Синий город на Садовой. Тридцать три - нос утри… Дело о ртутной бомбе

Повесть носит на себе отчётливый отпечаток того времени, в которое она написана — конец 90-х. И читать её по прошествии двух десятков лет уже слегка… занятно. Однако если отбросить все эти незримо присутствующие в повести чеченские войны и бандитские разборки и наезды, то всё остальное вполне крапивинское. Начинающаяся дружба двух мальчишек и девчонки, общее дело и взаимопомощь, принципиальность и честность, доверие друг другу. Но и тут же чёрствые равнодушные учителя и даже некоторые попросту подлые. И описываемый мир вокруг — мир начинающегося чистогана, прибыли и прочего купи-продая. И нужно или противостоять этому миру, или осваиваться в нём. Что выберут наши друзья?..

«Тридцать три – нос утри» - это вовсе не дворовая дразнилка, это просто название бочонка «33» в лото. Так же как «22» - лебеди, «11» - барабанные палочки», а «88» - кило баранок )))

Но это вовсе не книга про лото, и сам бочонок тут почти не при чем. Это рассказ о послевоенном детстве мальчишек, тем, ком у в 1947 было 10-11 лет. Пожалуй, слишком идеализированный рассказ. Добрый мудрый дедушка, поглядывая на «не таких» детей 90-х – 2000-х рассказывает им о своей жизни и на глазах современные дети преображаются, становятся добрыми, умными, чуткими, такими, какими были ровесники деда. Очень трогательная история, кроме шуток, очень чувствительная. Начиная с героической смерти лучшего друга дедушки в далеком 1947. Мальчик не просто утонул, он утонул, спасая малыша. Скажите, а для той дружбы, о которой пишет автор, это имеет принципиальное значение? Смерть лучшего друга сама по себе не причина для печали? Я совершенно не иронизирую, я не понимаю, для чего накручена эта чувствительность… Подруга дедушки, маленькая худенькая девочка с искалеченной ногой, она плохо ходит, волочит ножку, жутко стесняется и смущается. А в душе она , конечно, прекрасна и добра. Мальчик вступается за нее, становится рыцарем и все дети уважительно притихают. А что, просто девочка, без увечий, просто стеснительная девочка – она не заслуживает рыцарского отношения? И вот так весь роман. Нашего героя окружают или люди с недостатками, вот еще цирковой лилипут, жутко переживающий свою болезнь, и герой бросается им на помощь, или люди бездушные и злобные, которых он побеждает. Он и сам с собой борется, вот например, ему необходимо выполнить хороший и плохой поступки. Плохой – это взять у отца категорически запрещенный ТТ и поцелиться в разные стороны ( ужасно, да? Но наш мальчик такой хороший, что ничего хуже ему в голову не приходит, фактически он сам себя обманывает, но в упор этого не хочет признавать), хороший – это чистосердечно рассказать ему обо всем, заливаясь соплями и икая от горя. Ясно, что мудрый отец обо всем расспросит хорошенько и понимающе простит, и поймет, что плохой поступок на самом деле прекрасен, ибо совершен с благими намерениями…

Знаете, это невозможно. Сладкая сиропная трогательная история, Лидия Чарская, где вы?

Я очень люблю Владислава Петровича, без него и Кира Булычёва моё детство было бы не таким светлым. Но я люблю "старое" творчество автора, написанное до перестройки, с "новым" я очень аккуратно знакомлюсь уже после 40. И наверное лично для меня это правильно, Крапивинские мальчишки вложили в меня очень много доброго, светлого и чистого, но жили они в добром обществе... Да, порой случались несправедливости и герои восстанавливали справедливость. Но сам окружающий мир был добрее и понятнее. И вот здесь автор переосмысливая состояние общества того времени, всю ту пену, грязь и шелуху, которые поднялись внезапно и мир стал совсем не добрым. Но мальчишки, его любимые мальчишки остались и они теперь живут в этом мире и как им остаться в нём добрыми, честными, справедивыми, ценящими дружбу и взаимоуважение? И вот наш герой - Федька Строев знакомится с ребятами и из них получается прекрасная дружная кинокомпания Табурет. И ребятам, которые не похожи на героев того товарно-рыночного общества приходится сталкиваться с несправедливостью того мира. И доказывать самим себе что можно жить и не по-скотски даже в это время. Тут и столкновение с милицией, которая по идее должна защищать слабых и обиженных, а на деле прав тот у кого больше прав. И вопросы веры, и убитый дембелями зять Федьки, и Нилка, которого родители хотят увезти в Америку, да много тут всего. Но остаётся вера в чудо и вот уже Павлика Южакова берут под опеку родители Нилки, а вот отвратительное поведение жены начальника милиции, снятое ребятами на кинопленку, показывают по телевизору. А вот город, который жил только в воображении Феди расширяется и разрастается, принимая в себя тех, кого любят и ценят ребята. Ну и Гуга - герой того времени, который видит свою выгоду во всём и может отстоять её кулаками, совершенно внезапно встаёт на Федину сторону и ничего не просит взамен, значит с ним ещё не всё потеряно...

