Охота на овец

Даже если на самом деле ничего не меняется, всё равно - нельзя позволять себе так думать. Позволишь себе так думать - и уже никогда не сдвинешься с места... Хотя бы поэтому я стараюсь считать себя совершенно другим человеком.

"Дольше живу - и все выше тени невидимых стен у моей тюрьмы...".

"Жизнь сама по себе - явление непостижимое; откуда нам знать, почему мы живём на свете"?

"Гигантский Космос, таясь, набухал в ней, готовый взорваться своей безграничностью, - и в то же время он был жёстким и сжатым до размеров ничтожного кристаллика льда. Вселенная вокруг нас раздувалась в надменном величии- и тут же корчилась в робкой покорности и бессилии".  

Ветвистая паутина линий метро, электричек, автобусов давно утратила какую-либо вразумительную чёткость и, вплетенная в сети узких улочек и сточных каналов, напоминала морщины на корке дыни.

– Как ты думаешь, во что превратится жизнь человека, если мысли в его голове напрочь лишить возможности быть сформулированными?

-...У тех самолетов, что использовались как чьи-то персональные лошади, были свои имена. Помните – «Энола Гей» или «Дух Сент-Луиса»... Предмет отождествлялся с существом, способным на ДУШЕВНОЕ ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ.
– Выходит, главное условие для получения имени – это наличие души? – Вот именно.

Больше звонить было некому. Я стоял с телефонной трубкой в руке посреди огромного города, десять миллионов человек слонялись вокруг меня – и совершенно не с кем поговорить. Не с кем, кроме этих двоих. И с одной из этих двоих я уже успел развестись...