Повести, рассказы, пьесы

Мдэ. Как бы так помягче выразиться... Когда мужчина "далеко за" играет в мартисьюизм - это жалко. Понимаю, что Станиславский и Немирович-Данченко ногой пихнули в постановку те смыслы, которые Чехову и не снились, но если читать только текст (и у тебя никто не стоит, приставив нож к горлу - "восторгайся классикой, скотина"), то картина удручающая.

В центре всей фигни - Тригорин. Одна баба валяется у него в ногах, чтобы он остался. Вторая баба, дико молодая, сходит с ума, когда он её бросает, бегает за ним и глядит в щёлочку. Тригорин, само собой, писатель и знаменитый драматург. Чиста проста совпадение, что так похож на автора. И весь Тригорин такой: "Я не знаю, что происходит. Я весь такой мягкий, противоречивый такой весь". Мимо прыгает Треплев: "О, нет, он такой великий! А я пишу, пишу, а его уровня не достиг. Пойду роскомнадзорнусь!".

Великие любови рассыпаны по вкусу. Маша влюблена в Треплева. И страдает, и страдает. А на обрыве стоит берёза и томно так и трепещет, так и трепещет. Признаться в чувствах к мужику? А как же очищающее страдание? Медведенко влюблён в Машу. Полина Андреевна в Дорна. Все говорят ужасно выспренними фразами, вроде "Это траур по моей жизни. Я несчастна", но если ты скажешь, что это настолько же живые персонажи, как один раз переваренный картон, тебя на улице будут поджидать театралы с боевыми биноклями. Это великий приём великого Чехова.

Что не так с Треплевым? Я не знаю. Никто не знает. Одно дело, когда он стреляется, когда ему баба отказала. Другое, когда "ах, я не такой крутой, как Тригорин (читай: Чехов), у меня не льётся текст сам по себе". Или когда вот такое: " Вы нашли свою дорогу, вы знаете, куда идете, а я все еще ношусь в хаосе грез и образов, не зная, для чего и кому это нужно. Я не верую и не знаю, в чем мое призвание". И ведь сто к одному сам Чехов писал раньше на такое пародию (это из "Драмы"): "— «Анна. Вас заел анализ. Вы слишком рано перестали жить сердцем и доверились уму. — Валентин. Что такое сердце? Это понятие анатомическое. Как условный термин того, что называется чувствами, я не признаю его"". А ещё Треплев безвозмездно помогает престарелому отцу, не иначе.

Никто никого не слушает, каждый вываливает тонну экспозиции и своей мотивации. Для того, чтобы всё это выглядело не так выспренне, временами персонажи мутят что-то насчёт быта, как если бы Михалков пытался снять нечто в стиле диалогов Тарантино.

Меня все бесят. Самой живой там выглядит вставная пьеса про Мировую Душу. Она выморочная, но не настолько демонстративно неискренняя и скроенная по лекалам, как основное действо.

Это считается классикой драматургии, причём и зарубежом тоже? Мне жалко человечество. Честно. Дамы и господа, театр не умер, он просто сильно заболел. Прописываю больше новых форм внутривенно, меньше попыток "в реализм". Мартисьюизм - под нож!

Если так пойдет и дальше, то 2015 у меня станет годом Чехова. Ну и пусть так оно и будет!

Тянет меня в нервный мир его героев. Нервный и напряженный. По сути, обычный такой, человеческий мир, только эмоциями наизнанку. Герои пьесы "Три сестры" часто говорят с залом (читай - сами с собой) или с кем-то одним, самым близким из героев, на худой же конец с полуглухим стариком сторожем Ферапонтом. Получается, что мы становимся реальными участниками всех сцен, всех мыслей и дум героев.

Три сестры. Не семья Прозоровых. Не три сестры и один брат. А только три сестры. Три женщины, Ольга, Маша и Ирина, что остались от большой когда-то семьи Прозоровых. Андрей, их брат, не в счет. Он, носитель фамилии их рода, давно под каблуком Наташи, своей жены и матери своих детей, Бобика (как зовет его мать) и Софочки. Он почти испарился как личность, как человек, самостоятельно мыслящий и желающий. Воистину муж - голова, а жена - шея. Наташа - "шея" мощная, хотя с первого взгляда может показаться, что она крайне хрупка и беспомощна.

