Ангел по имени 112

Хоть я и очень редко смотрю телевизор, но мне показалось, что книга писалась, будто готовый сценарий для сериала НТВ. Будни спасателей, если и промелькнули, то только в самом начале истории, когда группа, с которой будем иметь дело до конца, выезжала на вызов - спасать мальчика, упавшего на забор из острых прутьев. Дальше на передний план выступает ... бункер. Да, в небольшом городке, где-то у Волги, со времён войны ходят слухи и байки, что именно тут строился целый подземный город на случай эвакуации правительства и т.п. И искали-то его, и не искали - всякое бывало. А тут мальчишка 16-ти лет, вооружённый умением искать информацию в интернете и сопоставлять её с местностью - возьми да и найди. Как известно,

именно в шестнадцать лет люди суют нос куда не следует.

И в том же возрасте чрезвычайно "рационально" используют свои находки: найденный ТТ Славик додумался показать Фитилю - шестёрке местных бандюков. Репутацию или дружбу хотел заработать - сам не очень понимал. Зато очень скоро ему это боком вышло: его забрали бандиты и заставили показать, где взял пистолет, будучи в полной уверенности, что там же, поди, этого добра...

Конечно, просто сгинул бы мальчишка и всё, если бы накануне его молоденькая тётя не познакомилась с бравым спасателем-подрывником Андреем Максимовым, по-простому Максом, и он не кинулся бы ей помогать в поисках.

Да, девушка была здесь основным движущим фактором, это нужно было признать честно. Но Макс ничего крамольного в этом не видел – именно ради девушек мужчины двигают горы и поворачивают реки, так всегда было и будет.

Дальше пошла кутерьма: Славик пропал, вслед за ним Макс пропал, и не сам по себе, а вместе со следователем, ведущим дело о пропаже мальчика, ну а потом уже спасательская братия не выдержала и полезла под землю всех искать. И тут как раз начинается сериал НТВ: безумные старики, навсегда застрявшие во времени войны, дикие подземные собаки, крысы величиной с кошку, бандосы, палящие в белый свет, как в копеечку...
И чистейшей воды хеппи-энд.

Пока есть надежда, о смерти лучше не заикаться.