Страна багровых туч. Путь на Амальтею. Стажеры. Хищные вещи века. Отягощенные злом

"Фантазия - бесценная вещь, но нельзя ей давать дорогу внутрь. Только вовне..." "Если во имя идеала человеку приходится делать подлости, то цена этому идеалу - дерьмо..."

Собрать бы вещи и махнуть бы так, для восстановления нервов и сил (мир все-таки изматывает, знаете ли), на недельку-другую (а лучше, конечно, месяц) в другой город, страну, почувствовать себя легкомысленным туристом или, напротив, так проникнуться всем местным, чтобы принимали за своего, отдохнуть наконец от опостылевшей рутины, вдохнуть чего-то свежего... Да что там! Как-то мелко все это, привычно, обыденно, кого этим нынче вообще удивишь... А давайте сразу в другую реальность! Хотите? По глазам вижу, что да. Тем более, у меня на примете как раз есть такая прелестная реальность, просто чудо какое-то, - мир победившего оптимизма (с распростертыми ли объятиями и вполне ли дружелюбно так примут пессимиста вроде меня, правда, большой вопрос...), бесконечно изобильное настоящее, иллюзорное бытие, где счастье не по талонам, а каждому, гарантированное такое, 100%-ное счастье... Правда, выглядит последнее на первый взгляд не очень, странно пахнет и вызывает не менее странные последствия. Но зачем придираться: у нас, может, и такого нет? К тому же все эти волнующие воображение глянцевые картинки сытости и уверенности в завтрашнем дне, так и заманивающие простаков-туристов вроде меня, ведь врать не будут? Не будут, Иван? (Иван Жилин - наш единственный проводник в этот чудный мир, так уж доверимся бывалому человеку).

Братья Стругацкие вновь очаровали и запутали меня, написав просто невероятный по своей красоте, восхитительной атмосфере и философской глубине роман, с множеством подводных смыслов и оттенков, которые еще долго перетираешь в памяти после прочтения. Ты западаешь в этот мир сразу же, с первых страниц погружаясь в хитросплетение сюжетных переходов, загадок и, может быть, даже надежд (читая антиутопии, я, например, всегда отчего-то наивно надеюсь, что все окажется утопией и все у всех будет хорошо, а оказывается плохо).

...Проводнику не терпится показать нам то место, куда мы наконец прибыли. Извольте (Иван всем, кстати, представляется литератором. Ну-ну:) Досуг на любой вкус и кошелек, подозрительная дешевизна всего и вся, грезы на заказ, странная непонятица, творящаяся по ночам с приличными на вид людьми, смешные ругательства ("да вы интель, что ли?" "отправляйтесь к рыбарям"), меценаты, разворовывающие и в прямом смысле слова уничтожающие культуру, и недоверие к людям, читающим книги (в этом мире книги можно только писать, но ни в коем случае не вздумайте их читать!)...

Последнее, признаюсь, веселило меня, как заядлого книголюба, практически всю повесть, но ко второй части книги сей легкий юмор внезапно и без предупреждения сменился жесткой сатирой, острые нотки укора в политику, социальное устройство и прочее сделали произведение на порядок сильнее (давненько что-то не читала я книг братьев Стругацких, поэтому отвыкла малость от этой вот непременной дополнительной смысловой нагрузки) - так что сидишь после прочтения чуточку в прострации, вспоминая все увиденное и пережитое героями и думаешь. О многом, о разном... О смысле жизни, например, о правильном и благоразумном социальном устройстве, о саморазвитии, о том, верно ли мы вообще живем... Неудобные вопросы, а впрочем, именно такие и стимулируют умственную активность. А еще ее стимулируют книги... Вместо всех этих грезогенераторов и нейростимуляторов - так и хочется спросить героев: "А книги вы не пробовали читать?" Что еще перенесет вас в абсолютно любую реальность на заказ, как не эти привычные источники информации? Но нет, всем подавай химию, электроды...

