Цитаты из книги Антифада

Советы были страной нищих. И чтобы получить дополнительные блага, там следовало выбиться в начальники. Выбрав себе при этом в заместители кого поглупее. Умного заместителя было иметь опасно. Когда же начальника повышали, его место занимал зам, после чего срабатывал прежний принцип. В итоге они получили верховное руководство, состоящее из клинических демагогов и спесивых простофиль.

Увы, наши тела, ради которых мы унижаемся, предаем, воюем, становятся пищей для насекомых и удобрением для неведомых природных трансформаций. Умирают и наслаждение, и любовь, и ненависть. Средь мрака обращаясь в тлен…

И где же наша хваленая демократия?
− Демократия, дешевые курево и алкоголь нужны в других странах. Вот там за наличие демократии, то есть народовластия, мы ратуем постоянно. Демократия − инструмент разрушения государственности. И этим инструментом можно распотрошить любого врага.

Воистину, жить с человеком, которого любишь, также трудно, как любить человека, с которым живешь.

Что объединяет нас? Взаимная корысть? Да, именно она − катализатор бурлящего сообщества человеков. В какой бы привлекательной упаковке не преподносилась. Выходит, любовь − явление случайное и вторичное. И по покойникам мы зачастую горюем из-за корысти и собственного эгоизма. В первую очередь мы жалеем себя, а не их.

− У меня для вас вскоре будет много новостей!
− Из них состоит вся жизнь.

Мы должны быть едины и непримиримы, избегая разнотолков Корана. Разнотолки будут тягчайшими преступлениями. Наша суть − абсолютная нетерпимость к инакомыслию.

Героизм наш несомненен, хотя бы потому, что лезть под пули, зная, что деловая публика сколачивает на войне и на твоей шкуре состояния, и предаст тебя, не раздумывая, это какой же логикой надо руководствоваться?

Уровень нашей жизни не может быть доступен остальному населению планеты. Население США составляют лишь пять процентов от общей популяции, а потребляют сорок процентов мировых ресурсов. Если все остальные устремятся к уровню наших стандартов, цивилизации уготован крах, ибо рыночная экономика, обеспечивающая высокий уровень потребления, обречена на гибель при снижении роста потребления. Таков капкан.

Пил Жуков редко, но метко. Меры не знал, а если бы и знал, то выпить бы ее не смог.

Лихое время разброда! Время серпастых паспортин уже несуществующего государства, розово-голубых чернильных американских виз, таможенной и пограничной неразберихи, попрании знамен тоталитаризма, подмены законов постановлениями, словом − революционное времечко!

Чем богаче страна, тем меньше в ней детей. Они делают все, чтобы жить в удовольствиях и в неге, и копают себе тем самым могилу.

Мы безо всякого сомнения полагали, что их страна − это мрак и ад для всех в ней живущих, это рабство, насилие и нищета, а они полагали такой ад единственно для себя приемлемым, ибо были в нем хозяевами-демонами, готовыми расширять свою преисподнюю бесконечно.

Доходы тратятся не на развитие бизнеса и технологий, а на манипуляции с общественным мнением, презентации, поддержку популярности, и всякого рода воздействия на коллективную психологию держателей акций. В это трансформируется и биржевая аналитика. Портрет нашей экономики − это портрет Дориана Грея.

Большинство женщин хотят многого от одного мужчины, а большинство мужчин одного, но от многих женщин.

В любой лес мы заходим максимум до середины, а после мы уже идем из леса…

Черных дурить будем, − согласился Марк. − Хотя все это опять-таки… Мелко плаваем, господа! Да и пройдет ли фокус? В этом мире лжи и лицемерия уже так трудно кого-либо обмануть!

Дядя в последнее время выглядел удрученным, говорил мало и неохотно, на свадьбе выглядел явно подавленным, и все это расстроило Абу: неприятности по службе сопутствуют человеку всегда, но попасть в опалу к Саддаму − значит, оказаться над пропастью. Любое подозрение тирана, и ты − ничто, корчащийся в каменном мешке окровавленный сгусток страдания и стонов.