Одна десятая часть населения
До Маркса и Энгельса все жили счастливо и сытно. Богатые и не богатые, бедные и не бедные, плечом к плечу закусив удила трудились на благо своего государства. Но, эти два немца взяли да и поделили всех на выдуманные классы. Поделили и посеяли рознь. Такого рода сказку постоянно слышу от граждан с дипломами. Я бы конечно поверил в такого рода сентенции, если бы в отличие от граждан с дипломами не читал умные исторические книги. Так вот книги эти говорят нам об обратном. Не Маркс с Энгельсом всех разделили, а аристократические и буржуазные элиты отодвинулись и огородились как можно дальше от своего соотечественника - простого народа.
Не верите?
Вот смотрите.
При штудировании санитарно - полицейских отчетов о состоянии жилых и торговых помещений Санкт-Петербурга, для меня было шокирующей новостью узнать, что в столице в конце 19 века, когда уже несколько лет не существовало крепостного права, все трактиры делились на две части. На черную часть и чистую.
Из книги - Город Санкт-Петербург с точки зрения медицинской полиции
В эту же строку ложатся истории о черной лестнице и парадном входе.
Кто-то всю жизнь ходил по черной лестнице, а кто-то всегда въезжал с парадного хода.
Так вот сию книгу под названием "Былой Петербург - Пушкинский век" можно смело переименовать в "Век аристократии" или "Петербург дворянский", ибо почти все содержание повествует о жизни 0,1% населения Российской империи. Об аристократии и дворянстве. Это не хорошо и не плохо. Я не пытаюсь как-то очернить книгу. Нет. Это констатация факта для будущих читателей пожелавших быть может ознакомиться с данным трудом.
Большинство книг нам рассказывают о жизни 0,1 или одной десятой процента населения Российской империи.
Как аристократия отдыхала.
Где собиралась в свои литературные кружки.
Как танцевала на балах.
Что читала.
Какие литературные журналы пользовались у этой публики успехом.
В какие театры ходили и какие труппы выступали в Санкт-Петербурге.
Каждая главка данной книги очень хорошо проиллюстрирована.
Причем рисунки и литографии подобраны именно по описываемому в тексте Пушкинскому времени - 20-е и 30-е годы 19 века.
О доступности музыки в те годы.
Кто ее слушал?
"В начале века концертные билеты стоили обычно 5 рублей ассигнациями. В 1820-1830-е годы цена колебалась от 5 до 10 рублей, что делало концерты мало кому доступными. Трудно предположить, чтобы какой-нибудь мелкий чиновник тратил значительную часть своего месячного жалования на концертный билет. А о простом народе уж и говорить нечего. Посещать концерты могли только люди обеспеченные..."
А театры?
"В начале 1830-х годов "Северная пчела" сетовала: "Давно ли за кресла в театр платили по 2 рубля с полтинной, а за вход в партер по рублю? В течение двадцати лет цена за вход в спектакли увеличилась до 5 рублей..."
А теперь спросите своих бабушек и дедушек, сколько стоили билеты в филармонию и театр в Советском Союзе и сколько раз в месяц простой рабочий без ударов по своему бюджету мог посещать эти культурные заведения. И разве это не завоевание большевиков? Много сейчас разговоров о музеях. Дескать, посмотрите, в царской России уже были открыты десятки музеев, каждый мог спокойно прикоснуться к культуре. Все так замечательно, душевно, по моей пролетарской щеке течет слеза умиления о меценатах от культуры тратящих деньги на искусство. А имел ли простой народ туда доступ?
"Разумеется, ни в один частный музей нельзя было прийти прямо с улицы. Посетителями были, как правило, либо люди лично известные хозяевам, либо имевшие в ним рекомендательное письмо. По специальным билетам, которые выдавал Дворцовая контора, допускались посетители в картинную галерею Императорского Эрмитажа. Не только для простого народа, но даже и для большинства из тех, кого именовали господами, двери музея были закрыты. В Эрмитаж предписано было пускать лишь "людей достойных и известных", имеющих "засвидетельствование об их достоинстве и качествах, то есть людей, занимавших определенное общественное положение."
Современные глупцы не считают это завоеванием Советского Союза. Современные глупцы сетуют не о доступности каждого советского человека в бесплатные музеи и театры по копеечным билетам, нет, современные глупцы горюют, как им плохо жилось без итальянских сапог, американских джинсов и свободы слова. Ну так что, у вас у всех теперь есть итальянские сапоги? Джинсы? Свобода? А как насчет доступности в театр? Пару слов о врачах и доступности больниц в эпоху Пушкина. Честно говоря, я в очередной раз погрузился в трагический шок осмысливая информацию из книги Гордина.
"В 1803-1805 годах на огромной территории так называемого "Итальянского сада", простиравшегося от Литейной до Шестилавочной улицы, была построена Больница для бедных. Она получила название Мариинской - по имени императрицы Марии Федоровны, пожертвовавшей на это дело немалые средства... В двух этажах больницы в 26 палатах стояли сначала 242 кровати, а позднее - 400. В Мариинскую больницу для бедных крепостных не принимали..."
Понимаете? То есть, мало того, что существовали больницы для бедных, так туда еще и не допускали крепостных! А ведь крепостных были миллионы! Миллионам наших соотечественников было отказано в медицинской помощи только по праву их рождения. Ты родился крепостным, а значит подыхай на улице.
"В 1815 году в Петербурге числилось 43 аптеки - 11 казенных и 32 "вольных", то есть частных. К 1838 году "вольных" аптек стало 48. Почти все они находились в центральных частях города и на Васильевском острове... Лекарства стоили очень дорого и были недоступны простому люду, лечившемуся по-старинке, народными средствами. За лекарства, забранные в аптеке в июне 1836 года, Пушкин заплатил 170 рублей 23 копейки, за взятые в июле того же года - 183 рубля 47 копеек..."
Пару слов о книге для читателей кто вдруг захочет заиметь у себя на полке сей раритет.
Я рассказываю вот об этом издании 1999 года:
Еще раз напомню, что книга очень хорошо проиллюстрирована. При этом в книге имеется удачная на мой взгляд "фишка" с частичным публикованием плана Санкт-Петербурга образца 1828 года и с современными примечаниями. Так, например, можно посмотреть, где жил Пушкин в 1831-31 гг или где располагались апартаменты его друга Дельвига.
Так же в книге имеется приложение в виде "Столичного калейдоскопа" - небольших новостных цитат из газет того времени и "Адресного указателя" с пометками - было ли это здание Северной столицы перестроено или вовсе не сохранилось до наших дней. В целом книга довольно неплохая и пригодится читателю для осмысления и понимания жизни (и ее цены!) в Российской империи в "Пушкинский век".
54 понравилось
