Распутин. В двух книгах. Книга 2

По эпичности и масштабности (как вширь, так и вглубь) этот роман безусловно и совершенно заслуженно стоит рядом с толстовской "Война и мир". Причём, как оказалось, это сравнение пришло в голову не только мне, но и гораздо более знаменитым и именитым, более сведующим в писательском-литературном деле людям (в конце книги сразу после основного её текста помещены отзывы нескольких вполне авторитетных персон). Однако это сравнивание начинается и проистекает не после прочтения романа, а уже где-то примерно к четверти её нехилого объема. И сравнение это происходит не только по каким-то внешним признакам, но ещё и потому, что сам Наживин в тексте своего романа не единожды упоминает и "Войну и мир", и её автора Льва Николаевича Толстого, и вообще "толстовство" как духовно-религиозное и нравственно-этическое учение, упоминает и часто и много.

Однако, на самом деле, раз уж мы пошли по линии сравнивания "Распутина" с другими глобальными и масштабными книгами, то тут же приходят в голову шолоховский "Тихий Дон" и толстовская "Хождение по мукам" (понятно, что это уже авторства другого графа Толстого). С этими двумя эпическими произведениями из советской литературы наживинского "Распутина" роднит и общий исторический период, в котором разворачиваются действия всех трёх сравниваемых романов (причём порой ловишь себя на недоумении, почему герои романов так ни разу друг с другом не пересеклись), и правдиво-реалистичное изображение революционно-бунтарских событий как предреволюционного периода, так и последовавших затем двух русских революций и Гражданской войны. Именно вот эта безжалостная реалистичность повествований упомянутых романов взаимно дополняет друг друга и изображает нам смутные события во всей красе их хаоса, беспорядочности, циничности и растерянности, бессмысленной взаимной жестокости и смертельной взаимной вражды.

На самом деле сюда же буквально напрашивается Пастернак со своим "Доктором Живаго", но вот как по мне, так наживинский роман все-таки стоит выше в литературной иерархии (точка зрения личная и потому обсуждения не заслуживает).

Наживин, будучи представителем эмигрировавшего слоя русской российской интеллигенции, в своих симпатиях стоит куда ближе к своему прослоечному классу и к учению графа Толстого и в этом смысле стоит на совершенно других позициях, нежели и Шолохов и Алексей Толстой (зато, наверное, ближе к Пастернаку). При этом всю беспомощность и безыдейность русской интеллигенции Наживин показывает совершенно определённо и без всякой лакировки.

Роман имеет название "Распутин" и фигура этой одиозно-неоднозначной личности занимает определённое место в тексте романа. Однако на самом деле Наживин за образом Распутина постепенно выводит образ и целое явление "распутинщины", которая, по сути дела, властвует и умами и душами россиян в этот жуткий период российской истории.

Вдаваться здесь в суть того, что и о чем нам рассказал Наживин, совсем не имеет смысла. Лучше всего это сделать самостоятельно, прочитав этот 1400-страничный роман. И не нужно бояться такого непустяшного объема - читается книга легко. Правда и трудно одновременно - трудно из-за горьких и порой жутко-страшных страниц, которые в ней есть.