"В Москву, в Москву!" - только об этом и может думать младшая, Ирина. Ее душа еще верит, что все можно вернуть. Время, когда они были все вместе, были счастливы, их дом был полон друзей семьи из числа штатных военных, к которым относился и отец. Увы, Маша рано вышла замуж, и сейчас оказалась в плену несбывшихся надежд. Ольга же, пожалуй, самая мудрая и здравомыслящая, положила себя на алтарь карьеры. Ольга с Машей не разделяют радужных надежд Ирины на возвращение во времена безоблачного московского счастья. Но это не значит, что им его не хочется. В душах молодых женщин таится робкая надежда на светлое будущее. Ирина, милая, наивная Ирина. Ей так хочется какого-то романтического, невероятно деятельного труда. Увы, реальность никак не соответствует ее высоким порывам. Спасло бы замужество, вероятно ... Но ... Финал пьесы делает переезд в Москву более реальным, а надежды - совершенно несбыточными.

Представляю эту постановку на сцене. Я никогда не видела пьесы Чехова в театре. Очень жаль. У нас в драматическом театре Чехова как-то не ставят особо, а в столицы наши я наезжаю не так часто. Более того, особых театралов среди моих друзей и коллег раз, два и обчелся, что называется. Но я поставила "Три сестры" в своем воображении. В моей голове спектакль был очень тревожным, сжатым как пружина, грозящая так распрямиться, что мало никому не покажется. Моему "я" очень созвучна именно литература с предчувствием грозы и бедствия. Здесь ощущение не было острым, но то, что трудности семьи еще впереди, пришло сразу.

Пьесы Чехова когда-то обвинили в отсутствии фабулы. Не хватает дескать повествованию действия, активности. Так и жизни их не хватает. Обычной такой, человеческой жизни. Потому как когда для одного повседневный труд - действие, так для другого оно - прозябание. Вот и выходит, что в среднем бесфабульная она, жизнь-то наша.

"ВИШНЕВЫЙ САД"

Читала раньше - внутренне заламывала руки, ахала и томно вздыхала, полностью разделяя вот это состояние Раневской:

А теперь хотелось встряхнуть за плечи Раневскую, хотелось возмутиться, затопать на них ногами: чтоб проснулись, чтобы начали жить, что-то делать, строить какие-то планы.
Я стала более практична? Менее сентиментальна?

Раньше восхищалась передовым Петей, считая восхитительными и реплики, подобные этой:

Теперь скептически и сочувственно поулыбалась, при этом явно одобрив вот такой подход:

Раньше Лопахин вызывал полное отторжение, теперь же первую половину пьесы читала о нем с уважением и благодарностью. Закончилось, однако, всё тем же отторжением вперемешку с презрением: не мой человек. Слишком засуетился от радости. Фу.

Фирс... Бедный, бедный Фирс. Перечитывая пьесу во все времена, читала о нем со слезами.
Не переношу такое отношение к людям.
Жалко его невероятно.

Итог: хочется посмотреть, как отнесутся к этой пьесе мои 11-классники (не успели обсудить пьесу в 10-ом, перенесли на начало 11-ого). Что увидят в ней? Нужна ли она им будет?

Почему решил прочитать: помогал дочке с ответом на вопрос по литературе "В чём ирония рассказа "Смерть чиновника""

Гротескная сатирическая зарисовка Чехова про нелепый испуг чиновника. Очень гоголевкий по духу анекдотический рассказ про малодушного "маленького человека".
Ирония рассказа в том, что экзекутор Червяков раздул из пустяка трагедию. Также ирония в том, что чрезмерная услужливость, чинопочитание и мнительность могут быть опасны для жизни.
Рассказ в шутливой форме доносит до нас мысль о том, что во всём, даже в извинениях, важна мера и такт.

И далее мои размышления по теме, не вошедшие в отзыв.

• Червяков экзекутором работал. Это палачом, что ли?
• А может он вовсе и не зря переживал? Может, он знал про генерала Брижзалова, что тот отмороженный изверг и за такое прилюдное унижение он испортит жизнь не только самому Червякову, но и всем его близким? Сожжёт дом, отдаст на поругание жену? Тогда его череду извинений вполне можно понять. Мы же не смеёмся над теми, кто вынужден прилюдно извиняться перед главой одного из российских регионов.