Во вселенной Стругацких шелест бумажных страничек возбуждает, похоже, только главного героя. Он же "литератор", помните? С трудом верится: про прошлое он упорно не говорит, не намекая и не вспоминая даже про него (вы когда-нибудь видели человека без прошлого?), переписывается телеграммами с какой-то Марией, рвется на встречу с каким-то Римайером, который при встрече оказывается разве что не ходячим трупом, пытается выведать маленькие тайны жителей... Вы точно литератор, Иван?..

Стругацкие тихо посмеиваются: им опять удалось захватить в свою книгу доверчивого читателя, который не сможет оторваться от нее, даже несмотря на все кажущиеся непонятки сюжета.

5/5 Не первая моя и уж точно не последняя книга Аркадия и Бориса Стругацких, определенно одна из лучших: слог, стиль, атмосфера, искусный фантастический сюжет наверняка порадуют таких же преданных любителей жанра и качественной литературы.

О хищные вещи века! На душу наложено вето. А. Вознесенский, «Монолог битника», 1961

Весь ужас антиутопии Стругацких в том, что она полностью и (видимо) бесповоротно сбылась. Примечательно, что тенденция, оказывается, прослеживалась уже в середине 60-х. Казалось бы, время космического энтузиазма, рывка к планетам и звездам. А пара советских интеллектуалов рисуют мир всемерного удовлетворения потребностей, который оборачивается отупением и оболваниванием. Самое интересное состоит в том, что у нас все реализовалось и без полного удовлетворения потребностей, прямо со второй части.

Сколько раз я перечитывал эту повесть! И каждый раз глаз цепляется за что-то новенькое, за какой-то штришок. Вероятно, это и называется качественной литературой.

Итак, перед нами (исходя из некоторых намеков (на Пятую колонну Хемингуэя, хотя бы) и несмотря на имена аборигенов) как бы Испания. Время действия размыто. Наука и промышленность сняли все проблемы пропитания и сытой жизни. И людям теперь нечем себя занять. Поэтому они ударяются в кровавые игры с адреналином, щекочут свои нервы прелестью разрушения. Отключают мозг на коллективных гипнотизаторах. И еще, еще, еще. Лишь бы наполнить существование хоть каким-то содержанием.

Авторы полностью пессимистичны. Они не верят в возможность исправления, возвращения смысла жизни людям. Иван Жилин мечется, мечтает о космической экспансии, о том, что хотя бы дети смогут разорвать порочный круг. Но это, пожалуй, для отвода глаз.

Любопытно, что все современные издания содержат подредактированную Борисом Стругацким версию повести. Если я правильно интерпретирую источники, эта версия была подготовлена им к изданию 1997 года. Б. Стругацкий выкинул из книги несколько ярких эпизодов, несколько четких характеристик и слов-маркеров, которые делали из Жилина марксиста. Борис Натанович утверждал, что он убрал то, что было привнесено им с братом для прохождения цензуры в издательстве.

Но, что примечательно (если верить тем же открытым источникам), и редакторы серии «Миры братьев Стругацких» и читатели просили эти исправления (1997 года) не вносить, ибо они, порой, и придавали произведению прелесть. Это как бы намекает нам, что автор не всегда прав, а анонимные редакторы «Молодой гвардии» в 1965 году были хорошими профессионалами в редактуре и деньги свои получали не зря.

В целом это, на мой взгляд, порочная практика – переписывать произведение из-за изменившихся условий. В момент выхода в свет книга отпочковалась от автора/авторов и стала сама по себе фактом культуры. Эти исправления, сначала в одну сторону, потом в другую – как-то плохо они смотрятся.

Но это детали. А общее полотно никакие эпитеты не исправят. Человечество увязло в развлекательной трясине, и не видно ничего, что могло бы вытащить нас к звездам. Разве это кому-то надо?

