Лествица

Безмолвие тела есть благочиние и благоустройство нравов и чувств телесных; безмолвие же души есть благочиние помыслов и неокрадываемая мысль.

А что поношение есть в самом деле омовение душевных страстей — в том да уверит тебя обыкновенная в народе пословица; известно, что некоторые люди в мире, осыпавши кого-нибудь ругательными словами в лицо, говорят: «Я такого-то хорошо умыл». И это истинно.

Не многие могут удержать воду без плотины; и еще менее таких, которые могут удерживать уста невоздержные.

«Не тогда узнаешь, что ты совершенно избавился от сей гнилости, когда помолишься об оскорбившем или за зло воздашь ему дарами, или пригласишь его на трапезу, но когда, услышав, что он впал в некое злоключение душевное или телесное, восскорбишь о нем, как о себе, и прослезишься».

Если верх объядения состоит в том, что человек принуждает себя на принятие пищи, когда и не хочет есть, то верх воздержания в том, чтобы и при алкании неповинную плоть свою удручать воздержанием. Если предел блуда есть то, когда кто похотствует при виде животных и даже бездушных созданий; то предел чистоты состоит в том, чтобы ко всем иметь такое же чувство, как к предметам неодушевленным.

Та душа имеет бесстрастие, которая приобрела такой же навык в добродетелях, какой страстные имеют в сластях (страстях).

Многословие при молитве часто развлекает ум и наполняет его мечтаниями, а единословие обыкновенно собирает его.

Не употребляй в молитве твоей премудрых выражений; ибо часто простой и неухищренный лепет детей был угоден Небесному Отцу их.

Вся ткань молитвы твоей да будет немногосложна; ибо мытарь и блудный сын одним словом умилостивили Бога.

Старайся научаться разуму и делу спасения более от трудов, а не из одних книг. Прежде приятия силы духовной не читай книг чуждых правоверия, потому что они исполнены тьмы и помрачают умы немощных.

Не неправеден Бог и двери милосердия Своего не заключит для тех, которые стучатся со смирением.

Сомневаться в суждениях и долго не решаться на избрание чего-либо из двух, есть признак непросвещенной свыше и тщеславной души.

Болезнь посылается иногда для очищения согрешений; а иногда для того, чтобы смирить возношение.

В кротких сердцах почивает Господь, а мятежливая душа — седалище дьявола.

Кротость есть утверждение терпения, дверь или, лучше сказать, матерь любви, начало рассуждения духовного; ибо Писание говорит: научит Господь кроткия путем Своим (Пс 24, 9).

Кротость есть скала, возвышающаяся над морем раздражительности, о которую разбиваются все волны, к ней приражающиеся; а сама она не колеблется.

Кротость состоит в том, чтобы при оскорблениях от ближнего, без смущения и искренно, о нем молиться.

Тьма чужда света; и гордый чужд всякой добродетели.

Гордый монах не имеет нужды в бесе; он сам сделался для себя бесом и супостатом.