Антон Палыч, вы меня удивили. Это было обнажение с выворотом наизнанку всего пакостного, что только есть в человеке. Вы мне не дали возможности ни за кого порадоваться. Правда, меня почти никто не огорчил. Но ваше противопоставление унылого ханжества лоснящейся пошлости не дают выбора. И поездка на богомолье после венчания неуместна и безудержное веселье, не замечающее беды близких хуже, чем стремление влиться в обывательский мирок местного полусвета.
О чём вы хотели написать?
О неравном браке, социальной несправедливости, о человеческих пороках, эгоизме, жадности, раболепии и душевной слепоте? О да. В этом рассказе все рабы пошлости или её жертвы.
Вы выдаёте замуж 18-летнюю сиротку из бедной семьи за жадного, ограниченного, никогда не бывшего молодым 52-летнего чиновника. Подумаешь 52 - ещё не старость, мужчина в рассвете лет и своей карьеры. И подумаешь 18, если девушка уже знает жизнь, пережила смерть матери и вроде бы переживает о спившемся отце и младших братьях.
Читаю я их портреты, так детально, живописно прорисованные и хочется мне следом за Достоевским словами князя Мышкина, впервые увидевшего портрет Настасьи Филипповны, воскликнуть: Ах, кабы добра! то есть добры. И хочется дополнить: Ах, кабы любили. Но нет любви.
Не вызвали у меня симпатии герои. Модест Алексеевич отталкивает сразу своей неприятной внешностью и жабьим поведением. Он мне напоминал жабу из Дюймовочки. Но и Анна лишена чуткости и трогательности героини сказки Андерсена.
Меньше всего мне хотелось осудить Анюту, старалась ее пожалеть.
Чем занята её юная головка? Деньги и наряды, которые не стали доступней с вроде бы выгодным браком, тревога о бедном, пьющем отце и братьях, печаль об умершей маме.

Но больше всего её влекло мужское внимание, именно в эти моменты она забывала о своих горестях и ощущала радость и счастье.

Наверно это естественно. Куда лучше, чем походы в театр с мужем, который унижал Анну и её родных, и вызывал чувство страха, ненависти и презрения.

И нет ничего удивительного, что увидев в глазах их сиятельств восхищение своей красотой и молодостью, а в глазах мужа заискивающее, сладкое, холопски-почтительное выражение, она сама преисполнилась силы. Но силы негативной, ослеплённой властью, жестокой.
Эпизод на благотворительном базаре невольно вызвал сравнение Анюты с другой героиней, Скарлетт О’Хара. Та тоже блистала на благотворительном вечере, стремилась разбогатеть, чтобы спасти семью и имение, выходила замуж по расчету. И хотя я не поклонница романа Митчелл, но сравнение оказалось не в пользу Анюты.
И что интересно, моё сравнение удивительно дополнил сам Чехов.

Антон Палыч, наше знакомство раньше протекало не очень удачно. Но, мне кажется, что в наших отношениях наметилось потепление. Вы точно становитесь мне ближе. И расставаясь с вами, я уже жду новой встречи.

Действие этой небольшой повести происходит на Черноморском побережье Кавказа. В центре повествования личность Ивана Андреевича Лаевского, вроде как способного литератора, но не прилагающего должных усилий к активной деятельности и живущего с когда-то любимой женщиной, а теперь опостылевшей чужой женой Надеждой Федоровной, мучающийся проблемой как избавиться от непосильного груза, а заодно уверенный, что разом и жизнь наладится автоматически.

Само название повести оказывается очень говорящим о многом. Хотя тут действительно присутствует настоящая дуэль главного героя с его невольным антагонистом, которой придерживается иных жизненных взглядов и соответственно занимает иную позицию, на деле дуэль символизирует собой и то внутреннее противостояние героя с самим с собою, а также системой общественных ценностей и приоритетов.

Читатель вслед за героями мысленно дискутирует с самим собой и персонажами повести о возможности и допустимости тех или иных поступков и реалий. И хотя писатель, как водится, не выносит категоричных суждений, оставляя многое, если не всё, на суд читающих, тем не менее именно этот мысленный диалог и возможность примерить на себя их слова и действия, особенно ценны здесь.

Как всегда у автора отлично схвачены и показаны человеческие характеры во всем их многообразии, со всеми плюсами и минусами.
Единственно, от чего остаёшься в некотором недоумении - это финал, в возможность которого не до конца веришь, но как шанс начать всё сначала, который даётся очень редко, пусть хоть в книгах будет. Как напоминание о возможности исправить то, что возможно.

