
Ваша оценкаЦитаты
Julzie3 сентября 2009 г.Жизнь никогда не бывает слишком долгой, если у тебя настоящий роман с этим миром...
91K
kreinberry11 января 2018 г.Больно — это вовсе не плохо. Больно — это даже хорошо. Это правильно. Это означает, что ты принадлежишь, потому что невозможно ничего отдать так, чтобы не стало больно хоть на минутку. Очень больно — значит, отдано все, что можно. Так славно. Так спокойно.
4150
Vogel28 мая 2015 г.Палач - это извращение нормального убийства. Палач - как проститутка, делает то, за что заплачено. Трахаться за деньги ещё можно, но убивать надо по любви, по большой любви.
376
rosenrot12911 декабря 2019 г.Читать далееКак умерла? Я же живая, сижу на твоей тахте, отрываю нижнюю пуговицу от твоей рубашки, слушаю твои глупости. Я вообще никогда не умру. Я буду всегда. Мне просто приснился ужасный сон, такой ужасный, что я закричала, а ты услышал. Я спала, когда спят — просыпаются, а когда умирают — нет. Смерть — это все, ничто, конец, остановка. Мертвых закапывают в землю, режут ножом патологоанатомы, едят червяки — и им уже все равно. Мертвые попадают в ад или в рай, но это — неправда. Бога нет, хоть все и ходят в церковь. Им просто страшно умирать, потому что после смерти их не будет. Но я-то буду всегда.
289
Tarvalon21 декабря 2017 г.Читать далее-Привет, Корнет. У меня Полька. Я…
И осекся на полуслове, на полувдохе. Как будто в некоей другой плоскости бытия был и сейчас вспомнился кабинет следователя, ужасные фотографии, жестокие вопросы, как будто были похороны на страшном кладбище, засыпанном снежной «крупой», в замерзшей грязи. И печальный демон поднял невозможные, сияющие, зеленые, кошачьи глаза, и его лицо было как лунный отсвет на ночных облаках. Мой оруженосец… Мы так дружили, мы так здорово играли…- Шурочка, - сказал Ромка в первый и последний раз в жизни.
И так же, в первый и последний раз, на лестнице, освещенной тусклой лампочкой, в безмолвном обществе неодобряющих соседских дверей, он повернул Корнета к себе и поднял за подбородок его опущенное лицо…
И поцелуй был - космический холод, превратившийся в эдемское или адское тепло, в солнечный жар, от которого на мгновенье растаял лед. Корнет вздохнул и обвил руками Ромкину шею - и вдруг понял, ЗАЧЕМ… Он вырвался так резко, что Ромка растерялся. Ромкины глаза сделались шальными и пьяными, блаженно пьяными - любовью Носферату, счастливой болью, покорностью, которая была для Ромки совершенно неестественной, фальшивой, как наркотически- Ты куда… пожалуйста…
- Я умер, Ромка, - сказал Шурка тихо. - Я пришел прощаться. Не подходи ко мне больше.
За дверью, в коридоре, зашуршали и завозились, время стало коротко, очень коротко, Ромкин преданный взгляд отражал собственную Шуркину безнадежную верность. Ромка сделал шаг вперед - и Корнет попятился назад, оказался на ступеньках лестницы, рука на перилах - последний момент, последнее слово, больше уже ничего никогда не будет, а никогда - это самый- Я ухожу, - сказал Шурка, больше не слушая. - Пусть у тебя все будет хорошо, Ромка. Я люблю тебя. Не смей за мной идти.
И в ответ на шорох, вздох, движение - сбежал с лестницы, вместе с Ромкиным скандальным прошлым, вместе со своей бесплодной, несчастной, отчаянной любовью, вместе с собственным кошмаром - в холод и темноту. Один.2147
Vogel28 мая 2015 г.Мне хотелось прикосновений, чужих прикосновений, ощущения близости - но не секса, это было гораздо злее.
254
AndreyKrukov8 марта 2022 г.Люди одиноки, чтобы объединяться в любви к Богу. Но эта любовь не объединяет, это – очередное вранье, это – как любовь к выпивке у алкашей, чувство общности у замороченных на одном и том же, это не греет тела и не дает душе ощущения единства пусть только с одним – но абсолютно моим человеком.
119
Milosska27 апреля 2020 г.— Как его угораздило перейти на эту сторону?
— Женщина, Мигель, женщина. Как еще мужчину может угораздить попасть в беду?150