Не буду ничего утверждать, но у меня есть подозрение, что на творчество Стругацких в ранний период оказал большое влияние Брэдбери, в "Стажерах" чувствуется структура "Марсианских хроник". Несколько разрозненных новелл умело нанизаны на сквозной сюжет, а некоторые, те что самостоятельно в сюжет не вписывались, но требовались для концепции произведения, поданы в виде рассказов Ивана Жилина.

А еще в стилистике повести проскальзывает облик Хемингуэя, и эта чисто хемингуэевская эстетика смерти, которая совершенно неожиданно возникает в одном из самых оптимистичных произведений советской фантастики.

Что же, оптимизм был оправдан, повесть писалась в 1960-61 годах, это особое время не только в истории нашей страны, но и в истории всего человечества. Никогда уже позже идея коммунизма не была так сильна на планете, как в эти годы: триумф на Кубе, нарастающее национально-освободительное движение во всем мире. В СССР разгар оттепели, новые горизонты, новые задачи, и, главное - всё получается, и Братскую ГЭС построить, и в космос полететь. Ведь повесть писалась как раз, когда лучезарно улыбающийся русский парень триумфально объезжал весь мир.

Поэтому, когда я читаю сетования некоторых рецензентов, что в повести много "коммунистической пропаганды", и, мол, авторов заставляли так писать, мне становится жалко таких умников. Это не пропаганда, это настоящая вера людей, живших и творивших тогда, в светлое будущее человечества, и коммунистический идеал лучше других подходил для такого оптимизма.

Мы - сегодняшние - думаем, что мы умнее наших отцов и дедов, веривших в коммунизм. Не знаю насчет умнее, скорее всего, мы циничнее, мы живем в эпоху отсутствия идеалов. И, как ни парадоксально, но старая повесть Стругацких именно сейчас приобретает новое актуальное звучание.

Вот эта "темная" эпоха безверия - наш сегодняшний день - и есть то "утро человечества", когда разворачиваются события повести - начало XXI века. Так что можно констатировать, что Стругацкие не смогли угадать и предсказать ближайшее будущее человечества. Но это как сказать.

Предсказания же могут иметь и обратную сторону - если не решается главная проблема, поднятая в произведении, всё может пойти иначе. Так и получилось. Главной проблемой "Стажеров" было противостояние воинственному мещанству, именно оно объявлялось главной угрозой развития нового человека. И, если мещанство оказывается побежденным, то открываются невиданные дали, а если побеждает мещанство, то человечеству приходится решать иные задачи, например, проблемы и следствия глобализации.

Мы - общество победивших мещан, поэтому многим из нас непонятны ранние Стругацкие. А, если кто-то сомневается в своей мещанской сущности, пусть вспомнит под каким лозунгом шла "революция перестройки" - Даешь 25 сортов колбасы в каждом магазине!

Вторая главная проблема книги - наставничество, передача опыта. И здесь общество, для которого была написана книга, потерпело фиаско, опыт передать не удалось, крах оказался полным, и в 90-е всё пришлось начинать сначала.

Теперь нам становится ясно, что смелые фантазии Стругацких были на самом деле предупреждениями о грядущих опасностях и их последствиях.

Проблематике смысла существования и ценности человеческой жизни, соразмерности цены за новые знания и опыт, оправданности рискованных подвигов, в книге тоже уделяется много внимания. Я не буду на этом останавливаться, так как многие рецензенты очень обстоятельно коснулись этих аспектов.

А вот на что хотелось бы обратить внимание, так это на перекос между развитием космических и земных технологий в произведениях фантастов, причем это касается не только Стругацких, но и большинства отечественных и зарубежных авторов. В фантастических произведениях космические технологии почему-то всегда развиваются намного быстрее "земных", информационно-техническую революцию, которую мы переживаем сегодня, многие авторы прошлого просто даже не предвидели, их покорители космоса довольствуются в большинстве случаев техническим обеспечением ХХ века.