Вероника решает умереть

При очередном пробуждении дежурившая у койки очередная медсестра спросила:
– Не хотите ли узнать о своем состоянии?
– Зачем? Мое состояние мне и так известно, – ответила Вероника. – Только это не имеет отношения к тому, что происходит с моим телом. Вам этого не понять – это то, что сейчас творится в моей душе.

Точно так же как тюрьма не исправляет преступника, а лишь учит совершать новые преступления, психиатрические клиники только приучали больных жить в совершенно нереальном мире, где все дозволено и никому не приходится отвечать за свои поступки.

Мари с удовольствием делала то, что было запрещено, ведь основное преимущество пребывания здесь и состояло в том, что можно не соблюдать правил, и при этом без серьёзных последствий.

Дипломатия - это искусство откладывать принятие решения до тех пор, пока проблема не исчезнет сама собой.

Странно, именно в такие пасмурные, холодные дни депрессии у меня никогда не бывало. В ненастье я чувствую, что природа словно в согласии со мной, с тем, что на душе. И наоборот – стоит появиться солнцу, когда на улицах играет детвора, когда все радуются чудесному дню, я чувствую себя ужасно. Такая вот несправедливость: вокруг все это великолепие – но мне в нем места нет.

Люди сходят с ума, когда пытаются уйти от рутины.

«…но что такое пять минут агонии в сравнении с вечностью покоя?..»

Сумасшедший - это тот, кто живет в своем особом мире.

- Я видела здесь, в Любляне, как по улице шла женщина с остекленевшими глазами, одетая в красное платье с декольте, а на термометре было 5 градусов мороза. Я решила что она пьяная, и хотела помочь ей, но она отказалась взять мою куртку. Наверное в ее мире было лето; ее сердце было горячим от желания кого-то , кто ее ждет.