Можно ли четко определить характер человека и утверждать, что он никогда не станет другим? Есть ли шанс на нормальную жизнь у того, кто уже десяток раз доказывал, что он никчемный трус, предатель и слабак? Может ли смягчиться умный, но душевно черствый человек, прагматик до мозга костей? Нужно ли бросать и уходить, если разлюбил? Всегда ли доброта и мягкость - это хорошо? Так ли важен законный брак? Что должно произойти, чтобы человек начисто пересмотрел свои взгляды? Что есть польза и честь? Что важнее: человек или человечество?

Все это и многое другое умудрился уместить Антон Павлович Чехов в свою небольшую (около 4 часов в аудиоверсии) повесть под названием "Дуэль", отлично начитанную Александром Андриенко. Так что она получилась максимально концентрированной и насыщенной, но не событиями, а именно мыслями, рассуждениями, диалогами и монологами на все вышеперечисленные темы.

Событий же тут не особенно много.

Живет во всеми забытом маленьком городке на Кавказе чиновник Лаевский: он слаб, ленив, безволен, падок на женщин и любит причислять себя к "лишним людям", к тем, кого "испортила цивилизация" и теперь они ни на что не пригодны, кроме как рассуждать. Из Петербурга бежит он на Кавказ, а на Кавказе стремится куда-то еще, потому как тут его одолевает та же тоска, причина которой - в нем самом, в его понимании собственных недостатков, презрении к ним и неспособности себя изменить.

Живет Лаевский с чужой женой, которую привез на Кавказ, со временем к ней остыл и не знает теперь, что с ней делать и как бы от нее избавиться.

Надежда Федоровна, живущая с Лаевским, - невнятная и болезненная особа, которая сама себя запутала: сбежав от нелюбимого мужа, она усиленно играет роль единственной хорошенькой женщины, но, так же, как и Лаевский, неспособная чем-либо себя занять, скучает, тоскует и вешается на каждого встречного, причем без особого на то желания, а просто как-то у нее так выходит, и вот уже, кажется, еще чуть-чуть - и совсем пойдет по рукам.

И тут же обитает полная противоположность Лаевского - зоолог фон Корен: умный, жесткий, безжалостный, деятельный человек, поклонник теории естественного отбора, не терпящий таких, как Лаевский и Надежда. С точки зрения фон Корена, таких нужно прямо уничтожать, дабы не размножались и не ослабляли человечество.

Кроме них, есть еще несколько колоритных второстепенных персонажей, отлично оттеняющих двух наших героев. И, хотя сначала так не кажется, нет в повести ни одного положительного героя, все они с какими-то "червоточинами", когда даже хорошие, вроде бы, качества превращаются в недостатки.

Между двумя главными героями, конечно, и будет дуэль, но не столько физическая, сколько, быть может, нравственная. Причем чаще всего не напрямую, а через разговоры с другими лицами, и это был очень интересный прием. То фон Корен высказывает свое мнение о Лаевском за глаза (этими моментами прямо-таки заслушаться можно, хотя он несколько пугает своим фанатизмом), то наоборот - Лаевский о фон Корене, и тут-то ты осознаешь, что отлично Лаевский все сам о себе понимает, и не только о себе, и муторно ему самому от себя ничуть не менее, чем фон Корену. Но нужен определенный взрыв, чтобы что-то сдвинулось с мертвой точки, чтобы устоявшиеся конструкции характера и убеждений поколебались.

Финал, меж тем, мне не очень понравился.

Во-первых, я не совсем поверила. Точнее, я охотно верю, что на какое-то время героя хватит, действительно, что-то в нем перемкнуло в момент, когда

Это было как второе рождение, такое не проходит бесследно. Но вот что это надолго - нет, не верю. Спорю на что угодно, что через год максимум все вернется на круги своя. Так что я как-то более скептична, чем даже его "оппонент", который, кажется, поверил искренне и даже пересмотрел свои взгляды.

Во-вторых... зрелище финальное было настолько неприятным, что я даже не знаю, что хуже: видеть героя таким, какой он был "до", или тем жалким испуганным существом, в которое превратился "после". Непривлекательно ты, однако, перерождение нравственное... если это оно.