На самом деле, этот роман совсем не о Распутине написан, и на мой взгляд, название - не самое в нем удачное. Но поскольку автор счел, что самые лучшие уже использованы - решил озаглавить своё эпическое полотно о начале ХХ века в России фамилией самой одиозной фигуры тогдашней столичной жизни. Одно время я жила неподалеку от дома Распутина, и временами размышляла о том, как мог этот полуграмотный мужик получить в свои руки такую немыслимую власть, такое фантастическое влияние на огромную страну. Похожие мысли, по всей видимости, натолкнули Ивана Федоровича Наживина на мысль описать не столько жизнь самого Григория Ефимовича, сколько создать портрет того времени, в котором такой Распутин стал возможен. И вот на страницах романа возникает провинциальный город Окшинск с его разнообразными жителями и неким Евгением Ивановичем, в котором можно угадать если не самого автора, то по крайней мере тот образ, в котором автор желал бы предстать перед своими читателями. Героев много, они очень разные, и здесь есть совсем простые люди, и вполне изысканные, и сектанты, и революционеры, и исторические личности, и абсолютно выдуманные персонажи. Все они - просто цветные пятнышки на огромном ковре, мелкие стеклышки в витраже, позволяющие увидеть общую картину происходящего... В трех частях последовательно описывается сначала предвоенная жизнь, включая тот самый 1913 год - с которым в советские времена любили сравнивать всё и вся, от объемов промышленного производства до стоимости коровы. Толстовцы, разнообразные прожектеры, патриоты и черносотенцы, революционеры, политики - под пером Наживина рождаются самые разные, и все не слишком симпатичные, представители российского общества. Отдельно хочется отметить, как автор описывает голубоглазого царя - безразличного ко всему человека, который выполняет свои обязанности, поскольку он должен их выполнять, и явно тяготится ими. На самом деле, даже удивительно, насколько исторические сведения автора совпадают со множеством других источников. Он не романтизирует предвоенное время, как это стало принято в последние годы, он честно и грустно описывает тот бардак, который тогда во всех слоях населения и всех сферах творился. Вторая часть рассказывает о войне, во всей её глупости и неприглядности. О традиционном "ура-патриотизме" и шапкозакидательстве первого времени, о постепенном осознании ужасных последствий того, во что страна ввязалась, о тяжелых военных буднях, о том, что в те дни происходило в тылу, об убийстве Распутина и неумолимом приближении катастрофы. В третьей части на читателя обрушивается революция, а потом и гражданская война, с неизбежной для наживинского героя эмиграцией, и даже, немного, эмигрантская жизнь, уже знакомая нам по другим романам и пьесам, но для самого эмигранта личная, индивидуальная. Этот роман сравнивают с лучшими, описывающими то же самое время - с "Хождением по мукам" и с "Тихим Доном". Не уверена, что это сравнение вполне корректно. И не потому, что Наживин писал хуже Толстого или Шолохова. Нет, просто в его романе нет главного, ведущего историю героя, за судьбой которого следит и о котором тревожится читатель. В общем-то он есть, и даже любовная его история весьма впечатляет, но слишком мало места он занимает в мыслях автора, слишком теряются его переживания на фоне множества людей и событий, описать которые автор считал важным. Есть такой стиль написания,и мне он очень понравился у Хосе Камило Селы в романе "Улей", но там внимание к персонажам было совсем пунктирным, и это позволило испанскому автору буквально заворожить меня этой "быстрой сменой кадров". Наживин другой. И не всегда с его решением о возвращении персонажей в ткань повествования я была внутренне согласна. Но все-таки общую картину автору удалось создать мощно. Правда, безнадежную. Грустную. Такую правдивую и пессимистичную, что в печальные времена размышлений о судьбах родины читать этот кирпичик я никому не посоветую. Загонит в еще большую депрессию. С другой стороны, именно в этом романе можно встретить реальную Первую Мировую и революции, без романтизации и одухотворенности. А это очень полезно для отрезвления любителей революционного разрешения проблем.

Сегодня день рождения Ленина. И самое время написать рецензию на эту книгу. В моей библиотеке есть трехтомная антология "Литература русского зарубежья 1921 - 1925( 1930) годов", и время от времени, под настроение, я читаю очередной рассказ или повесть из этой книги. Повесть эта оказалось небольшой, но когда я начал читать отзывы, оказалось, что на самом деле это довольно увесистая книга. Или авторы антологии дали ее в сильно сжатом виде, либо же там показан только  период между двумя русскими революциями 1917 года. С одной стороны я был несколько разочарован, а с другой стороны -нет, я не хочу читать ее всю, погружаясь в этот перманентный кошмар жестокости, беспредела, ужаса и безысходности. И в который раз задаюсь вопросом: как могла Россия оказаться в такой патовой ситуации, какой злой рок привел ее к этому. Ситуация развала эпохи Керенского действительно выглядела безвыходной. Пока... Да, пока не пришел Ленин. Сегодняшняя статья на одном из сайтах, посвященной ему называется : "Он оседлал русский бунт". Увы это так, оседлал, взнуздал пришпорил кровавыми шпорами и погнал  галопом красного коня купаться в озерах и реках  крови..  Но если бы... Много можно придумать разных "если бы", но ведь история не имеет сослагательного наклонения.. Вот и все