воссоздает образы и жизнь Оптинского монастыря, реально описывая трех простых, в усердии подвизающихся иноков - до сих пор их живые лики стоят перед моими глазами. Мое сердце клокотало внутри, мне хотелось подвизаться в строгом посте, увеличить молитвенное правило - разожгли святые Братики пламень моей веры. И не только моей: после их смерти монастыри нашей Родины наполнились прекрасными и искренними послушниками и послушницами разных возрастов.

Какова же цена святости? 1993 год - безумию раскрытая Россия, потоки грязи захлестывали нас с Запада, и пока я, будучи грудным и маленьким дитятком лежал в своей колыбели, истинные Герои, Воины Христовы: инок Ферапонт, Трофим, иеромонах Василий проливали свою кровь, отмаливали наши грехи, проливали слезы в таком покаянии, которое знает только Святых. Оценим ли? Поймем? Пожалуйста, пусть тронется лёд.

Это книга-откровение. Книга-открытие. Открытие Православия. христианского отношения к людям и жизни, открытие, нет, приоткрытие Тайны Монашества.

Многие ругают эту книгу за приторность, елейность и надуманность. Сейчас ругают все православные книги. Даже Святых Отцов. Но эта книга, когда-то давно взятая в библиотеке Пантелеймоновского монастыря, окончательно и бесповоротно утвердила меня вере. Я читала и плакала, когда над Оптиной Пустынью на Пасху 1993 года раздался крик "Убили! Братиков убили". А после этих слез открылась невидимая тайна Монашества в рассказах, нет, жизнеописаниях трех удивительных людей иеремонаха Василия, инока Трофима и инока Ферапонта. Их приход к вере, принятие монашества, тихий и незаметный подвиг, отеческая любовь ко всем людям и конечно, их помощь нам, людям.

Я не буду советовать эту книгу, кто захочет-сам прочитает. И не пожалеет. А я надеюсь, что в моем помяннике через какое-тов ремя будут вычеркнуты их имена, чтобы не мы молились за них, а уже они за нас.