Рецидивист. Галапагосы

В конце концов шансов на выживание оказалось бы больше не у самых удачливых бойцов, а у наиболее умелых рыболовов. Так уж обстоит все здесь, на островах

Шесть девочек из племени канка-боно увязались с ними, тем самым поставив звездочку и перед именем собаки. Ибо той предстояло вскоре быть убитой и  съеденной этими малютками. То было неподходящее время, чтобы быть собакой.

по крайней мере они были вместе, связанные языком, религиозными верованиями, шутками, песнями и  так далее. Это же самое они, уходя одна за другой в  голубой туннель, ведущий в загробную жизнь, оставили своим детям, рожденным на Санта-Росалии: утешение быть вместе и делить друг с другом язык, религию, шутки и песни канка-боно.

Они носили в себе немало истин, которые готовы были упорно и гордо отстаивать, но ни одна из них не была приложима к тому, что им до того времени довелось увидать в Гуаякиле. За исключением одной, вера в которую была совершенно гибельной в городских условиях миллион лет тому назад: что родственники ни за что не причинят им вреда. Кеседа же намеревался подвергнуть их страшной опасности, сделав из них воровок и побирушек, а затем, как только станет возможным, и  проституток

Все дело заключалось в головах людей. Они просто изменили свой взгляд на бумажное богатство, но по практическим своим последствиям перемена эта могла сравниться с прямым попаданием в Землю метеорита размером с Люксембург, от которого планета сошла бы с орбиты.

И голод этот был столь же очевидно продуктом переразвитости человеческого мозга, как и Девятая симфония Бетховена.

Те, кто обладал какими-либо необходимыми для жизнеподдержания товарами, отказывались уступать их за деньги – все равно, соотечественникам или иностранцам. Они вдруг получили возможность сказать людям, чье состояние имело лишь бумажное выражение: «Эй, вы, идиоты, очнитесь. С чего вы решили, что бумага может иметь какую-то ценность?»

И еще люди смеются столь же часто, как и прежде, несмотря на свои усохшие мозги. Когда они кучкой лежат на пляже и один из них вдруг вздумает пернуть, остальные дружно принимаются смеяться и смеются без умолку, в точности как это делали люди миллион лет назад.

Подобно людям на этом несущем на себе проклятье корабле, мой мальчик, из ведут за собой капитаны, не имеющие карт и компаса и ежеминутно озабоченные единственной проблемой: как сохранить уважение к себе самим.

...с тех пор он до конца жизни и впрямь верил, что наиболее вероятной причиной истребления человечества являются метеориты. В егоо глазах это был бы гораздо более почетный, поэтичный и прекрасный способ умереть, чем Третья мировая война.