Стража! Стража!

– Можем ли мы как-то помочь бедняге? – подала голос госпожа Овнец.
Шноббс браво отдал честь:
– Если хотите, госпожа, я могу врезать ему по яйцам, мигом в чувство придет.

– Есть что-то, что в этих обстоятельствах повелевает нам долг? – спросил Моркоу.
– Есть, – решительно ответил Шноббс. – Долг повелевает нам побыстрее убраться.

Юный дождик поблескивал на фоне панорамы башен и крыш, в своей свежести понятия не имеющий о том переполненном, кишащем злобными живыми существами мире, куда он ронял свои капли. Дождь поудачливее моросил на горные луга с овечками, мягко перешептывался над лесами или топотал, подобно букашкам, по поверхности моря. Однако дождю, выпадающему на Анк-Морпорк, грозили серьезные неприятности. С водой в Анк-Морпорке творили жуткие вещи. Во-первых, ее пили – но это меньшее из зол.

– Слушай, здесь так каждую ночь, – предупредил Шноббс. – Не вмешивайся, вот что говорит сержант. Это их этнические обычаи или что-то в этом роде. А в этнические разборки лучше не встревать.
– Но… но… – запинаясь, возразил Моркоу, – это ведь мой народ. Стыд и позор так себя вести. Что же люди-то подумают?
– Люди уже думают о них как о мелких злобных педиках, – оборвал Шноббс. – А теперь пошли отсюда!

– Понимаешь, он хороший парень, – начал король. – Здравый ум, и характер спокойный, надежный. Не сказать, чтобы звезды с неба хватал, но укажи ему, что сделать, так он не успокоится, пока не сделает. Послушный.
– Ну, можно укоротить ему ноги, – посоветовал Лосняга.
– Проблема не в ногах, – мрачно ответил король.
– А! Да. Ну что ж, в таком случае можно укоротить…
– Нет.

Так что на самом деле шанс может сработать, только если вероятность его срабатывания ровно один к миллиону

Едят все, кроме металла и вулканических пород. Когда твоя эволюция протекает в болоте, не очень-то и повыпендриваешься.

Большие драконы – большая загадка

Мы проигрываем, не успев даже начать. Враг может не беспокоиться, сражений не будет. Дайте жителю Анк-Морпорка дубинку, и кончится тем, что он забьет себя до смерти.

- Глядя на вас, я бы сказал, кто-кто, а вы горой должны стоять за монархию.

• Но некоторые были ужасными самодурами, - беззаботно пожала плечами она. - Жён пруд пруди, рубят головы почем зря, затевают бессмысленные войны, едят с ножа, швыряют через плечо недоеденные куриные ноги и все такое прочее. Это не мой тип мужчин.

Их вид мог бы навести вас на мысль о банке с сардинами, впрочем если вы могли вообразить сардин громадными и чешуйчатыми, гордыми и надменными.

В конечном итоге мы объявили войну миру. И что хуже всего, мы, наверное, победим.

– Наверное, теперь капитаном назначат тебя, – сказал Моркоу.
Колон поднял голову:
– Меня? Я не хочу быть капитаном. Зачем мне эта головная боль? Не стоит оно того, день и ночь думать, и все за какие-то лишние девять долларов в месяц.

– Они не безмозглые. Просто думают не так, как мы.

Аркканцлер был стар, но жизнь, проведенная в условиях жесткой конкурентной борьбы с товарищами по профессии, в атмосфере древнего интриганства Незримого Университета, выработала в нем способность мгновенно находить кучу доводов в свою защиту.

При всей испорченности Шноббса его поведение служило показателем того, что происходит сейчас в уме среднего гражданина.

Устроить беготню всегда успеешь. Вопрос в том, куда бежать…

– Он ведь произошел от Трикуса Чешуйблеска, что у Бренды Родли. Ты с Брендой знаком?
– Э-э, нет, – покачал головой Ваймс.
Госпожа Овнец принадлежала к разряду людей, предполагающих, что ее знакомых знают все.