— Вы столько всего знаете.
— Я путешествую с колыбели. Буквально.

Огонь улучшает самочувствие. Ощущаешь себя не так одиноко. Кроме того, всегда нужно кипятить сырую воду для питья, ну и для еды, конечно. Костер — это хороший сигнал для спасателей, его видно из далека.

Я постараюсь не очутиться в джунглях.

Но не забывай и о собственных сочинениях, именно в них твоё будущее.

И сам нашел какой - то вязкий ответ: ну, написал я роман, какое значение, имеет то, выиграет он или проиграет, выражаясь конноспортивным языком?

Когда же человек перестаёт быть слишком молодым?

Бросили - таки, осознал я, на съедение литературному льву.

У меня появились шансы избежать нищеты.

Это дамоклов меч для каждого тренера. Риск халатности. Риск прямой диверсии.

В ящике стола лежали права на управление вертолетом: срок их годности давно истек, поскольку уже больше года я не садился за штурвал.

Внутренний голос всегда играл большую роль в моей жизни, а когда он звучал особенно громко, я без всяких сомнений следовал ему.

Детство... Отрочество... Успех... Моя жизнь была интересной, чёрт возьми.

К чёрту отчаяние, подумал я. Давай иди.

Полвека я отдал скачкам. И каждый эпизод жизни — это тема для рассказа.

Дверь стояла прочно, как скала.

Никогда не предполагайте, что вы одержите победу, до тех пор пока выигрыш не окажется у вас в руках.

Прежде чем шутить, не мешает подумать!

— Он писатель, — встал на мою защиту Тремьен, — он во всем должен уметь разбираться.

— Вы не можете быть писателем, — заключил Сэм.
— Это почему же?
— Слишком много гребаного здравого смысла.

— Вам известно средство от ночных кошмаров?
— Все мои кошмары происходят наяву.