юг без любимой все равно что север…

Все как на подбор мнят себя гениями, а сами бездарь на бездаре и бездарем погоняют.

Женщины всегда опаздывают, их вовремя никто и не ждёт.

— Спать с Колобком?! — ужаснулся Роман Андреевич. — Нет, конечно.

— Ты алкоголик, — обрадовалась я.
— Нет, — испугался Роман Андреевич. — Я малопьющий. Ведро выпью, а мне все мало…

— Я тебя замуж зову, а ты, вместо того чтобы сказать: «Я счастлива, милый», на меня наезжаешь. У тебя проблемы с воспитанием, классику надо читать, вот в книжках женщины ведут себя прилично, и вообще…

Может, я в самом деле ослепительная красавица? Мне об этом Денис говорил и Женька, и Роман Андреевич, по его собственному утверждению, как меня увидел, так и остолбенел. Конечно, мысль сама по себе приятная, но справедливости ради следует вспомнить, что Роман Андреевич был сильно навеселе, Денис женится на другой, а Женька просто дура, вкус у нее чудовищный и доверять ей я бы поостереглась.

- Хочешь, я ему морду набью? - сразу же предложил Роман Андреевич, у которого, как видно, был единственный способ решения всех проблем.

Само собой, в это время я была на работе, так как нормальные люди по средам работают, а вот Женька нет, но ее мало кто считал нормальной.

Женщины всегда опаздывают, их вовремя никто и не ждёт.

—На пороге стояли трое громил в пятнистой форме. Первой моей мыслью было: «Убьют», второй: «Арестуют», третьей — «Они что, придурки?» На ней я и остановилась

— Знаю я эти ужины при свечах! — неожиданно рявкнул Роман Андреевич, да так, что Женька сначала в испуге перекрестилась, а потом удовлетворенно произнесла:
— Быть тебе, Рома, генералом.

— Ладно, мы тебе другое занятие подыщем. Анфиса, Толику позвони сегодня же, поласковее с ним, и все такое… надо брать быка за рога.
— Поласковее, — передразнил Роман Андреевич. — Я вашего Толика без рогов оставлю, а также без ног. В общем, нужные сведения у него я могу получить и без Анфисы.

— Давай переедем ко мне, — обрадовался он, а я с широкой улыбкой поинтересовалась:
— С Женькой?
— Ты ведь не удочерила ее? — запаниковал Роман Андреевич.

— На ней не женюсь. Во-первых, она не в моем вкусе, во-вторых, я однолюб, а в-третьих, принципиальный противник многоженства, так ведь никакого наследства не хватит.

— Я тебе уже два раза за десять минут в любви признался, а ты хоть бы для приличия что-нибудь ответила: ну, там, ты мне нравишься, или улыбнулась на худой конец. Лично я тебя как в троллейбусе увидел, так сразу и понял: все, приехали, это она.

— Ну и что? Говорю, у тебя пробелы в воспитании, вот хоть недоверие это… Ромео увидел Джульетту — и все, оба разом умерли, а тебе трех суток мало. Просто удивляешь меня.

— Да… то есть это действительно мой друг. Он приехал из командировки, а в его квартире ремонт, ему негде жить. И мы вообще сейчас живем все вместе, то есть втроем, то есть с подругой и этим другом, потому что у нее тоже проблемы с квартирой.

«Ну и что, что он похож гоблина, зато с тремя хулиганами разделался в пять секунд и оружие у него есть… С Ромашкой не пропадем».

— Анфиса, — перешла Женька на ласковый шепот, — давай его оставим?
— Где?
— В квартире, конечно. Он хозяйственный, пельмени ляпает, и здоровущий — страсть. С таким не страшно. Опять же почти подполковник и в этом деле чист.
— Он же не собака, — растерялась я. — Что значит «оставить»?