Ох, сколько же в этой истории жестокости, несправедливости, малодушия и тупости. Не глупости по незнанию, по недомыслию, а тупости, намеренного причинения боли, обиды, вымещения злости. И против этого - ребята. Светлые, верные, искренние. Они обыкновенные, со своими переживаниями, неудачами и успехами. Им иногда изменяет храбрость, присутствие духа, из головы не уходят мысли о неизбежности плохого, а из души - страх. Но все это меркнет перед другим страхом - за близких, за друзей.

Случайная встреча оказалась судьбоносной для Феди и Оли. "ДТП" с участием велосипеда окончилось аварией и знакомством, переросшим сначала в увлекательное времяпрепровождение, а затем в дружбу. Маленький киноаппарат подарил ребятам сказку, созданную их же руками. Сказку о Синем городе.
Это была идея двоих, ставшая затем делом четверых - Феди, Оли, Бориса и Нилки - студии "Табурет".

Съемки принесли им много встреч: прекрасных и интересных - с отцом Евгением, старенькой учительницей Анной Ивановной, Славой, Дымитрием, но вместе с тем и жутких - с жестокой воспитательницей интерната, с "продажным" лейтенантом милиции, с малодушными учителями. Во многих открылись черты, которые в привычной суете оставались скрытыми от глаз - в "своем в доску" учителе физики - трусость, подлость и высокомерие, в отпетом хулигане Гуге - готовность прийти на выручку, способность отстаивать попранную справедливость.

"Жгли предательством те, кому верили" - самая больная и кровоточащая рана в душах ребят.
Тонко, душевно, по-крапивински!

Ну да, я тот самый питекантроп, который несмотря на то, что с младых ногтей читал все, что плохо лежит, НЕ вырос на книгах Крапивина. Вот ни одна не попалась, честное слово. Но с хорошими книгами, как и с хорошими людьми, никогда не поздно познакомиться поближе.

«Синий город на Садовой» - книга о подростках и для подростков. И для взрослых, которые забыли о тех благословенных временах, когда энергия била через край, мир не имел оттенков и полутонов, добро и зло не пряталось под масками друг друга и отчаянно верилось в то, что у тебя достанет сил перекроить этот мир под себя, наказать всех обидчиков и защитить всех обиженных. А еще она об очень важных вещах: о дружбе и взрослении, об ответственности за свои поступки и об ответственности за других людей. А еще она о городе Устальске, одним из многих таких же провинциальных местечек, где обезличенные многоэтажки и неопрятные барахолки соседствуют с уютными старинными улочками и светлыми, устремленными ввысь храмами. Именно о нем, своем родном городе снимают фильм Оля, Федька, Борис и Нил. И перед объективом раритетной кинокамеры «Экран» Устальск неожиданно являет самые разные свои ипостаси.

Книга Крапивина несет на себе отчетливые приметы времени. То, что мир несправедлив, знает даже маленький Степка, который растет без отца. Это мир, в котором жизненно важно держаться подальше от мест обитания дворовой шпаны, в котором защита несправедливо обиженного может быть чревата смертельным исходом. И все же добро и зло в книге имеют очень явственные границы. Если человек хорош, то он хорош во всех своих проявлениях. Если он плох и попал в категорию «дембилей», то будьте уверены, он там и останется. И эта категоричность слегка подпортила мне впечатление от книги.

А вот за что однозначный плюс – так это за страницы о религии. Возможно, кому-то покажется, что Крапивин очень вольно обошелся с православием и его догмами. На религию мы смотрим Федькиными глазами и взгляд этот очень субъективен. И неожиданно – очень созвучен с моим.

…Мне кажется, что лучше всего книгу Крапивина воспримут те читатели, в которых жив юношеский максимализм, которые верят в черно-белый мир. Но вот меня, взрослую, умудренную опытом зануду, мажорный финал только смутил и заставил задуматься. А ведь главные герои всех победили, защитили и освободили, фильм показали по центральному телевидению без цензуры и со всеми острыми моментами. Но ощущения победы над злом нет. Оно определенно не повержено, а только слегка задето и еще даст о себе знать нашим юным романтикам. Не в книге. В жизни.