Увлекательная история. Каждый герой со своими пороками. Один военный доктор с одной стороны как бы хороший, но из-за своей наивности и безграничной веры в людей может, сам того не ведая, а точнее закрывая глаза на очевидное, помогать в не особо достойных поступках. А вообще читаешь и понимаешь, что больше ста лет произведению, а люди совсем не изменились. Технический прогресс намного шагнул вперед, но на самих людей это никак не повлияло. Все произошедшие действия и поведение персонажей можно легко перенести в наше время. Только лишь дуэль заменить на что-то иное и все. Сама история мне понравилась. Мне было очень интересно чем же это все закончится. Как все обернется для главных персонажей. Правда сам финал не порадовал, вышло все как-то приторно сладким. Всякого ожидал я, но такого и близко не предполагал. Такое ощущение, что запутывали нитку, запутывали, а пришел иллюзионист и одним движением выпрямил. Так и здесь вышло. События так интересно заворачивались, а потом в одно мгновение все разгладилось и стало хорошо у всех и для всех. Но все равно повесть хороша и достойна внимания.
Оценка 9 из 10

Я прям даже не знаю, что сказать. Я - циничная стерва. Как-то так. И не переубеждайте. По замыслу Антона Павловича я должна была лить слезы по былому? Это то самое былое, где Любовь Андреевна сорит деньгами почище завзятого Шопоголика, не оставляя никакому состоянию ни единого шанса? Или то самое былое, где она едет в Париж, бросая дочерей, навстречу моту и кутиле, и опять отдает ему свое состояние? Сколько состояний ей не дай, все не в коня корм. Что-то не хочется по этой лошадке лить слезы. По Фирсу вот могу пролить пару слезинок. Но тоже запишу в свою книжечку расходования слез.

Так что "главной идеей" пьесы я не прониклась. Ни Любовь Андреевной, ни ее братом Леонидом, кулак ему за кисею, или как он там бильярдно выражался. Ни даже Аня с Верой мне не особо. Одна влюбилась в черти кого, прообраз интеллигента, у которого из рабочих инструментов только язык, ну хоть можно понять, дамы любят ушами. А второй и надеяться в общем-то было не на что, зачем Лопахину беднота в жены? Я вообще-то держала кулаки за Лопахина вначале, так он мне понравился. Умный, с коммерческой жилкой. А сад поделить на дачи? Ну что же. Знаете, настоящая аристократия - это не та, что умирает, но не сдает своих позиций. Настоящая - та, что в анекдоте, и ботинки себе начистит в походе, и котелок вымоет, и унитаз надраит. Мыслят они по-другому. Правильные аристократы за свою территорию, конечно, будут держаться до последнего, но сад, что сад, можно оставить себе рощицу возле дома и наслаждаться ею, в противном случае (как здесь) и рощицы не останется. А Любовь Андреевна - совсем неправильная аристократия, гнать таких в шею в Париж к кутилам.

В общем, да, полку бесячих героев прибыло. И, кажется, я вижу, почему это комедия. Хотя это даже ж не комедия, это троллинг чистой воды со стороны Антона Павловича, прям таки граничит с унижением. Так посмеяться над несостоятельностью цельного сословия. Но мне нравится, мне такой юмор по душе.

Во всем виновата проклятая Муму. История эта так радикально повлияла на мою неокрепшую детскую психику, что явно наложила отпечаток и на бедную Каштанку. Так что с детства была уверена, что Каштанка кончается плохо, и это был единственный рассказ Чехова, который я не любила. Так бы я и померла в неведении, если бы не новая книжка с картинками.
Отреагировала я на то, что на совершенно неформатной обложке была нарисована натуральная лиса. Тут в памяти что-то слабо зашевелилось: вроде, Каштанка и вправду была похожа на лису. Заинтересованная, я нырнула внутрь и поняла, что эта книжка как раз для меня. В детстве у меня было нечто похожее - про собаку Пальму - и я ее просто обожала. В общем, это такие черно-белые с вкраплением рыжего, очень графичные, немного стилизованные под детские рисунки, которые хороши и сами по себе. Но есть же еще и текст. А текст-то, оказывается, замечательный. С фирменным чеховским юмором и щемящей тоской. С верой и надеждой несмотря ни на что.
Так что надеюсь будущие поколения благодаря этой книге моих заблуждений не повторят.