Отзывы о книге Джен Эйр

Автор повествует о весьма приятной, прилежной девушке, которая с неба звезд не хватала. Шарлотта Бронте явно надеялась растопить сердце всех девчонок, прочитавших сие произведение. Людям сентиментальным я тоже посоветую, но а циникам и скептикам не рекомендую. Будете еще плеваться от приторной слащавости описания чувств.

История о сироте Джейн Эйр. Гнёт властной опекунши тетушки, общество скорых на оскорбления кузин и жестокого кузена, не смогли сломить свободолюбивую натуру Джейн. Наоборот, суровые обстоятельства лишь закалили её характер, сделали из нее девушку, сумевшую решиться на самостоятельные шаги. После восьми лет приюта, где приходилось очень несладко (унижения, холод, голод, смерти от тифа), Джейн делает осознанный самостоятельный выбор - подает объявление в газету, чтобы устроиться работать гувернанткой. Этот выбор станет главным, определяющим событием в её жизни. И самое важное, что путь через новые терни страданий и отчаяния, приведет Джейн Эйр к любви, а доброе сердце, несгибаемый нрав и толика магического проведения (без которого истинная любовь и невозможна) в этом ей помогут! Стоит отметить, что роман, при умеренной динамики, насыщен событиями, наблюдение за которыми поддерживают живой интерес на протяжении  всей истории. Мрачные готические сцены, держат интригу на высоте и прописаны настолько ярко, что вызывают страх до дрожи, словно читаешь книгу жарна хоррор:

"Раздался сатанинский смех – тихий, сдавленный, глухой. Казалось, он прозвучал у самой замочной скважины моей двери. Кровать находилась недалеко от входа, и мне сначала почудилось, что этот дьявольский смех раздался совсем рядом, чуть ли не у моего изголовья; я поднялась, огляделась, однако ничего не увидела." Темы жёстокого воспитания, насильственного нравоучения, "правильной морали", раскрыты более чем. Этот крик Джейн о том, как ей не дают стать личностью, пытаясь лишить её индивидуальность показателен и актуален по сей день:

"Разрывая фибры моей души, вы думали, что искореняете мои дурные наклонности".

Воздействие на неокрепшие юношеские умы с помощью религии - сильный инструмент в руках манипулятора. Прибегать к нему было даже не зазорно, а скорее - общепринято:

"Эти девочки должны быть детьми христианского милосердия, а не детьми природы!" И отдельно о теме, которая не смотря на разнообразие и остроту, затрагиваемых в книге множества вопросов, является всё же ключевой. О любви. Она здесь не без классических мучений и возвышенности, но всё это в меру, не стеклянно и не приторно. В диалогах  присутствует, как лёгкая игривость - верный спутник влюбленных, так и изящество:

"Там, где вы, – мой дом, мой единственный дом."