Выбраковка. Ночной смотрящий

Книга мне не понравилась, но я ставлю четверку. Высокая оценка за поднятую тему. Просто ни одного человека, вызывающего сочувствие или сопереживание, я не встретила. Несмотря на то, что автор на протяжении всей книги сообщает, что ее главный герой Павел Гусев в душе честный и справедливый, мне почему-то таковым этот супервыбраковщик не показался. Крокодил тоже плачет, говорят, пожирая свою жертву. Наверное, палач может быть симпатичным, любить даже кого-то, но я не могу полюбить палача. Нам показали, как работает выбраковка в ситуациях, когда это можно принять и понять. Но ведь страна избавилась не только от явных преступников, но и от больных и увечных. А кто отбраковывал их? Разве не эти же герои? В стране все должны быть счастливы и спокойны за себя, своих детей и близких. Перебили всех преступников. Все должны жить честно и не воровать. Перебили всех олигархов. Нация должна быть здоровой. Изъяли всех с генетическими отклонениями, чтобы не рожали уродов, не забыв и про уже существующих неправильных и не таких. То, что выбраковщиков ждет впереди, вопрос отдельный. И знаменитый грибоедовский вопрос: "А судьи кто?" Кто решал, кого убрать? И все же четверка за книгу. За ее жуткую правдоподобность. Я верю, что такое может случиться, пусть с немного другими лозунгами и по другому сценарию. И разве не идет у нас выбраковка сегодня? Посмотрите, с каким наслаждением травят имеющих мнение, отличное от нашего. Я не только о государственной политике, в конце концов каждое правительство должно защищать себя. Я о нас, простых людях. Достаточно просто почитать комментарии к постам в интернете. Причем тема не очень и важна. А кто не встречал реплик по поводу стариков, мешающих жить молодым? Даже сидящих в очередях в поликлиники, что вполне естественно. Но ведь и тут возмущаются иные, мол, старикам делать нечего, поболтать приходят, только врача отвлекают. С детьми немного не так явно, пока стесняются говорить вслух то, что думают. Но что-то и здесь дело обстоит как-то нехорошо. Оболванивание телезрителей - это разве не выбраковка? Причем сознательная. Я не верю, что настолько тупы те, от кого это зависит, что не понимают, что они делают. Так что, ребята, все мы в этой выбраковке участвуем, как ни горько это сознавать. Кто-то с одной стороны, кто-то - с другой. И то, что пока нет структуры с нужным наименованием, ничего не значит. Вся разница в том, что если в книге целью выбраковки было всеобщее довольство, то в жизни и хотя бы приличного лозунга для происходящего нет.

Очень много хороших книг начинается с одной-единственной мысли: «А что если бы...» — дальше идёт какое-то фантастическое или историческое допущение, фантазируя на тему которого, автор и умудряется раскрутить безумно интересную историю. Олегу Дивову это удалось вполне. А что если бы в Советской России всё пошло немного иначе и строгие карательные меры назначались не только за политические преступления и серьёзные провинности, но и просто за всякую мелочь? Что если мелким жуликам, хулиганам и прочей «шушере» будет светить то же самое, что и убийцам? Если железная рука государства просто-напросто избавится от всех потенциальных источников антиобщественного поведения?

Ситуация интересная, альтернативная история тоже разворачивается во всём великолепии. Миссия бога выполнена и все и вся на подозрении уничтожены специальными карательными отрядами. А что дальше? Преступников нет (ну, или почти нет, все чудом ускользнувшие боятся высунуть нос и лишний раз выматериться), карательные отряды, привыкшие к полной свободе действий, бродят на свободе, маясь от безделья, и того и гляди сами станут «организованной преступностью» с той разницей, что организовало их само государство. Сотрудники выбраковки поглупее просто наслаждаются неограниченной дозволенной жестокостью. Сотрудники поумнее, от одного из которых и ведётся рассказ, пьют и мучаются в нелёгких моральных терзаниях. «Необходимое зло» — говорит о себе Гусев. Больше необходимое или больше зло? А тут ещё подрастает новое поколение выбраковщиков, которые выросли уже при этом стерильно чистом от криминала мире, чьи розово-целлулоидные идеалы не исцарапаны грязными когтями бывшей действительности. Для чего же их готовят, если преступников уже нет? Не для того ли, чтобы забраковать самих бывших выбраковщиков? Страшно.

