Цитаты из книги Валькирия

Вражда девке с кузовком, что не ходит он пешком!

Грозу толкуют по-разному. Одни говорят, это Перун ратится против Змея, вновь выползшего на разбой. Молния - золотой блеск секиры, разящей без промаха. Гром - эхо ударов. Другим гроза кажется свадьбой Неба с Землёй. Быстрые молнии пронзают большое тело Земли, порождая ликующую, бессмертную жизнь. И стонет, гремит смятый воздух от сладкой муки любви...

Зачем живу, как не затем, чтоб стереть пудовые железа и лесами, гиблыми топями пробиться к Тому, кого я всегда жду?...

Чего для живут праздники, если не для чудес. Не ради того, чтобы селилось в душе доверие и надежда: а вдруг?

Все-таки в каждом взрослом мужчине до ветхих лет сидит всё тот же мальчишка. Зато почти в каждой девочке-подлеточке уже готова хитрющая взрослая баба.

Гнев вождей превращается в черные тучи, разящие невидимым громом.

Все мужья спрашивают с жены сыновей, а сами баловать дочек рады-радёшеньки.

Ждать всегда нелегко.

самое главное, это… такое, про что невозможно сказать, зачем нужно. Ни для чего, само для себя, а и не обойдёшься.

Озеро лежало в чаше, как зелёная драгоценность.

Всё-таки в каждом взрослом мужчине до ветхих лет сидит всё тот же мальчишка. Зато почти в каждой девочке-подлеточке уже готова хитрющая взрослая баба.

Да. Никак у меня что-то не получалось быть – мы. Получалось: все остальные – и я. Отовсюду торчала сухим сучком из бревна.

Нет света без тени, не обретают нового достоинства, не выпив чаши бесславия.

Вожди не бывают гневливыми, скорыми на расправу. Гнев вождей превращается в чёрные тучи, разящие невидимым громом.

Для меня не сбудется баснь. Они никогда не сбываются, потому-то их и рассказывают. Давно было мне уже пора это понять…

Мне до смерти хотелось встрять, сказать что-нибудь разумное и смешное и в то же время дать побратиму как следует себя показать... я уже говорила, добрые Боги привесили мне язык не той стороной, я придумываю достойное слово хорошо если на другой день.

“слишком крепко запеленал меня страх”

Не все рады прожитому, не всех тешит память, разворошённая праздным чужим любопытством…

“Ручки, правда, покамест больше любили браться за ложку, а резвы ножки – бегать от дела. Зато рты болтали без устали…”