Харуки Мураками — это мой guilty pleasure, хотя и не то чтобы настоящий, потому что я не чувствую всерьёз вину, когда читаю его и получаю удовольствие. Он хороший и качественный беллетрист, конечно же, на любителя, поэтому я искренне удивляюсь, когда его пихают куда-то в список претендентов на Нобелевскую премию или пытаются найти глубокий смысл в этом расслабляющем чтиве. Незачем. У Мураками всё плавает на поверхности, так что не надо глубоко нырять и задерживать дыхание, можно спокойно расслабиться и получать удовольствие. В том случае, если ты вообще можешь получать удовольствие от чьего-то чужого гундения и нытья на одной ноте.
Мне Мураками напоминает такого специфического попутчика где-то в поезде, который смотрит, как ты разворачиваешь курочку из фольги и расколупываешь варёное яичко (ну ладно, ладно, я так не делаю, но пофантазировать-то можно), а сам вдруг начинает гнать ядрёную телегу за свою жизнь, про каких-то баб, про какие-то случаи, про котов, про колодцы, про жратву, про чтоявидел. Чтобы поинтереснее казаться — прибрёхивает ещё немножечко, ну а чо, попутчик же, спроса нет, можно что угодно придумать. И вот ты лежишь на полке, в зубах куриная ножка, колёса поезда стучат (додескаден-додескаден, ага), равномерное покачивание, за окном зациклились одни и те же кусты на фоне сетчатого забора, а он бубнит и бубнит. И нет ничего в его рассказе такого отталкивающего, чтобы его заткнуть, да и времяпрепровождение в поезде это не хуже прочих, живая аудиокнига с запахом пожухлых носков.
"Страна Чудес без тормозов и Конец Света" отличаются от обычных муракамных телег тем, что это, по-хорошему, две истории. Одна фэнтезийно-красивая, с лёгкой холодцой и пафосом. Другая — как раз вот эта плацкартная. В конце они, конечно, шатко и валко связаны, но всё-таки настолько разнородны, что связь кажется уж слишком надуманной. Зато сразу понятно, что автор писал от души. Замысел романа, единая структура, продуманные главы и персонажи — к чёрту это. Буду писать одну историю, буду писать другую, а там авось и выйдет из них что-нибудь, рано или поздно общее найдётся. Тем более, что все его истории всё равно о нём самом, в той или иной вероятности.
Может быть, за эту честность "Страна..." у меня давно уже лежит в ностальгически любимых книжках, которые я перечитываю с периода подростковой восторженности по петуховпопуклевательному графику раз в несколько лет. А может, я просто люблю примерять на себя ощущение того незамутнённого восторга перед экспериментальной литературой без границ, которое было когда-то и слегка некротически воскрешается теперь при перечтении. Так-то это книжка хороша для условно семнадцатилетних и вечных романтиков с тоской во взоре яотжизнисмертельноустал (кстати, это может быть один и тот же человек, ха!).
139 понравилось