Есть на Садовой Синий город.
Там люди радостно живут,
Друг с другом никогда не спорят,
Всегда поддержат и поймут.
Там солнечно всегда и ясно,
Тепло, спокойно и светло,
И настроение прекрасно,
Покуда Детство не прошло…
Вдруг как-то сделалось тревожно
И на спине следы от ран…
Покинуть битву невозможно –
Вперед, мой верный Росинант!
Здесь нужно до конца сражаться
И на плечах свой Крест нести,
Чтоб Человеком оставаться
На длинном жизненном пути…
Придет взросление не сразу-
Судьбу свою не угадать…
Вот так же и осколки вазы
Уже не склеить, не собрать…
Но Дружба остается вечно,
Она прочна, как табурет!
В далеком будущем, конечно,
Ее не будет меркнуть свет…
На узкой старой кинопленке
Тот город Детства оживет,
Опять раздастся хохот звонкий
И Нил отправится в полет!
Стремительно пусть время мчится,
Вернуться в Детство каждый рад,
И хоть однажды возвратится
В тот славный город Синеград!

Несколько дней назад я перечитывала "Журавленка и молнии" (у меня вообще долгий личный флэшмоб по перечитыванию всего Крапивина, а поскольку я все эти книги хорошо знаю, в рецензиях вечно ударяюсь в анализ текста и переклички). Между "Журавленком" и "Синим городом" пролегли восьмидесятые с перестройкой и гласностью. Разумеется, это заметно. В эти годы Командор написал много фантастики и не очень много реалистических книг о современности (закончил цикл "Мушкетер и фея" и написал "Острова и капитаны", где лишь последний том был о современности). "Синий город на Садовой" - начало "позднего Крапивина". В 90е он напишет реалистичных книг еще буквально 2-3. Остальное - фантастика, сказки или книги, где основное действие происходит в послевоенное время. Впрочем, и в этих книгах будет проступать современная реальность, и автор будет ее нещадно критиковать. В нулевые и десятые будет еще несколько книг о современности, но герои будут всё дальше от реальных подростков, диалоги станут несколько неловкими, а мальчишки и девчонки будут выразителями идей пожилого автора, отказываться от "новомодных" боевиков, видеоигр и "Гарри Поттера" в пользу... ну, чего-нибудь, что автор считал правильным. И это не плохо, это вот такая особенность творчества, о которой надо знать. Я читала всё это в детстве и чувствовала, просто выразить не могла.

И начинается весь этот путь сражения с реальностью - в "Синем городе". Несмотря на то, что в ранних книгах писателя было много советского антуража, пионерии и всякого такого, все равно это были книги об одиночках или о маленьких коллективах, состоящих из "не таких, как все". Официоза там не было, и он всегда неявно высмеивался. К концу перестройки этот слой окончательно слетел с творчества Крапивина и ничего хорошего про советскую власть он уже сказать не мог. Вообще неожиданно для меня в этой книге оказался мощный христианский посыл, я не запомнила его настолько сильным. Мальчик Федя после того, как мужа его сестры до смерти забили в армии, испытывает неприятие любой толпы, и ту же картину он видит в каком-то фильме на библейскую тему. Он видит в Христе такого же несчастного парня и проникается к нему сочувствием. Это и рождает в нем религиозные чувства, и писатель несколько страниц через него транслирует свои мысли на этот счет. Сейчас все эти диалоги насчет крещения и прочего выглядели бы госзаказом и в другой книге были бы вымучены, но в то время, мне кажется, это было остроактуально и свежо. Тем более, что, как мы узнали далеко не сразу, отец Крапивина был священником.

Много примет времени попало в эту повесть. Есть упоминание о маньяках, бандитах, рэкетирах, войне в Афганистане, милицейском произволе, талонах на продукты, рыночной экономике. И во всем этом мире - группа "не таких как все". Этих ребят еще нельзя назвать "несовременными" - они слушают популярные тогда рок-группы, читают Толкиена и учатся делать анимацию на компьютере (то, как плохо Командор разбирался в компьютерах и позднее в мобильных телефонах, регулярно вылезало в тексте книг, и мне было забавно это читать. А ведь в его фантастических книгах есть прекрасные мыслящие компьютеры и сеть всемирного информатория, описанная задолго до появления интернета). Но они уже отличаются от других, пытаются найти прекрасное в обыденном, а жизнь заставляет их сражаться и бороться. И если в ранних книгах еще существовала какая-то управа на беспредел, типа милиции или райкома комсомола, то тут уже дело куда сложнее.

Сейчас мне показалось, что чем дальше к концу книги, тем больше драматических бед падает на головы героям, и уже под конец как-то с перебором. Все это не мешает мне чувствовать нежность к этой книге, я читала ее в детстве, и мне была интересна сама сказка, которую они создают, микроволшебство, которое все же существует в этом мире, дружеские отношения между ребятами (романтические автор всегда скорее высмеивал, но об этом я вроде уже писала).