Страшно. Страх просачивается сквозь каждую страницу. Дивов осторожно ощупывает скользкие рамки этой непростой темы, пытаясь определить, где же заканчивается правосудие и начинается беспредел. Какого же размера должны быть кулаки у добра — и останется ли оно тогда добром? Теория сверхнасилия, страх и отчаянная жестокость выбраковщиков, которые прячутся от жизни за игломётами с парализующим наркотиком и трофейным оружием. Главному герою страшно особенно, потому что у него (хоть это и не доказано) на совести висит кое-что покрупнее десятков выбракованных граждан.

Отличная история, качественная фантастика, продуманные от и до ситуации и альтернативная реальность. Очень понравилось. И слово это — выбраковка — очень удачное. Бракованные для общества люди, с гнильцой. Пожалуй, было бы ещё интересно прочитать хотя бы маленькую главу, написанную жителем этого мира — простым человека, а не выбраковщиком. В тексте романа есть пара страничек, написанных «от лица» другого персонажа (в кавычках — потому что повествование всё же ведётся не от первого, а от третьего, но понятно, что и в третьем лице можно нарисовать картину глазами разных героев), но это чистая, как слеза, героиня, которая перед выбраковкой не может испытывать ничего, кроме благодарности. А хотелось бы заглянуть в мысли простого обывателя, который иногда жулит, иногда мусорит, иногда оступается. Благодарен ли он такой карательной мере, которая смела всех преступников? Или боится лишний раз выкинуть окурок в урну, потому что может промахнуться и попасть в чёрный список скучающих выбраковщиков?

P.S. А параллель между выбраковщиками проводится с... Графом Дракулой. Очень тонко и красиво. Флэшмоб 2011, за рекомендацию огромное спасибо flamberg .

Редкий случай, когда про книгу жанра "фантастика" говоришь - тяжёлая книга. Сразу начинают мысли метаться - в каком же году это написано? По свежим следам буйных 90-ых или ... вчера? Чтобы вам не гадать - книга написана в 1999 году, так что не сразу по следам и не вчера. А Олег Дивов из тех фантастов, которых законом надо бы обязать фантазировать про что-нибудь очень хорошее, потому что их фантазии слишком реальны и имеют свойство сбываться. Нет, я не говорю, что мы сегодня живём в Славянском Союзе (пожалуй, это был бы не худший вариант), но реалии - включая оголтелых правозащитников, с пеной у рта защищающих нечто, что они сами словами выразить не могут, обывателей, которые живут вроде как и хорошо, но привычку втягивать голову в плечи унаследуют и их дети, и лозунги типа "нерусским не продаём"... Только вот абсолютнейшего порядка на улицах, чистоты и отсутствия преступников, бомжей и нищих нету... По сюжету, существует АСБ - агентство социальной безопасности. Как шутят его сотрудники, с правом на убийство. Тут вам и принудительная психиатрия, и лагеря - для неполноценных, по закону и мнению выбраковки (второе, почти что народное, название агентства). Но тут же - кристальной честности люди, которые там работают, отродясь никого не убивали, хотя букве закона следуют скрупулёзно. Это агентство в кратчайшие сроки почистило страну так, что Москва - самый безопасный город мира, а люди, которые уверены, что они выбраковке не подлежат, - абсолютно счастливы.

– Блестящая идея, – сказал Гусев серьезно. – И очень старая. Лет двадцать назад появилась.

Образ Гусева, старшего тройки, вызывает полное неприятие и абсолютное восхищение одновременно. Что бы там ни было с его методами перевоспитания и умением чувствовать чужие проблемы, он - по-настоящему мужик (в хорошем смысле этого слова - надёжный, по сути добрый, смелый). В АСБ таких много, но другим не так уж просто позволить себе шуточки и выходки - не у каждого родня из самых верхов. И вот начинают упорно циркулировать слухи, что АСБ своё дело сделало и больше нет необходимости в том, чтобы жило столько людей, привыкших решать судьбы и знающих слишком много. Проще с ними со всеми ... ну, в общем, нет человека - нет проблемы... На этом фоне традиционное их выражение при прощании - "живи!", становится душераздирающим. Получается, они всегда знали, что так будет?..

Самое мерзкое в нашей работе - лицом к лицу с гнусностью человеческой сталкиваться...

Аудиоверсия в исполнении Евгения Терновского (как бы вступление ко второму изданию и как бы научное послесловие) и Степана Старчикова потрясающая.