Актуальные проблемы современной лингвистики. Учебное пособие

Эта замечательная сказка существует в двух равноценных вариантах. Первый - классический (с вариациями) пересказ Афанасьева, второй - представленный здесь - редакция Алексея Николаевича Толстого. А есть же еще и третий вариант, именно эта сказка послужила Леониду Филатову для его шикарной сказочной поэмы "Про Федота-стрельца". И выбор имени главного героя говорит о том, что Филатов ориентировался на афанасьевский вариант, это в его сказке стрельца кличут Федотом, а у Толстого он уже Андрей.

В целом Толстой очень бережно отнесся к тексту Афанасьева, сохранив все сцены и связки, вот только имена поменял, превратив Федота в Андрея, Шмата-разума в свата Наума, ну, и сохранив Марью-царевну, которая у Афанастева с таким именем существовала только в одном варианте из четырех.

Сказка веселая, озорная и увлекательная, на первый взгляд, сказка как сказка. Но если вдуматься, что же может стоять за этим текстом, можно прийти к довольно неожиданным выводам и открытиям. По большому счету это - экзистенциальная сказка о смысле жизни. Мы все живем в перманентном состоянии - пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что. Причем, чем дальше по шкале исторического развития общества мы забираемся, тем актуальнее становится эта сказка.

Но, начнем по порядку. В старые времена, когда складывались классические сказки, общество было несколько иным. Мы все, европейцы, в смысле, вышли из индо-арийского котла, следовательно, все вынесли оттуда кастовую общественную систему. Она не была закреплена так жестко, как в Индии, но всё равно была очень сильной. После первоначального расслоения общества, судьба каждого члена социума от рождения была определена: сын смерда становился смердом, холопа - холопом, ремесленника - ремесленником, купца - купцом, дружинника - дружинником, князя - князем. Социальных лифтов не существовало, а точнее, почти не существовало. Иногда, крайне редко, случалось, как например, с Ильей Муромцем.

Кроме Муромца истории известно еще несколько впечатляющих случаев вознесения на верх социальной пирамиды: Годунов, патриарх Никон, полудержавный властелин Меньшиков, граф Разумовский, Ломоносов, наконец, Наполеон. Но все эти примеры лишь исключения, которые подтверждают правило - пойти туда, не знаю куда и принести то, не знаю что - неимоверно тяжело, практически невозможно.

Вот об этих древних социальных лифтах и рассказывает эта сказка, о людях, которые были рождены в одном сословии, но им выпадала удача в образе Марьи-царевны, они вооружались здоровой наглостью и талантом (клубок ниток и вышитая ширинка) и пускались в авантюрные приключения, либо добывая сами не зная изначально "что", либо - голова с плеч.

"Поди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что" - это корневая программа человеческой жизни, которая не предопределена заранее. Сегодня, когда социальные лифты работают намного эффективнее, чем в древности, с таким подходом сталкивается большинство молодых людей, вступающих в жизнь. Разве выбор жизненного пути это не "пойди туда, не знаю куда", а выбор жизненной цели не - "принеси то, не знаю что". И по прежнему, как в древности, везет далеко не всем, или, цитируя Кличко, "не только лишь всем", точнее, мало кому везет.

В древности же было всего два пути преодоления непреодолимых ступеней - военный и торговый. Оба отличаются высоким уровнем авантюрности, зависимостью от удачи, и наличием определенных талантов. При везении можно было рассчитывать на кормление при князе (путь Муромца) или на солидные барыши (путь Садко). Был еще третий путь - религиозная карьера, но в белом духовенстве существовала та же кастовость, а в черном - на верх иерархии поднимались представители родовитых и богатых семей. В монастырь еще не так просто было попасть, требовалась рекомендация, недаром же было так много калик перехожих, иначе говоря, бродяг, которые рады бы были осесть в монастыре при относительно сытной жизни, да кто ж их туда возьмет.

Ну, а всем, кто оказался или окажется в трудной ситуации, когда не понятно куда идти и что нести, советую перечитать старую сказку, посмеяться, да призадуматься, может что-то и придумается...

Томас Сэмюэл Кун, тогда ещё скромный бакалавр в области физики, начав посещать лекции по истории и философии науки, внезапно обрёл свое признание — и стал одним из величайших философов ХХ века. Собственно, он столкнулся с проблемой, абсолютно неизбежной для всей истории науки — проблемой неупорядоченности макро- и микроуровней научного знания. Вот есть научный процесс как некое глобальное движение. Есть фрагментарные открытия, которые совершаются в той или иной науке — но между ними, до Куна, не было проложено мостика. И мостик этот Кун создал, назвав его «парадигмой». Рецензировать это произведение невозможно без его пересказа, а именно им заниматься не особо хочется. Скажу коротко — это одно из самых значимых произведений в области философии науки ХХ века. Кун работает с актуальной ему проблематикой и, самое главное, подходит к ней не с общефилософский, а с конкретных позиций естественных наук — прежде всего тех, в которых он понимает, т.е. физических. Неслучайно и Ньютон, и Максвелл с его электромагнетизмом уверенно поселяются на страницах его даже не сказать чтоб книги, а скорее большой статьи. «Парадигматический» подход в науке действительно оказался тем самым элементом, благодаря которому здание науки стало выглядеть если и не совсем уж крепким, но в котором по крайней мере начали угадываться основные контуры. И да, сама концепция, что знание есть лишь элемент чего-то большего, некоей парадигмы — действительно прорыв для того времени. Из минусов — книга достаточно суха, если не сказать нудна. Всю концепцию автора можно было уместить страниц на 20, т.е. просто написать статью. Но автор решил раздуть объём, и получилась книга. В результате даже большим поклонникам Куна будет тяжеловато дочитать её до конца — слишком большое количество самоповторов, и примеров, которые играют на концепцию автора. А так книга обязательна для прочтения всем молодым учёным. И не очень молодым — если раньше её не прочитали.

В XIII веке Альфонс Х мог заявить, что если бы бог посоветовался с ним, когда создавал мир, то он получил бы неплохой совет.

Такая совершенно замечательная книга, но как же о ней рассказать?

Ну что ж, попробую.

Верите ли вы в прогресс? Верите ли вы в постоянное поступательное накопление знания, от меньшего к большему, от худшего к лучшему, от менее правильного к более правильному и все время вперед к победе?

Я вообще-то верила, но уже давно некоторые сомнения в эту веру закрадывались.

И вот пришел Томас Кун (довольно давно пришел, в году еще 1962), и объяснил все про парадигмы, скачки, научные революции.

Восхитительно объяснил, умно, четко, потрясающе интересно, и так захватывающе, что оторваться невозможно. Невозможно также не согласиться, настолько теории Куна - историка и теоретика науки, убедительны и разумны.

Он и сам произвел некоторую революцию в области философии науки, а также сильно повлиял на теоретиков постмодернизма. Да да, связи между физикой, астрономией, историей и литературой меня всегда восхищали, и получив очередное напоминание об этой замечательной книге в "Справочнике по постмодернизму", я уже никак не могла откладывать и дальше давно намеченное прочтение.

Принимаемая в качестве парадигмы теория должна казаться лучшей, чем конкурирующие с ней другие теории, но она вовсе не обязана (и фактически этого никогда не бывает) объяснять все факты, которые могут встретиться па её пути.