Знаете, когда едете на поезде, у Вас заканчивается книга и грядет уныние, мозг начинает работать усилено. И вспоминает, что на плеере очень много книг электронных. Плеер переводится в максимально экономный режим - и...
Очередной Крапивин - тот же дух, те же имена на "-нька", но ощущение, что ты живешь там от этого вовсе не ослабевает. История о суеверном детстве, игрищах, о которых ты бы и не вспомнил от такого ненавязчивого напоминания, чуть утрированные иерархические детские отношения и чуть взрослый взгляд на них. Но чудо.

В прошлом году Командор умер. А до этого он был ЛУЧШИМ из живущих писателей! Кто теперь остался? Не знаю…
«Синий город…», имеющий подзаголовок «повесть 1991 года», очевидно, первая крапивинская вещица, посвящённая «новой» России. Увы, детям теперь пришлось столкнуться с такими проблемами, о которых раньше не слышали даже взрослые.
Крапивинские мальчишки и девчонки иногда, кажется, попадали во вражеский стан. Но если раньше их главными врагами были хулиганы и советский бюрократизм, то теперь лицо врага стало гораздо более небритым, немытым, ущербным и куда менее человекообразным. Да и преступления этого врага стали более мерзкими.
Но ребята живут! Создают свой Синий город. И находятся взрослые, которые помогают им в этом. И прекрасного в жизни ничуть не меньше, чем в начале 1980-х!

Еще одна малоизвестная повесть Крапивина. И надо сказать, что я могу понять эту непопулярность. Она довольно вторичная, стоит признать. Хотя начинается все довольно интересно — главный герой этой книги — старик. У него уже у самого есть внучка, которая находится в возрасте обычного героя Крапивина. И позднее появляется друг, того же возраста. Казалось бы — история будет о взаимоотношениях очень старшего и младшего поколений. Но нет, ничего подобного не будет. Все события, происходящие в «условно настоящем» займут от силы пару глав этой книги. Все дело будет происходить в прошлом.

Да, здесь Крапивин применяет один из своих любимых приемов — рассказ в рассказе. Главный герой книги будет рассказывать своим «младшим товарищам» о своем детстве. Которое происходит, вот уж сюрприз, так сюрприз, в послевоенное время в провинциальном городке. Да, любимое время и место автора. Это очередные выдуманные мемуары и воспоминания автора о детстве, которые он спрятал под личиной художественного произведения. Нас опять ждут улицы, заросшие травой с деревянными тротуарами, дома, в которых жило несколько семей, колодцы, водокачки, рынки и прочие интересные места.

А при чем здесь тридцать три? Это не чей-то возраст, как я думал в начале чтения, а просто номер бочонка из лото, который сыграет свою роль в повествование. И эта история, надо признаться, тоже очень и очень трогательная, особенно в конце книги. Вообще, если быть честным, в этой истории, схема «рассказ в рассказе» применяется наиболее органично, что ли? Есть такое ощущение именно того, что умудренным опытом дедушка рассказывает историю своего детства желающим её послушать людям. История, кстати, получается довольно необычной. В ней найдется место и дружбе (куда без нее в книге Крапивина?), простым подвигам, вроде защиты девочки и даже детской вере в чудеса и магию. Рассказчик здесь просто необходим, как мне кажется. Он акцентирует свое внимание на каких-то деталях, зная, что позднее они сыграют свою роль, он не упоминает что-то не важное для повествования. Делится своими чувствами и ощущениями от своего детства и того времени.

В общем, книга мне понравилась. Да, она похожа на множество других книг, которые я бы отнес в своей классификации к «мемуарным». Но есть в ней изюминка, которую можно почувствовать при прочтении. Есть она в самом стиле рассказа, чувствуется в героях всей этой истории. В отличии от нескольких других представителей этой классификации, я её смог запомнить. Герои, события, общие детали. Запала в душу концовка, в которой главный герой получает такую весточку из детства. Есть в ней то, что автор старательно хочет вложить во все свои книги, но что у него не всегда получается. Здесь он смог передать ощущение от прошедшего детства, не ностальгия, а такая светлая грусть о былых временах. Ощущение того, что ничего не заканчивается, когда ты взрослеешь. И что это будет происходить с другими детьми, что у них все впереди. Пусть это не будет тем же самым, но чем-то это будет похоже. Когда бы это не происходило: сразу после войны, в наше время или в будущем, когда по небу будут летать автомобили, а по улицам будут ездить роботы. Дети всегда останутся детьми. Ну а человек может вновь это пережить с помощью окружающих его людей. И это, на мой взгляд, очень хорошая мысль.