Что случилось бы, если бы Фанни Каплан убила Ленина? Как развивалась бы Русь, если бы Александр Невский не смог отбить нападение тевтонских рыцарей? Открыли бы Америку, если бы первая экспедиция Колумба попала в шторм и затонула? Именно так формируются фантастические допущения в жанре альтернативной истории. А потом уж авторы принимаются фантазировать: кто-то старается быть все-таки реалистичным, а кто-то кидается во все тяжкие. Подобных же вопросов можно придумать великое множество. В конце концов, какой-то динозавр мог бы раздавить не ту бабочку. Тут, конечно, есть большой соблазн воротить горы, чем глобальней предположение, тем, кажется, интересней будет. А вот Рустам Кац крайне скромен: у него в СССР всего лишь одобрили на государственном уровне в качестве единственно верного литературного течения не соцреализм, а научную фантастику. Кажется, что бы изменилось особо? По Кацу – всё. Или если присмотреться, то ничего. И это, конечно, наводит на ряд размышлений.
В этой книжке все не то, чем кажется. Начиная с формы…
«История советской фантастики» написана в виде популярной монографии. Есть сведения, что это многих ввело в заблуждение: после первой публикации в 1993-ем году в Издательстве Саратовского университета, на эту книжку ссылались во всяких диссертациях по истории советской литературы. Факт диковатый, но легко представимый: знаем мы, как порой для увеличения списка использованной литературы в него пихают что не попадя, главное, чтобы по названию хотя бы косвенно подходило.
…и заканчивая именем автора.
На самом деле «Историю научной фантастики» написал Роман Арбитман, человек, широко известный в узких кругах, безжалостный литературный критики, циник и мистификатор. Он всегда был склонен к хулиганству (порой злому), и «История советской фантастики» именно такова. Перед нами достаточно радикальная шутка, этакая выходка плохиша-интеллектуала, в которой досталось всем – и классикам с современниками, и реалистам с фантастами, и талантам с бездарностями. Безусловно, есть большой соблазн ко всему этому всерьез не относиться, тем более что сам автор как бы на это подбивает, снабжая свою фейковую монографию послесловием, в котором журит себя самого. Но на самом деле все это для отвода глаз, Арбитман, скорее всего, был крайне серьезен, когда сочинял свой опус в жанре все-таки не альтернативной истории, а альтернативного литературоведения (форма важна!), которое всегда находится в жесткой связке с историей. Он говорил важные вещи про недавно сгинувшую страну (напомним, на дворе был 1993-ий год), а точнее фиксировал вполне популярную тогда точку зрения на советскую историю и литературу. Историкам и культурологам, которые прямо сейчас занимаются проблематикой девяностых, стоит обратить внимание на рассматриваемую книгу. Вполне себе документ эпохи. Соответственно, можно легально добавить в список использованной литературы.
«История советской фантастики» у Арбитмана вышла очень смешной, но для того, чтобы проникнуться всеми этими хохмами и пародиями, надо, конечно, быть в курсе дела: знать историю советской литературы, быть знакомым с текстами основных ее персоналий, иметь представление о советском фэндоме и т.д. В тексте много всяких внутренних шуток, которые сложно расшифровать, но есть и очевидные. Прекрасно же, что на Первый Съезд советских писателей пригласили Герберта Уэллса. А ведущие советские реалисты писали романы про завоевание Луны. Особенно хорошо то, как автор выворачивает все их опусы так, что они становятся фантастическими с минимальным изменением в сюжете. В этом мире не могли возникнуть классические КЛФ, зато из чувства протеста народ мог бы писать традиционную реалистическую прозу. Сразу представляется этакий кружок диссидентов, рассуждающих о том, что пришла пора вернуться с небес на Землю, заняться в литературе актуальными темами повседневной жизни человека. Арбитман весьма вольно распорядился биографиями реально существующих людей. Некоторым досталось весьма и весьма, словно автор сводит с ними какие-то счеты (эх, Кира Булычева-то за что?!). А еще он придумывает самых разных писателей, дает им ироничные биографии, но не без того, чтобы это были типичные представители своей эпохи. Тут, конечно, надо держать ухо востро, а то можно случайно принять какого-нибудь реально существующего товарища за выдуманного.
Подытожив, можно сказать, что перед нами изощренная постмодернистская игра, крайне необычно оформленная. По сути, это роман, прикидывающийся монографией. Сам по себе текст полон ловушек, аллюзий, но при этом он остается занимательным. А сейчас – на некоторой временной дистанции – он еще и дает нам возможность заново подойти к оценке событий не только советской истории, но и взглянуть на девяностые, скажем так, с освежающей точки зрения. Тут бы остановится, но есть еще одна деталь, которую надо упомянуть.
Так вот, несмотря на то, что на страницах «Истории советской фантастики» нашлось место и Солженицыну, и Дудинцеву, и Аксенову и многим другим, вы не найдете здесь Ивана Ефремова и братьев Стругацких. Арбитман просто вычеркнул их из литпроцесса, ни разу не упоминул. В его альтернативной истории советской литературы этих писателей просто нет. Порой стоит задуматься не о том, что сказано прямым текстом, иногда интересно как раз то, что не сказано. Здесь именно такая история. Можно же было вволю подурачиться, перепредумывая биографии Ефремова и Стругацких. Однажды-то Арбитман уже сочинил статью-мистификацию о том, что Ефремов был английским шпионом (многие, конечно, поверили). Но нет. То ли Арбитман относился к ним с большим уважением (есть все-таки сомнения), то ли предполагал, что в таких вот условиях – научная фантастика стала идеологией – они просто не смогли бы сформироваться в качестве литераторов. В любом случае это отсутствие порождает весьма тревожную фигуру умолчания. Какой-то неприятный мир получается, если в нем не нашлось место книгам про Великое Кольцо и Мир Полдня.
7 понравилось
